Будущего нет
Шрифт:
– Понятно, спасибо. Тогда возвращаюсь к воздушному типу подрыва…
Как обычно, никто спасибо за оказанную учебному отделению помощь не сказал. Правильно, это же не налитый на халяву стакан!
А мыло появилось только через две недели. Туалетное, индийское, с отвратным, едким запахом. И этим пронизывающим кумаром «Махарани» немедленно пропиталась вся общага.
***
Первое письмо от Аленки пришло, когда Сергей работал над выполнением особого поручения командования центра. Так сложилось, что на восемьдесят восьмой год пришелся юбилей учебной воинской части. То ли кто-то из бывших сокурсников сдал, то ли сам где-то засветился, но сейчас Александров делал солидную статью в окружную газету и одновременно сочинял небольшие, на пару абзацев, подписи под раскрывающими историю части фотографиями, стараясь, чтобы, при сохранении информационной составляющей, появился и художественный момент.
Заглянувший в Дом офицеров коллега отвлек от работы.
– Серега, тебе письмо.
– Спасибо, Миша.
С нетерпением вскрыв конверт, он с улыбкой вчитался в выведенные красивым женским почерком строки:
… очень по тебе скучаю, Сержик, и Инга тоже. Каждый вечер вспоминаем тебя за ужином, часто перечитываю твои письма…
… до сих пор не могу поверить, что буду жить с тобой в нашей квартире. Не могу дождаться, когда же это произойдет…
… учусь хорошо. И еще меня повысили на работе, теперь я инженер. Заведующая даже жалеет, что я уволюсь в следующем году. А я бы бросила все прямо сейчас и уехала бы к тебе, любимый мой Сержик…
… очень хорошо, что ты тогда прислал кусочек обоев. Инга уже сшила нам красивые шторы в зал, будут гармонично смотреться с обоями. Она еще где-то на блошином рынке нашла каркас для люстры в кухню, чтобы сделать, как у нас в доме, только осталось подобрать материю в тон…
… вяжу тебе в подарок на Новый год свитер. Просто сердце разрывается, как вспомню, что этот праздник мы встретим без тебя. Ты не мерзнешь там, в Москве? Береги здоровье, милый, сейчас осень, в дождь легко простудиться. Не забывай надевать шерстяные носки…
… для меня самый дорогой и любимый. Твоя жена Алена.
Еще несколько минут Александров смотрел на полные любви, нежности и печали строки. Он словно пообщался со своей милой, увидел прекрасный овал ее лица, заглянул в бездонные голубые глаза и ощутил на губах легкий поцелуй.
Печально вздохнув, Сергей сложил письмо и убрал в конверт, глянув на штампы. Десять дней. Да, почта с Урала идет долго. Надо сегодня же написать ответ. Хорошо бы еще вырваться в Москву, дозвониться Аленке на работу, но как это сделать в будни?
В этот раз и с выходными полный облом – всех лейтенантов задействуют в массовке по случаю празднования юбилея. Ну, хоть на местную самодеятельность посмотреть удастся.
Через пару недель позвонить все-таки получилось – Сергей заступил в патруль по Захолмью. Небольшой городок они вдвоем с капитаном-преподавателем несколько раз прошли из конца в конец, а потом начальник патруля убыл на обед домой, оставив лейтенанта одного.
Пятнадцатикопеечная монета провалилась в щель междугороднего автомата, обеспечивая связь. На удивление слышимость оказалась приличная:
– Лаборатория.
Волнуясь, Александров начал разговор:
– Здравствуйте. Будьте добры, пригласите к телефону Елену Александрову.
Собеседница строго поинтересовалась:
– А кто ее спрашивает?
– Муж.
Мгновения томительного ожидания, и вот в трубке раздался такой любимый, немного запыхавшийся голосок:
– Да? Алло?!
Счастливо улыбаясь, Сергей ответил:
– Аленушка, здравствуй…
***
По совету парней, и, честно говоря, поддавшись внезапно вспыхнувшей моде, Александров решил приобрести маленький телевизор. Поставить на кухню, да и в железнодорожной командировке вещь полезная.
Конечно, этот агрегат просто так на полках магазинов не лежал. Еще в прошлом году был заурядным, средней популярности товаром, а сейчас твердо перешел в категорию дефицита.
Собрав адреса торгующих электроникой магазинов, Сергей перешел к плановому прочесыванию торговых точек. После шести поездок в столицу результат оставался нулевым. Оно и понятно – не один он такой умный.
Но затем голову посетила светлая мысль: ведь аппарат можно взять не только цельной вещью, но и в виде радиоконструктора. Где продается подобный товар? Правильный ответ: в магазине «Юный техник».
Умозаключения не подвели. Буквально на следующие выходные Сергей возвращался в учебный центр, везя картонную коробку и обдумывая следующие шаги. Цена вопроса оказалась достаточно доступной – всего сто рублей.
Пусть не «Шилялис», «Юность» или «Сапфир», но и «Электроника ВЛ100» вполне пристойный черно-белый телевизор. Компактный и, судя по отзывам специалистов, прекрасно показывающий. Надо его только собрать и настроить.
Блуждания в поисках места, где взять приличный паяльник (да и детали кое-какие не помешало бы заменить) закончились в здании лаборатории КИП. Полулегально там была развернута целая мастерская, где ремонтировал бытовую аппаратуру слегка нахальный, но дельный старший прапорщик, немедленно заинтересовавшийся радиоэлектронной "подкованностью" лейтенанта:
– А ты разбираешься в технике?
– Не то, чтобы сильно, но опыт есть. Пробитый транзистор, диод с помощью тестера вычислю, цепи прозвонить сумею, паяю нормально.
– М-да? А вот в этом телевизоре что, по-твоему, неисправно?
Цветная «Радуга» работала исключительно в красном спектре. Попытки покрутить ручки регулировки эффекта практически не приносили. Пришло время вспомнить все, что удалось подчерпнуть в радиокружке и на кафедрах училища при монтаже и ремонте электронных пособий.
– Думаю, беда вон в тех конденсаторах. Из-за них мог вылететь по «эмиттер-коллектор» КТ 315 в канале цветности. То есть, он будто открылся на полную.
– Ну давай, выпаивай.
Замер «Цэшкой» подтвердил диагноз. Подозрительные конденсаторы и битый транзистор отправились в мусорную корзину, новенькие радиодетали встали на положенные места. Включение… Вполне пристойно, только цвета подрегулировать.
Офигеть! Такого результата Сергей не ожидал сам.
– Так…
Прапорщик задумался.