Бундори
Шрифт:
Они подошли к воротам кладбища.
— Здесь мы расстанемся, сын мой. Но знай: я всегда с тобой.
— Ото-сан! — Сано коснулся отца. — Не уходите!
Рука повисла в воздухе.
— Сёсакан-сама?
Сано увидел Хирату, стоящего в открытых воротах.
— Простите, что потревожил вас, — проговорил Хирата с прежней неуверенностью в голосе. — Но вас так долго не было, и я начал беспокоиться...
— Со мной все в порядке, — солгал Сано. Должно быть, сочетание хмеля, усталости и сыновней любви породило видение. Но сон наяву закончился, и теперь Сано чувствовал себя более одиноким, чем раньше. — Пошли.
Они сели на коней.
Призрак возник в тот момент, когда отец был особенно необходим Сано. Встреча не уняла душевную боль, но дала прозрение. Сано увидел сходство между своим обетом, данным отцу и повелителю, и обетом Тюго Гишина, данным генералу Фудзиваре и Оде Нобунаге. Оба они поклялись поступать правильно, следовать бусидо. Но Тюго путь воина привел к преступлениям, а Сано — к углубленному пониманию того, что значит быть самураем. Это понимание и есть бундори Сано, его военный трофей. Несмотря на страдания, Сано получил удовлетворение от того, что действовал по чести и совести. Он будет и впредь поступать так же, потому что иначе не может. Правильное поведение принесет ему счастье.
Когда-нибудь.
— Куда теперь, сёсакан-сама?
Сано вздохнул:
— В замок.
И пусть сердце вечно болит об Аои, а мысли мечутся по суше и воде в поисках ее. Нужно искать счастье в работе, в браке и в верной службе повелителю.
«Когда-нибудь» начинается сегодня.