Чтение онлайн

Через щелку в ставне Смотритель взирал на толпу, снующую туда и сюда по улице. Иногда появлялся случайный Тисте Эдур, на голову выше всех летерийцев; Брол думал, что он может прочитать на его лице одурение, тщательно скрытое высокомерно-отстраненной гримасой. А однажды, на лице хорошо знакомого ему старейшины с окованным браслетами копьем, он увидел отблеск алчности.

Мало кто приветствует перемены, и потому они приходят медленно и тайно. Верно, летерийцы испытали горечь поражения армий, убийство короля, приход новых правителей… но даже такие крутые перемены оказались не такими уж катастрофическими. Плетение, связывающие летерийцев в народ, оказалось прочным и – Брол хорошо это понимал – гораздо более упругим, чем казалось на первый взгляд. Но больше всего его тревожило то, с какой легкостью плетение захватывало всех, кто вторгался в его сердцевину.

В его касании яд, не смертельный, но заразительный. Сладкий… но все же, в конце концов, гибельный. Яд происходит от… удобств. Да, он видит, что удобства доступны вовсе не всем, скорее немногим. Богачи выставляют достаток напоказ, что затрудняет понимание факта: они составляют явное меньшинство. Но он также понимает, что различия необходимы. Не всякому дано быть богатым. Система не потерпит равноправия, ибо сила и даваемые ей преимущества основаны на своей противоположности. Неравенстве. Иначе как стяжать силу, как показать ее ценность? Чтобы были богатые, нужны бедные, и бедных должно быть больше.

Простые правила, их понимание дается простым наблюдением. Брол Хандар не был мудрецом; он напоминал себе об этом каждый день по прибытии Смотрителем в Дрену. Не имел он и особого опыта управления – но даже скудных навыков оказалось вполне достаточно для исполнения новых обязанностей.

Фактор Летур Аникт вел необъявленную войну против племен на границе, использовал имперские силы для приобретения все новых имений. Для кровопролития нет разумной причины: его цель – просто личное обогащение. И все же Брол не знал, что с этим делать; не знал даже, стоит ли делать хоть что-то. Он подготовил обстоятельный доклад Императору, приложив множество документов, описывающих ситуацию в Дрене. Доклад оставался под рукой, ибо Брол начинал подозревать: отправленный в Летерас, он не достигнет глаз Императора или его эдурских советников. Казалось, канцлер Трайбан Гнол лично заинтересован, даже состоит в союзе с Летуром Аниктом – значит, возникла обширная сеть власти, скрытая под поверхностью и процветающая независимо от правящих Эдур. Ему ясно видимо одно звено – связанное с ассоциацией богатейших семей, Советом Вольности. Может быть, эта организация является сердцем тайной силы. Но он не уверен.

Брол Хандар, благороднорожденный из второстепенного семейства Эдур, ставший Смотрителем маленького города на отдаленном краю империи, хорошо понимал, что не посмеет бросить вызов такой силе, как Совет Вольности. Он даже начал думать, что племена Тисте Эдур, рассыпанные по просторам этого государства, стали лишь мусором на поверхности ленивой, глубокой реки.

Да, есть Император.

Который, вроде бы, сошел с ума.

Он не знает, к кому прибиться; не понимает, опасно ли творящееся перед его очами.

Брол вздрогнул, расслышав новый шум у ворот. Склонился к окну, устремив взор сквозь щели.

Арест. Люди быстро разбегались от двух ничем не примечательных летерийцев, с двух сторон прижавших жертву к створке ворот. Не было ни громких обвинений, ни испуганных жалоб. Молчание, разделяемое истопатами и их пленником, почему-то потрясло Смотрителя. Словно подробности никому из них не интересны.

Один из агентов обыскал задержанного, оружия не нашел. Второй агент прижимал мужчину к деревянной створке, а первый снял кожаный кошель с пояса и начал вытряхивать его. Лицо пленника вдавилось в барельеф, украшавший широкий квадратный столб. Изображения показывали некие славные времена Летерийской державы. Брол подозревал, что никто из участников сцены не заметил иронии. Обвинение будет обычным. Подстрекательство. Но против кого? Не против присутствия Тисте Эдур – оно ведь неизбежно, и Брол Хандар не слышал ни об одном случае реального недовольства. Итак… против кого, чего? Должники были всегда, некоторые бежали от кабалы, но немногие. Существуют секты, призывающие к политическому или социальному протесту; большинство привлекают в члены выходцев из бесправных, подъяремных племен – фентов, нереков, Тартеналов и так далее. Но после завоевания многие секты распались или бежали за пределы Империи. Подстрекательство. Обвинение, которое никто не решится оспорить вслух. Но где-то же должен существовать список разрешенных убеждений, идей и вер, составляющих «истинное учение». Или у них принято что-то более хитрое?

Кто-то поскребся, миг спустя дверка кареты распахнулась.

Брол Хандар взглянул на вошедшего. Повозка накренилась под новым весом. – Ради всего святого, заходите, Орбин.

Орбин Правдоискатель вечно потел, невзирая на температуру окружающего воздуха – словно некое внутреннее давление изгоняло токсины мозга через кожу. Размякшие от годов неупотребления мускулы, жирная рожа, покатый, тяжелый подбородок. Глава местных истопатов, на взгляд Брола, был самым презренным из виденных им созданий.

– Вы прибыли как раз вовремя, – произнес Тисте Эдур, едва Орбин влез в карету и плюхнулся на противоположное сиденье. Острый запах пота затопил помещение. – Я не подозревал, что вы лично проверяете обычную деятельность агентов.

Улыбка Орбина была масляной. – Мы наткнулись на кое-какие сведения, которые могут быть интересны для вас, Смотритель.

– Еще один фиктивный заговор?

Улыбка тут же расползлась до ушей. Блеснули зубы. – Если вы насчет Болкандийского Сговора – так это изобретение Совета. А мы добыли информацию относительно вашего народа.

– Моего народа. Очень хорошо. – Брол Хандар ждал. Снаружи агенты утащили пленника, их место тут же заполнил пугливый людской поток.

– К западу от Синей Розы видели группу. Двое Тисте Эдур, один из них белокожий. Думаю, именно его знают как Белого Ворона. Кстати, для нас, летерийцев, это очень тревожащее прозвище. – Он моргнул, опуская тяжелые веки. – С ними шли трое летерийцев, точнее, две женщины и беглый раб с клеймами племени Хирот.

Брол заставил лицо оставаться неподвижным, хотя в груди все сжалось. «Не твое это дело». – У вас появились точные сведения об их местонахождении?

– Они движутся на восток, в горы. Там три перевала, два открыты в это время года.

Брол Хандар не спеша кивнул. – Императорский К’риснан тоже способен определить их приблизительное местопребывание. Все перевалы блокированы. – Он помолчал и добавил: – Так сказал Ханнан Мосаг.

Темные глаза Орбина блеснули на него из складок жира. – Я наслышан об эффективности Эдур.

– Да.

Прозванный Правдоискателем мужчина продолжал: – У Истых Патриотов есть вопросы относительно белокожего Эдур, так называемого Белого Ворона. Из какого племени он происходит?

– Ни из какого. Он не Тисте Эдур.

– Ага. Я удивлен. Описание…

Брол Хандар молчал.

– Смотритель, мы можем помочь?

– Пока что это не нужно, – отозвался Эдур.

– Меня очень удивляет, что вы все еще не сомкнули кольцо вокруг группы, не пленили их. Мои информаторы утверждают, что Эдур – никто иной, как Фир Сенгар, брат Императора.

– Я же сказал: проходы блокированы.

– Ах, тогда вы сжимаете сеть даже сейчас, пока мы беседуем.

Брол Хандар улыбнулся: – Орбин, вы недавно упоминали, что Болкандийский Сговор – изобретение Совета Вольности. Тем самым вы подтвердили, что истопатов с ним ничто не связывает?