Чтение онлайн

— На мокрое, — мне пришлось сделать над собой усилие, чтоб не заржать. Нас этой дурацкой загадкой еще в школе мучили.

— С реакцией нормально всё, мне кажется, — заметила Марго.

— Да, — признал лысый. — У меня нет вопросов.

Тут в кабинет за моей спиной кто-то заглянул.

— Заканчиваем уже, — махнул рукой Гелий невидимому собеседнику и уставился на меня. — Хотите спросить нас что-нибудь?

— Мм, а когда будут результаты? — выдавил я.

— Определенно не интересуется спасением мира, — ухмыльнулся Рудник.

— Мы постараемся побыстрее, — улыбнулась Марго. — Решение о финальном балле принимается коллегиально по каждому абитуриенту, иногда это занимает время.

— А какой у вас запасной план, если не пройдете? — опять возник вредный лысый.

— Никакого, — признал я. — Ваш курс в приоритете. В принципе я подавал еще на прикладное моделирование и андроидоведение, но…

— Андроиды и на этом курсе будут, — заверил меня Рудник.

— Мне кажется, можем отпустить человека, — бросила на него острый взгляд Марго.

Гелий со злым Красиным согласно кивнули, Рудник тоже возражать не стал. И я выкатился в коридор.

Другие претенденты уже скопились перед дверью. Швед запустил в кабинет следующего, закрыл за ним дверь и вышел со мной на улицу.

— Ну как? — спросил он.

— Чот я не знаю, — пожал плечами я. — По-моему, не очень.

— Сказал что-нибудь про спасение мира?

— Нет. Вернее, когда спросили, сказал, что попробую, если надо будет.

— Это ты зря. Школьники на выпуске сейчас все эссе пишут на тему, как спасти мир или, как минимум, сделать его лучше. Чего ты надулся? Я шучу. Это вообще необязательно. Тем более с твоим органическим баллом.

— А, кстати, я хотел спросить. Что это у меня за балл и как начисляются очки за за собеседование?

— По органическим баллам так. 50 — минимум. Меньше не берут, просто нельзя, человек не сможет расти. Средний у поступающих — обычно в районе 70. Так что твой — ого-го какой. У меня при поступлении даже близко такого не было.

— А сейчас у тебя какой? А у Гелия какой?

— Сейчас не знаю. Все профессионалы считают этот замер глупостью, но, понимаешь, это и правда так. Если человек может работать голыми руками, у него точно больше сотки. У меня при поступлении был 85, наверное, подрос с тех пор, я кое-что могу, но все-таки без направляющих мне некомфортно. Недостаточно уверенно себя чувствую. А ни Гелия, ни Марго ты не затащишь на эту установку. Пару лет назад Министерство предлагало замерять уровень органики преподавателям, на это Гелий сообщил, что оглашение реального уровня старшего персонала демотивирует молодежь, поскольку они сочтут его недостижимым. И для примера загнал туда Красина как самого молодого.

— И сколько у него получилось?

— 153.

— Ага.

— Ага, ты понял, да? Он, небось, к тебе доматывался по полной программе?

— Типа того.

— Вообще у него в принципе такая роль. Он официально наш злой полицейский. Но, между прочим, Гелий был прав. Красинские 153 балла привели первокурсников в лютую тоску, и они всем коллективом провалили две лабораторные подряд. С тех пор к нам не приставали. А по поводу собеседования — твой балл будет средним от собеседования и замера. Максимум, что можно получить на собеседовании — сотка. Если предположить самое худшее — что ты сейчас получил ноль, то на выходе у тебя будет 84. И это неплохо.

— Ну… пусть так, пошел я тогда, — махнул я ему рукой и двинул к общаге.

Поглядим, что будет.

В общаге я застал печального Баклана. Весь его план по захвату первых мест разбился о коварство зрителей, которые начали смотреть шоу о копьеносцах целыми коллективами, причем круглосуточно.

— Представляешь, одна такая команда сидит в соседнем корпусе! — жаловался Баклан. — Я даже сходил познакомиться. Они тоже заняли тренировочную комнату и сидят там безвылазно. Вернее, вылазно, но посменно. Я даже не понял, сколько народу участвует, по-моему, дофига. Целый этаж, похоже.

Я заржал, а Баклан только набрал обороты.

— Не, ну как так можно! Все достижения сбрасывают в один акк! Меня вообще в рейтинге уже нет, болтаюсь где-то на уровне второй сотни. Да еще вы с Димой куда-то делись, а одному без вас смотреть совсем неприкольно. Там ничего интересного не происходит, думал, хоть на девчонок посмотрю, а уже три серии никого, одна жратва, лапшу в себя всасывают только в путь, я от этого сам есть хочу, вообще непонятно, зачем теперь это смотреть. А как всё начиналось! И демоны были знатные, фиолетовая версия вообще огонь, так и ее тоже давно нет!

— Ты определись, тебе в рейтинг или фиолетовых демонов?

— Мне — в рейтинг. Раз нет девчонок и фиолетовых демонов.

— Скажи мне, а там призы или что? Чего ты вцепился-то в это шоу? Других что ли нет?

— Да нет там особых призов, если только мерч дадут. Но я же не из-за него. Мне приятно было, что наша команда так круто выступает, вроде как мы лучше всех… А теперь что?

— Так. У меня есть мысль. Покажи мне правила участия.

— Чего это ты озаботился ими? Раньше тебе было плевать.

— Раньше мы сами в это играли. А теперь у меня есть мысль. Насчет привлечь кое-кого, и для этого кого правила могут быть важны. Потому что мы сами твои амбиции не вытянем.

— Чего это сразу «амбиции»…

— А что это, если не они? Не морочь мне голову, показывай правила.

Правила оказались гибкими донельзя, я прямо обалдел. Кто ж так делает? Согласно тексту, количество зрителей на одном акке не ограничивалось, единственное, что запрещалось, это просмотр из разных точек одновременно. И это отслеживалось. А смотреть можно было любым коллективом хоть круглосуточно. Причем понятно было, что увеличивать одновременное количество зрителей ни к чему, а вот организовать круглосуточный просмотр было бы самое то. Наши конкуренты успели посмотреть от 150 до 200 серий, и Баклан со своими 60-ю был действительно нигде. Хотя с момента нашего совместного просмотра и успел посмотреть четыре серии.

— Что? Что ты придумал? Рассказывай!

— Я придумал позвать Софью. И ее друзей-тумбочек.

— Да лаааадно! А они смогут копья ловить? А согласятся?

— Насчет копий проверим. А насчет согласятся, я поэтому правила и спросил. Андроидов ты ни на что противоправное не подпишешь, но тут всё чисто. И причина у нас есть — сделать Баклану приятное.

— И чего, они согласятся?

— Ну а почему нет? У тебя нет, случайно, дня рождения поблизости?

— Не, у меня в мае.

— А, ну ладно. И без дня рождения договоримся. Давай письмо писать.