Бродяга

* * *

У личности всегда есть этическая основа, которая не может быть пересмотрена из-за изменений внешних условий.

Сергей Бережной

Сон совести рождает чудовищ.

Перефраз

* * *

– Или этот слизняк гораздо смелее, чем я думал, или он сильно переоценивает мое чувство юмора, - я был в ярости рассматривая "мир бога зла". Абсолютного зла. Окружение вовсе не потрясало. Оно даже не впечатляло.

Небольшая комната. Стол и два неодинаковых стула - вот и вся обстановка. Зелень листвы за окном. И какой-то мальчишка пьет кофе, аромат которого повсюду. Розетка с печеньем и пиала с янтарной жидкостью, напоминающей мед, стояли на столе рядом с ворохом каких-то бумаг и аккуратной стопкой книг. 

Серый с тигриными разводами кот сверкнул презрительным взглядом и вновь равнодушно уставился на аквариум с красными рыбками. Было видно, что он всерьез и надолго устроился на коленях у мальчишки, и никакие незваные гости не нарушат его кошачьего спокойствия. 

Я же, в отличии от кота, закипал. В первое мгновение показалось, что меня переместили назад на Землю. Сбивал контраст этой комнаты со всем увиденным за последние пол года: дворцы, блистающие роскошью, или маленькие комнатушки с земляным полом, посыпанным соломой. Комната напоминала квартиру в многоэтажке - не тесную, но сжатую со всех сторон такими же унылыми коробочками из кирпича или бетона. 

Первая растерянность, вызванная этим контрастом, прошла, и я внимательнее взглянул на сидящего за столом.

Мальчик откинулся на спинку стула и с каким-то странно детским беззащитным выражением смотрел на меня. Его выражение лица можно было принять за отчаяние, но раскованная поза и усталый взгляд хозяина комнаты, путали все впечатление и выбивали из колеи. 

– Послушай, куда это я попал? 

– А куда бы вам хотелось попасть, сударь?
– легкая улыбка скользнула по лицу пацаненка. 

– Малыш, к чему эти шутки? Один вот уже пошутил со мной, и теперь даже я не знаю, чем это для него кончится. Скажи-ка мне лучше, где здесь выход, и я избавлю тебя и твоего кота от своего присутствия.

– А какой бы выход вы предпочли, сударь?
– продолжал упорствовать мальчишка. Кот на его коленях упорно продолжал гипнотизировать рыб.

Что делать абсолютно неясно. "Типичный заморыш-вундеркинд, скучающий от безделья", - мелькнула мысль, - "Куда же меня все-таки занесло?"

– Парень, я спешу. Мне нужно вернуться туда, откуда я пришел, - процедил я, всем видом стараясь показать, как тяжело мне себя сдерживать и как повезет этому заморышу, когда я его избавлю от своей компании. 

– Зачем же вы явились оттуда сюда, раз вам надо туда, сударь?
– удивленно спросил мальчик, невинно подняв брови и даже приоткрыв рот, словно несказанно пораженный подобной бессмыслицей, - К тому же вернуть вас обратно не в моих силах, сударь, - скороговоркой прибавил он, наверное увидев, как у меня от ярости потемнели глаза, а рука потянулась к мечу. 

– Это я и без тебя знаю, щенок, что не в твоих силах. Ты мне просто скажи, где я нахожусь и кто здесь поумнее тебя?
– взорвался я, раздраженный идиотизмом ситуации, своей вспыльчивостью и явным испугом "вундеркинда".

– А где бы...
– начал наглец и осекся. Задумавшись, он начал вновь, в явно непривычной для себя манере, - Вы находитесь во владениях бога зла, сударь.

– Неужели? А ты, стало быть, его секретарь?

– А зачем вам его секретарь, сударь?

– Малыш, ты меня бесишь. Ничего если я тебя придушу?

– Сударь, давайте и правда представимся. Я бог зла. Меня зовут Сна, если не добавлять всяких глупых титулов. С кем имею честь, сударь? 

Я не выдержал и расхохотался.

– Ну, парень, тебе действительно удалось рассмешить меня. Как говорится: "Кто хочет тот добьется". Но может...
– теперь осекся я.

В мальчишке произошла неуловимая перемена. Казалось, что изменилось только выражение лица, но это было так неожиданно, словно полотенце, превратилось в твоих руках в ядовитого гада. Этот другой был не страшен, страшна была сама перемена. Он словно повзрослел, его губы исказила презрительная усмешка, кожа на лице стала смуглее, а черты его резче. 

– Ты зачем пришел?
– грубо спросил изменившийся "вундеркинд".

Я вдруг почувствовал себя жутко. Забытое ощущение бегущих по телу мурашек. Острое ощущение, что в этой комнате я один на один с чем-то непонятным и потому страшным сковала мышцы. Внезапно душу резанули детали, еще минуту назад не имевшие значения. Раздражавшее ранее отсутствие дверей теперь струнами натягивало нервы и мутным холодком шевелилось в желудке. Незаметная ранее музыка вдруг въелась в мозг, и в нем зазвучал набат, похожий на марш и стоны, напоминающие песню сирен. Непонятный пасмурный свет из окна стал вдруг зловещим. 

Ужас. Это называется ужас.

Я ощутил что скован. Воздух вокруг превратился в камень. Кот откровенно презрительно смотрел на в упор. Его вертикальные зрачки то сужались, то расширялись. "Вранье, будто люди не верят в собственную смерть" - мелькнула жуткая мысль, и похоже у меня задрожали губы. Это заставило встряхнуться. Вернулась ярость. 

Стало почти не страшно, но губы продолжали дрожать. Ненавидя себя за эту слабость я пытался собраться с мыслями. Захотелось хоть что-то сказать, чтобы сгладить этот эффект и перебить вкус ужаса. Или это кровь во рту?

Смерть. Какая разница.

– Никогда не думал, что зло это смерть, - выдавил из себя я.

– Ты всегда от страха становишься философом или это просто истерика?
– презрительно спросил Сна.

– Ты не убьешь меня. Зачем бы ты со мной столько возился?

– Не надолго же тебя хватило. Ты первый человек, душу которого мне удалось разбудить лишь на миг.

Оковы, сковывающие тело, внезапно исчезли, кот вновь равнодушно уставился на рыб.

– Смертельный ужас ты называешь пробуждением души?