Чтение онлайн

— Что? — удивленно спросила Реогения.

Телемах вспомнил, что от него ждут реакции на «прострельный хит».

— А-а, да, — сказал он, выключив плеер и вернув его Реогении. — Круто. Убойно. Уль-лет.

— Пошли купаться, — предложила Реогения.

— Извини, у меня еще двадцать стадий по плану, — бодро заявил Телемах. — Арго, пошли.

— А-а, ты тренируешься… В последний день, да?

«Тебе-то не бежать», — подумал Телемах. Как говорит их педоном, «легче ржать, чем бежать».

— Ну-ну, — сказала Реогения. — Дерзай. Может, выиграешь олимпиаду — золотую статую в Олимпии поставят.

— Салют, — сказал Телемах и рванул вдоль моря, не дожидаясь продолжения. Гидра, честное слово!

Море сегодня было беспокойным, серо-синим с крупной рябью. Арго купаться не пошел, предпочел шастать по берегу, обнюхивая водоросли. Телемах заплыл далеко, из глубины появились дельфины. Они поговорили с Телемахом о рыбе, о теории океанического биогеоценоза Званцева, довезли Телемаха до берега, высадили и, пожелав успеха в эстафете, длинными серыми тенями исчезли под водой.

К завтраку Телемах почти не опоздал, чем приятно удивил маму.

— Доброе утро, — сказала она. — Неужели ты наконец-то научился рассчитывать свое время?

— Доброе утро, — отозвался Телемах. — Я включу новости?

— Да, конечно. И садись завтракать.

Телемах нашел пульт, включил «Самсунг», сыпанул в миску «Келлогс Фростерс» и залил принесенным Эвриклеей парным молоком.

С экрана энергичный журналюга вещал о том, что ночью на Трою было сброшено еще несколько графитовых бомб, и Троянская ТЯЭС выведена из строя, на что троянцы ответили демонстрацией протеста. Показали демонстрацию: мирные жители размахивали портретами Агамемнона, перечеркнутыми свастикой, лозунгами типа «Блицкриг затягивается?», «Бьем гада у стен Ленинграда» и «Ленинградцы умеют сражаться», красными флагами и голубями на палочках.

— Какая наглость, — сказала Пенелопа. — Можно подумать, мы ведем несправедливую захватническую войну! Всем известно, что Афина на нашей стороне.

Телемах не был воспитан в таком патриотическом духе, поэтому он сказал:

— Агамемнон, конечно, гад, в этом я с ними полностью согласен. По-моему, скоро дело дойдет до остракизма…

— Возможно, это и так, — строго сказала Пенелопа. — Но это не дает права всяким троянским собакам отождествлять себя с блокадным Ленинградом.

Телемах промолчал, он вообще был против всяких войн. Он был за мирный космос.

— Они забыли, с чего все началось, — сказала Пенелопа с возмущением.

А началось все действительно не очень красиво. На свадьбу Пелея и Фетиды, будущих родителей героя Ахилла, были приглашены все боги, а про Эриду, богиню раздора, то ли забыли в спешке, то ли ее комп заглючил, и приглашение по электронной почте не дошло, то ли ее специально не стали приглашать, чтобы не портить праздник. Эрида, обладающая ужасным характером, конечно, смертельно обиделась и, разумеется, решила отомстить. Она все же приперлась на свадьбу без приглашения, прихватив с собой портативный ноутбук фирмы «Эппл», села в сторонке и с независимым видом принялась увлеченно играть в «Дум».

Проходившая мимо Афродита надменно заметила, что лично она не понимает, как богиня может играть в такой бред. Гера, которая особым интеллектом не отличалась, но в «Думе» доходила до шестнадцатого уровня, сказала, что ни черта Афродита не понимает в колбасных обрезках.

— Ну не ссорьтесь, не ссорьтесь, — сказала Эрида. — Сегодня ведь праздник. Если тебе, Афродита, не нравится «Дум», у меня есть игрушка получше, я ее только вчера дописала. Называется «Троянская война». В ней могут участвовать одновременно от двух до нескольких тысяч человек. Хотите сыграть?

— Только чур — я за землян! — заявила Гера.

Они начали играть, собрали вокруг себя кучу болельщиков. Борьба шла с переменным успехом, потом Афродита начала выигрывать, чем ужасно разозлила Геру.

Афина, которой Зевс как любимой дочке поручил развлекать гостей, как раз собиралась показать фокусы и провести викторину «Знаешь ли ты свой город» с призами, но оказалось, что все сгрудились у компа, подбадривают играющих и не обращают внимания на несчастного массовика-затейника. Афина пролезла в центр толпы, намереваясь вырубить комп и разогнать стихийное сборище, но Гера завопила:

— Нет, нет, погоди, я должна выиграть, я только во вкус вошла! Щас я ее сделаю!

Победой, там, разумеется, и не пахло, просто Гера не хотела признать, что Афродита выигрывает.

— Дай-ка, я тебе помогу, — сказала Афина, беря джойстик. — Сейчас увидите, как работают профессионалы! Э-э, да кто так игры программирует. Вот здесь надо все переделать. Эти баррикады тоже никуда не годятся. Этот прием с деревянной зверюгой неплохо придуман. Но почему ты, Эрида, выбрала именно корову? Не лучше ли сделать… ну-у, скажем, коня?.. А это разве уличные бои? Нет, здесь все надо в корне менять… Уж кто-кто, а я в войнах кое-что понимаю!

Афина продолжала брюзжать, цепляясь ко всяким мелочам, но, тем не менее, они с Герой начали теснить Афродиту. И тут на самом интересном месте у компа сдохли батарейки.

— Ну-у, мы так не играем! — в один голос взвыли богини и начали спорить, кто победил.

Эрида сидела в уголке и в полном удовлетворении потирала руки: свадьба была испорчена. Боги не могли прийти к единому мнению, кто же победил, и тогда Гера, Афина и Афродита решили спросить у незаинтересованного лица.

Они, как снег на голову, материализовались посреди офиса процветающей компьютерной фирмы «Приам и сыновья» на планете Ноили. В офисе сидел программист Парис и, уставясь в экран, искал ошибку в программе на бейсике.

— Эй, смертный, а ну ответь, кто из нас выиграл? — прогремела Гера голосом злых пришельцев из американских мультиков.

Парис посмотрел на них без всякого удивления, не говоря уж о подобающем благоговейном трепетании, почесался, зевнул и, так как типом был до крайности безыдейным, заявил:

— Найдете мне ошибку — скажу.

— А может, тебе еще и программу написать? — с неприязнью осведомилась Афина. — В двести двадцатой строке запятую поставь, чайник.

— А ведь и правда! — сказал обрадованный Парис. — Ладно, спасибо.