Буря Жнеца
Шрифт:
Он вытаращился на нее филином лупоглазым.
– В чем проблема, сержант? Я не так страшна, как ты?
– Урб не страшен, – недоверчиво хохотнул Рим. – Мазан и та на него залипла! Верно, потому и перевелась во взвод Бальзама.
Хеллиан хмыкнула. – Тихо, Рим. Ты капрал. А это сержантского ума дело.
– Вы хотели покататься с Урбом, сержант, – сказал Рим. – Вам, сержантам, все дозволено, хотя Урб похож на чертова безбожного бога, а вы так напились, что захотели постонать и попотеть хоть под кем…
– Точно не твоего ума дело.
– Может, и нет, но нам же ваши стоны слушать. Верно Слабак говорил – будь Мазан здесь, мы все могли бы пялиться, мечтать и даже пытаться, если она совсем устанет ждать от Урба того, чего вы вот сейчас…
– Где ты нашел такой болтливый рот, Рим? – спросил Балгрид. – Тебе лучше подходит быть молчаливо – загадочным. Да, ты потерял два пальца. Ну и что?
– Всем молчать, – бросила Хеллиан. – Хотите, чтобы другой патруль набрел на нас, а мы и не готовы как сейчас? Эй, все, кроме Урба – проверить снаряжение, собрать трофеи и все что хотите, а потом не издавать дурацкого шума. Завидуйте, но молча.
– Мы от зависти не стонать станем. Скорее уж…
– Загадочно молчи, Рим, чтоб тебя!
– Я хочу поговорить, Балгрид, и не тебе меня…
– Я тебя заставлю замолчать, Рим, и тебе это совсем не…
– Чертов некромант.
– Рим, это просто вторая сторона Денала. Я уже рассказывал. Денал дает, Худ отбирает.
Хеллиан прижалась к Урбу. Тот выглядел испуганным. – Расслабься, – прошептала она. – Я ничего не отрежу. То есть у тебя. Но если столкнусь с оскорбительным отказом…
– Мох такой мягкий, прямо постелька, – сказал Слабак, отходя с многозначительным жестом.
Хеллиан опустилась на землю и потянула Урба за ногу.
Вдруг рядом оказался Балгрид: – Слушайте, сержант…
Она потащила сержанта подальше от мага.
– Нет, сержант! Те, что нас выследили… кажется, они нас нашли!
Тут же залязгали мечи, солдаты разбежались занимать оборону – возник неровный круг, в середине которого остались Хеллиан с Урбом.
– Балгрид, – прошипела она. – Ты мог бы сказать…
Стук подков, тяжелое дыхание коня. Тихий голос произнес по-малазански: – Капитан Фаредан Сорт и Клюв. Мы подъезжаем, так что убирайте треклятые жульки.
– О, вот это великолепно, – застонала Хеллиан. – Расслабьтесь, все вы. Это наша жуткая капитанша.
Вот и морячки. Клюву не нравилось смотреть на них. Тощие, злые, скалящиеся на отыскавшую их начальницу. Да тут и мертвый имеется.
Фаредан Сорт проехала в середину взвода и слезла с коня. Клюв остался там, где был раньше – около двоих солдат, еще не вложивших мечи в ножны. Он заметил некроманта – мужчину с белой, призрачной аурой. Смерть здесь повсюду, холодный воздух заполнен последними выдохами; он ощущает давящее чувство потери – словно тяжелый кулак вдавлен в грудь.
Вот так всегда умирают люди. Не надо было становиться солдатом.
– Хеллиан, Урб, нужно поговорить. Отдельно. – Голос капитана был суровым и холодным. – Клюв?
– Капитан?
– Иди к нам.
«О нет». Однако он подъехал к ним и сполз с седла. Слишком много внимания привлечено – он согнул спину и поспешил встать рядом с капитаном.
Фаредан Сорт повела их в лесок.
– Мы ничего такого не сделали, – заявила сержант Хеллиан, как только группа встала шагах в двадцати от остальных. Она покачивалась взад и вперед, словно готовая выбросить яд клобучная змея.
– Ожидалось, что вы будете сдерживать продвижение, а не отрываться от остальных взводов. Теперь, сержант, нам будут попадаться патрули не в двадцать, а в двести человек. А потом в две тысячи.
– Это не проблемма, – сказала Хеллиан с неслыханным акцентом. – В том проблемма, капитан, что летерийцы дерутся на стороне Эдур…
– Вы пытались вступить в контакт с этими летерийцами?
– Вступали, – встрял Урб. – Все пошло наперекосяк. – Он потряс головой. – Никаких признаков, что этот народ желает освобождения, капитан.
– Урб верно сказанул, – яростно закачала головой Хеллиан.
Капитан поглядела в сторону. – Другие взводы докладывают то же самое.
– Может, нужно их убедить или что-то такое, – предложил Урб.
Хеллиан оперлась о дерево. – Кажится мне, каптан, у нас два путя, а идти можем по одному. Или мы убираемся назад, на берег, строим десять тысяч плотов и гребем подальше, как только сумеем. Или идем вперед. Быстро, нагло. А если на нас набегут две тысячи – мы попрячемся, как учили. Или быстро – нагло, каптан, или шлепаем веслами.
– Мало что бывает труднее, чем спорить с пьяницей, – усмехнулась Сорт. – Разве что спорить с пьяницей, который чертовски прав.
Хеллиан просияла улыбкой до ушей.
«Она пьяна? Она пьяна. Пьяная женщина – сержант… но, если капитан не шутила, сержант – не дура…»
Фаредан Сорт продолжала: – Ваши взводы имеют достаточно лошадей?
– Так точно, сэр, – ответил Урб. – Более чем достаточно.
– Я все же хочу, чтобы вы умерили шаг. Хотя бы на несколько дней. Я намерена встретить остальные взводы и приказать им делать то же, что делаете вы; но на это требуется время…
– Капитан, – возразил Урб, – у меня такое чувство, что здешние всё просекли. Патрулей больше, они стали крупнее и осторожнее. Мы в любое время можем напороться на засаду, и это выводит из себя. В следующий раз вы можете найти кучу трупов. Малазанских трупов. Мы вышли налегке, взяли мало морантских припасов, так что дальше будет еще труднее. Сэр.
– Знаю, сержант. Вы потеряли одного в последнем бою.
– Ханно, сэр.
– Стал беззаботным, – заметила Хеллиан.
Урб нахмурился, но потом кивнул: – Да. Правильно.