Чтение онлайн

С 16 мая курсантов-старшекурсников отправили в очередную командировку.

Кто-то старательно нагнетает напряженность между Арменией и Азербайджаном. А кто-то в самых верхах правительства Советского Союза делает вид, что ничего не происходит, спуская на тормозах выходки националистов и не принимая кардинальных решений. Безнаказанность порождает только новые преступления. Неужели об этом не знает Михаил Сергеевич Горбачев?

Или все-таки это план?

План, в который идеально укладываются все новые случаи дефицита повседневных, жизненно важных вещей? Как еще можно вызвать у населения недовольство существующим строем?

Революция семнадцатого началась с отсутствия хлеба. С хлебом пока все было нормально, но перечень товаров, попадающих под определение «дефицит», продолжал неуклонно расти.

Кстати, своевременно вспомнив об одном из них, Сергей переправил из училища на квартиру две коробки хозяйственного и полторы банного мыла. Запас у каптера имелся изрядный, припасенный им без ущерба для нужд курса, а пара банок сгущенки и одна кофе – нормальная цена.

Увидев создаваемый НЗ, Инга Михайловна пошутила:

– К войне готовимся, Сережа?

Но ее веселое настроение как-то сразу пропало после взгляда молодого человека. И внешне спокойное, обтекаемое в ответ:

– У нас там избыток, разрешили взять желающим, – душевное спокойствие не вернуло.

Ее зять (она уже давно так называла про себя хорошего, умного и ответственного мальчика), похоже, что-то знал.

Несмотря на уже неизбежные изменения в личном будущем, иногда и в этой области проскакивали моменты, говорящие о незыблемости временного течения.

Как-то довольная Аленка гордо продемонстрировала набор кухонной посуды, приобретенный при помощи тетушки. Несколько кастрюль из нержавеющей стали с толстым, многослойным донышком, и того же материала литровый термос. Один из оборонных заводов города выпускал эти предметы вожделения любой хозяйки малыми партиями.

– Это нам, Сержик. Буду в них тебе вкуснятинку готовить, а с термосом можешь в наряды заступать, чай с собой брать, или кофе. Он небьющийся, цельнометаллический. Аж пятнадцать семьдесят стоит!

Благодарно обнимая и целуя милую, Александров вспомнил – эту посуду он уже видел в снах.

Сны… Проклятие и невероятный дар, позволившие заглянуть в будущее и в чем-то изменить судьбу.

По неизвестной причине жуткие сновидения опять отступили, перестали приходить каждое полнолуние. Конечно, сердце грела надежда, что это их заслуга, что будущее все-таки изменено в главном, самом страшном… но что-то в душе не позволяло поверить в это до конца.

Привычка всегда находиться настороже, ждать неприятностей от судьбы, постоянный анализ обстановки и раздумья сильно изменили характер парня. Он заметно повзрослел за этот год, стал строже, решительнее и ответственнее. Уже не юноша, но молодой мужчина, глава семьи.

Таким его еще больше полюбила Аленка.

Они подали заявление в ЗАГС, был назначен день бракосочетания. С разрешения тетушки курсант регулярно прибегал к ним ночевать, «привыкать к домашней обстановке».

Конечно, пребывание строгой дамы в соседней комнате заставляло влюбленных соблюдать некоторую осторожность, но отказать себе в полных нежной страсти ласках они уже не могли. И очень хорошо, что не выдавала ни единым скрипом надежно сработанная в шестидесятые кровать.

Лена всерьез озаботилась мыслью стать идеальной домашней хозяйкой. И раньше очень хорошо готовившая, сейчас она старательно перенимала все кулинарные секреты Инги Михайловны, словно желая в полном объеме освоить «Книгу о вкусной и здоровой пище».

***

– Ну что, курсант, будешь это брать, или потом приедешь?

Сергей задумчиво посмотрел на разложенные на столе предметы формы и амуниции. Зачем ему вещи не по размеру? И, опять же, картины из будущего говорили…

Во время самоподготовки без пяти минут лейтенанты с неослабевающим интересом обсуждали главное – распределение. Для получивших назначение в двенадцатое управление это оказалась глубокая тайна, поскольку окончательные места им должны будут назначить непосредственно в Москве. Из-за этого, кстати, у женатиков возникли изрядные трудности с отправлением контейнеров. Получать дополнительные «грузовые» документы, делать переадресовку в столице – удовольствие из сомнительных.

Особой популярностью у пятикурсников пользовались две совершенно детские игры: запуск волчка со стрелкой по типу игры «Что? Где? Когда?», где вместо конвертов соискателю выпадала бумажка с наименованием месторасположения части, и вытаскивание аналогичных бумажек «не глядя» из фуражки товарища.

Глупость полная.

Единственный плюс – Александров узнал примерное расположение всех особо режимных объектов и некоторые особенности службы в каждом. Интерес подогревался важной деталью – не давали ему покоя пару раз мелькнувшие в воспоминаниях из будущего светлые, кремовые форменные рубашки. Правильный ответ может быть только один – он попадет… должен попасть в воинскую часть, обеспечивающую интересы флота, соответственно, военнослужащие которой носят морскую форму.

В перечне их было две, под Феодосией и Мурманском. Конечно, очень хотелось послужить на курорте, «у самого Черного моря», но большие, в рост человека сугробы тем местам не свойственны. Получается, Заполярье?..

Нахальный старлей-начвещ снисходительно глянул на затупившего курсанта. Каждый год одно и то же!

– Курсант, очнись. Перестань думать, ты же военный человек!

Усмехнувшись старой шутке, Сергей спокойно ответил:

– Товарищ старший лейтенант, может, вы мне запишите в вещевом аттестате, что это имущество я не получал?

– А ты жаловаться потом не побежишь?

– Зачем? На повседневку у меня все есть, парадка в комлекте. Остальное получу уже на новом месте службы. Оформите аттестат, пожалуйста.

– Ну, дело твое. Мне только легче.

Проверив записи, Александров снова положил бланк с печатями на стол начвеща:

– Допишите, пожалуйста, что не выдавался постельный комплект: матрас, подушка, одеяло.

Усмехнувшись, офицер прокомментировал:

– Знаток! – и выполнил требуемое.

Вежливо поблагодарив, курсант с мешком и солидной сумкой направился к автобусной остановке.