Чтение онлайн

Арабелла обольстила Джонатана – это ясно. Но Саре не хотелось бороться с ее влиянием. Это надо было делать, пока был жив Себастьян Кросс. Они с Джонатаном были со студенческих лет в Итоне друзья не-разлей-вода. Отчего это так, Capa не могла понять. Ничего такого Себастьян собой не представлял. А на ее взгляд, был просто неряхой. И откуда эта странная привязанность к Джонни? Если бы не его репутация бабника, Capa решила бы, что он педик. Но теперь она сомневалась, что эта репутация соответствовала действительности. Себастьян был странной личностью. Он умер, по ошибке приняв слишком сильную дозу кокаина. После того как Джонатан уехал из Англии, его друга постоянно преследовали неудачи. Говорили, что умер он совершенным банкротом.

Джонатан притронулся к ее руке и сердито заметил:

– В каких это облаках ты витаешь, Capa? Ты что, не слушаешь меня? – Слегка прищурившись, он внимательно посмотрел на нее.

– Да ну что ты, конечно, слушаю. – Capa изобразила напряженное внимание. Ей вовсе не хотелось сердить Джонатана, который так легко выходил из себя.

– Что-нибудь не так? – настаивал Джонатан.

Провести его было непросто, чутье у него отменное. Он словно читал мысли Сары, что всегда ее изрядно нервировало.

– По правде говоря, я думала о Себастьяне Кроссе, – призналась Capa. – Странно он как-то умер, правда?

Джонатан немного помолчал.

– Да, странно, – наконец сказал он. И после паузы добавил: – Он был бисексуалом, чего я не знал, конечно.

Джонатан посмотрел Саре в глаза и закончил:

– Он признался в этом, только когда приехал в Гонконг навестить меня, через год после того, как я осел там. Он заявил, что я… как бы это получше выразиться… объект его вожделений.

– О Боже, – сказала Capa, не слишком, впрочем, удивленная этим откровением. – Не очень-то приятная новость для тебя.

– Да уж, мягко говоря, – криво улыбнулся Джонатан. – Но Себастьян спокойно принял мой отказ. Или так мне, во всяком случае тогда, показалось.

Не говоря ни слова, Capa во все глаза смотрела на кузена.

– Думаешь, он умер из-за этого? Думаешь, он нарочно принял слишком большую дозу наркотиков? – спросил Джонатан.

– Такая мысль иногда приходила мне в голову.

– Печально.

– Да.

– Но я совсем зарапортовался, дорогая, даже забыл спросить, как твоя малышка. – Джонатан сменил тему, не желая копаться в прошлом. Напротив, его интересовало будущее, которое в последнее время как будто прояснилось.

– У Хлои все замечательно. – Capa с воодушевлением заговорила о дочери. Это была одна из двух ее любимых тем. Вторая – муж. – Она влюбилась в своего дядю Джонни и перед отъездом из Франции вытянула у меня обещание, что я привезу тебя в Мужен на уик-энд. Приедешь?

– Непременно постараюсь.

– Хорошо. – Повернувшись к Джонатану вполоборота, Capa посмотрела на него долгим, пристальным взглядом. – Что ты имел в виду, когда позвонил из Гонконга и сказал, что скоро наступит наш день и мы посчитаемся с Полой?

Джонатан наклонился к ней. На его непроницаемом лице мелькнула озлобленная ухмылка.

– Никто, я полагаю, небезгрешен, и даже самые умные и опытные дельцы могут иногда делать промахи. Я всегда знал, что когда-нибудь Пола О'Нил ошибется. Я ждал, наблюдал… Внутренний голос подсказывал мне, что она вот-вот оступится. К этому шло. Уж слишком гладко у нее все было. Так не могло длиться вечно. А когда она сделает ошибку, я буду наготове. И нанесу удар.

Capa пристально посмотрела на Джонатана. Ее зеленые глаза расширились от возбуждения.

– Что ты имеешь в виду? Джонни, милый, расскажи мне все в подробностях!

– Не сейчас, – сказал Джонатан, крепко сжимая ей руку. – Вот приедем в мой номер в «Кларидже», и тогда я расскажу тебе, как я собираюсь уничтожить Полу О'Нил.

Сару в жар бросило от восторга. Она принялась рисовать себе картины падения Полы.

– Поскорее бы доехать. Я уверена, что ты придумал замечательный план. Эх, если бы ты только знал, как мне не терпится отомстить этой поганой сучке, которая отняла у нас все. А у меня, помимо всего прочего, еще и Шейна.

– Это уж точно, – охотно согласился Джонатан. Ему нравилось, что Capa, подобно ему, пышет ненавистью к Поле. Всегда хорошо иметь союзника, даже если он оказывает только моральную поддержку.

Джонатан сунул руку в карман пиджака и нащупал гагатовый камешек. Его талисман. Он не раз приносил ему удачу. И у Джонатана не было оснований сомневаться, что так не будет впредь.

– Ты – самое счастливое приключение в жизни Филипа, – сказала Дэзи. Она по-настоящему любила и уважала эту юную американку, которая стала ее снохой.

Маделина просияла и устроилась поудобней на диване.

– Вы очень добры. Даже не знаю, как благодарить вас за такие слова.

Они сидели в гостиной Пойнт-Пайпер, сиднейского дома Филипа, который он купил несколько лет назад и в котором жил теперь с Маделиной, когда они уезжали из Дануна. Было чудесное августовское утро, и, хотя в Австралии была зима, Маделина открыла большую стеклянную дверь, ведущую на террасу и в сад. В комнату ворвался мягкий ветерок. Зашелестели, словно перешептываясь, шторы. Запахло жимолостью, эвкалиптом и морем.

Помолчав немного, Маделина, не переставая улыбаться, добавила:

– То же самое я могла бы сказать и о вашем сыне, Дэзи. Он возродил меня, прогнал прочь все мои горести и печали и подарил такую любовь, что порой я, кажется, готова умереть от счастья.

Дэзи понимающе кивнула. Ей нравились открытость и прямота Мэдди, ее способность непосредственно, ясно, даже с известной долей изящества, выражать свои чувства. А главное, конечно, приятно было осознать, что ее сын после стольких лет холостяцкой жизни сделался хорошим мужем, так быстро привык к положению женатого человека и что они с Маделиной по-настоящему счастливы.