Британия
Шрифт:
Это была совершенно невиданная находка. Попади Юэн сейчас домой, в Глазго, он бы разбогател на одном дозиметре. Он осторожно положил прибор в рюкзак и взял в руки пистолет. Это был «Глок-17». У одного из парней с его станции был такой, он показывал его Юэну во время долгой и скучной вахты в туннеле. У этой модели была легкая пластиковая рукоятка, удобно лежащая в руке, и вообще пушка казалась совершенно новой. Аккуратно разобрав пистолет, Юэн не обнаружил ни единого пятна ржавчины, а механизм, похоже, был почти в том же состоянии, в каком его положили в ящик много лет назад. Картонная коробка рядом с «Глоком» тоже прекрасно сохранилась: там было полсотни патронов, пятнадцать из которых Юэн сразу же зарядил в обойму. Защелкнув большим пальцем предохранитель, он засунул пистолет в карман и положил остальные патроны в рюкзак. Конечно, с пистолетом не так надежно, как с испытанным ножом, но все же…
Кейтлин спала глубоким сном. Будить ее не хотелось. В конце концов, они были в безопасности. Юэн поставил автомат в угол, прислонился спиной к стене и стал ждать рассвета.
Кейтлин проснулась в твердой уверенности, что что-то не так, но сразу не поняла, что именно. В темноте слабо мерцал зеленый свет затухающей палочки, рядом слышалось мерное сопение Юэна.
И тут же в мозгу девушки словно сверкнула молния: Юэн уснул. Они сидят под землей, и Юэн уснул. Она же хотела дежурить с ним поочередно, потому что под землей, где не видно ни солнца, ни луны, ни других людей, очень легко потерять счет времени.
Она села и тряхнула Юэна за плечо.
— А? Что такое? — вскрикнул он, хватаясь за автомат, который девушка сначала и не заметила.
— Ты не разбудил меня!
— Тебе надо было отоспаться, Кейтлин, — сказал Юэн, протирая глаза.
— Прекрати обращаться со мной как с ребенком! Ты меня не разбудил, и теперь мы не знаем, сколько времени тут просидели!
Об этом Юэн не подумал.
— Елки-палки! — сказал он. — Прости, как-то не пришло в голову…
— Надо узнать, который час. Не хочу застрять здесь еще на одну ночь.
— А что, не самое худшее место…
Юэн встал и потянулся. Надо было все-таки спать лежа: шея и плечи были словно деревянные. И, конечно, было бы здорово, если бы туалет в этом бункере работал.
— Ладно, собирай вещи. Посмотрим, что там снаружи. — И он свернул спальный мешок и положил его в рюкзак.
Прихватив умирающую светящуюся палочку, они вышли к лестнице, и Юэн забрался наверх. Тут его ждало открытие: в самом центре люка был небольшой глазок, прикрытый металлической шторкой, которого он в прошлый раз не заметил. Мужчина заглянул туда: вокруг была непроглядная темнота.
— По-прежнему темно. Погоди-ка…
— Чего ждать?! Валить надо!
— Тихо! — зашипел Юэн, маша рукой.
Он весь обратился в слух, ловя каждый шорох снаружи.
— Там день, — наконец заявил он.
— Ты же только что сказал, что ночь.
— Неправда. Я сказал, что темно. Я слышу пение птиц. Значит, что-то загораживает обзор.
— Ну, если день, то они к нам не сунутся. Открывай люк — и валим!
Крыть было нечем, и, повернув металлическое колесо, Юэн чуть-чуть приподнял люк, чтобы убедиться, что на дворе действительно день и чудовищ поблизости не видно.
В щель хлынул дневной свет, и оба вздохнули с облегчением, но полностью открыть люк что-то мешало. Юэну удалось только немного расширить щель — как раз, чтобы с трудом и проклятиями вылезти наружу и вытащить за руку Кейтлин.
На люке лежал прогнивший остов маленького автомобиля. Судя по следам, его притащили с дороги, чтобы перегородить выход до заката. Путники обменялись тревожными взглядами.
— Похоже, они еще опаснее, чем мы думали.
— Еще опаснее, чем ты думал, — уточнила Кейтлин. — Я-то с самого начала думаю, что они обосраться какая жуть!
— Есть еще одна проблема, — сказал Юэн, глядя на облака, почти полностью скрывающие солнце.
— Какая?
— Мы просидели там дольше, чем нужно. Сейчас полдень. У нас осталось часов шесть до темноты.
Кейтлин посмотрела на машину, которой их чуть было не заперли навеки в темноте, и снова на спутника.
— Оставаться тут точно нельзя. Нет гарантий, что они ночью либо не отковыряют люк, либо не замуруют нас вообще, притащив сюда какой-нибудь грузовик.
— Я думаю, надо идти по реке: так мы быстрее доберемся до Йорка, — бодро сказал Юэн.
— Ну, пошли.
— Подожди, сперва надо облегчиться.
Кейтлин не стала спорить, потому что самой хотелось того же. Но, когда они двинулись в сторону обрушившегося сарая, девушка внезапно почувствовала, как внутри нее тошнотворной волной разливается ужас.
— Юэн, стой! — слабым голосом произнесла она.
Мужчина с любопытством оглянулся на ее бледное лицо и тут уловил движение в тени одного из полуразрушенных зданий за спиной девушки.
— Твою мать! — прошептал он.
Кейтлин тоже заметила их в сарае, куда они направлялись, — огромные мускулистые туши растянулись в тени, в ожидании ночи. Глаза их мерцали в темноте, но звери лежали тихо: ждали, не подберется ли добыча поближе.
Юэн схватил Кейтлин за руку и потащил за собой к дороге. Когда они выбежали на заснеженный асфальт, за их спинами раздался многоголосый разочарованный вой.
Солнце опять спасло путешественникам жизнь. В тусклом свете, который просачивался из-за облаков, Юэн и Кейтлин бежали по шоссе до тех пор, пока не увидели покрытую снегом и льдом реку. Скатившись по берегу, они продолжили бег на восток.
Идти по реке оказалось гораздо удобнее, чем по любой дороге. Во-первых, на ней не было ржавых машин; во-вторых, хотя по обоим берегам тянулись разрушенные дома, все они стояли довольно далеко от них.
Времени на разговоры не было — почти весь день они провели на бегу. Мимоходом Юэн отмечал, как меняется пейзаж вокруг них. Он помнил, что Йорк был одним из самых больших городов на севере Англии, и догадывался, что во время войны по нему наверняка били прямой наводкой. И все-таки Марла утверждала, что здесь по-прежнему живут люди.