Чтение онлайн

В результате войны за независимость испанских колоний в Америке в 10—20-х годах XIX века испанские войска были изгнаны из Калифорнии. Она вошла в состав Мексиканской империи, а затем — в 1824 году — независимой республики Мексики. Однако ненадолго. После американо-мексиканской войны 1846–1848 годов Калифорния была захвачена Соединенными Штатами.

Надо заметить, что когда американское правительство президента Полка аннексировало Калифорнию, оно еще не знало, что приобретает «новое Эльдорадо», золотоносную страну. Даты событий показывают прихотливую игру случая. Мирный договор Гуадалупе — Идальго, оформивший территориальные захваты США, был подписан 2 февраля 1848 года. Золото было открыто за неделю до того, 24 января. В обстановке едва закончившейся войны и при отсутствии налаженных средств связи новость распространялась медленно. Только через несколько месяцев обе стороны, побежденная и победившая, поняли истинные размеры выигрыша и потери.

Случись открытие на месяц или даже на год раньше, это мало что изменило бы в ходе событий, однако если бы оно произошло на двадцать — тридцать лет раньше, американцам было бы гораздо труднее завладеть калифорнийским золотом. Помимо Испании, на тихоокеанском побережье американского материка имели опорные пункты другие европейские державы. Англичане владели соседним Орегоном. Русские располагались неподалеку от будущего Сан-Франциско.

Несколько слов о русских в Калифорнии.

В 1741 году русские экспедиции Беринга и Чирикова, идя путем русских мореходов XVII века, открыли Аляску. В 80-х годах XVIII века создаются первые русские фактории на северо-западном побережье американского материка.

В 1799 году, утверждая Российско-американскую компанию, русское правительство дает указание «распространять русские владения на северо-западном берегу Америки не только к северу от 55° широты, но и к югу, насколько это будет полезно и возможно…»

Русские промышленники и поселенцы жестоко страдали от нерегулярного подвоза продуктов; в Аляске земледелие и скотоводство было невозможным. В 1806 году, после очередной зимней голодовки и цинги, русский корабль «Юнона», имевший на борту прибывшего для инспекции поселений видного деятеля русской колониальной политики Н. П. Резанова, направился из Новоархангельска в бухту Сан-Франциско. Резанов поборол подозрения испанских властей, получил необходимый провиант и прогостил шесть недель в Сан-Франциско. Красота и богатство Калифорнии составляли резкий контраст с суровой природой русских колоний на Севере. Двое матросов с «Юноны» бежали, четырех других, замышлявших побег, пришлось держать в кандалах.

Интересно, что молодой Брет Гарт, искавший романтические мотивы в доамериканском прошлом Калифорнии, избрал приезд Резанова в Сан-Франциско темой одной из известнейших своих баллад. В «Консепсьон де Аргельо» рассказано, как «граф Резанов», русский посол, прибыл в пресидиоСан-Франциско для важных государственных переговоров с испанскими властями и полюбил дочь коменданта крепости, юную Кончиту. Завершив переговоры, Резанов уезжает в Россию, чтобы вернуться с подписанным царем договором и обвенчаться с дочерью коменданта.

Но русский посол не вернулся. Через сорок лет после рокового дня, когда русские флаги скрылись в океане, ушедшая в монастырь Кончита узнает от заезжего путешественника, что Резанов не изменил ей, а погиб на обратном пути в Россию.

Не все в балладе Гарта согласно с историей, но «Консепсьон де Аргельо», как и Русская река к северу от залива Бодега и Русский холм в современном Сан-Франциско, остаются памятниками участия русских в освоении Калифорнии.

Образованный и дальновидный Резанов по достоинству оценил географическое положение и экономическое значение Калифорнии. Он с горечью писал в донесении министру коммерции:

В осуществление планов Резанова русские колонисты начинают тайно зарывать на калифорнийском побережье медные доски с государственным гербом и надписью: «Земля российского владения». В 1811 году Кусков, помощник главного правителя русских колоний, несмотря на возражения калифорнийских властей, захватил («купил» у местных индейцев) участок земли поблизости от залива Бодега, наименованного заливом Румянцева, и основал там «укрепленное заселение», форт Росс, вокруг которого развернул земледельческое и скотоводческое хозяйство для снабжения северных колоний. Русские ловили рыбу и били зверя в окрестностях нынешнего Сан-Франциско. Отношения русской колониальной администрации с русскими поселенцами и местным населением отражали крепостнические отношения в России. В 1825 году одно из восстаний калифорнийских индейцев против колонизаторов возглавил беглый русский промышленник Прохор Егоров.

Дальнейшего развития, однако, русские поселения в Калифорнии не получили из-за возраставших экономических и политических осложнений. С начала 1842 года колония Росс была упразднена. В официальном документе об этом говорится так:

Джон Саттер (или Суттер), энергичный авантюрист немецко-швейцарского происхождения, обосновался в Калифорнии с конца 30-х годов и сосредоточил в своих руках крупные земельные владения. Его поместье «Новая Гельвеция» послужило важным опорным пунктом для американской колонизации.

Когда позднее на земле Саттера было найдено золото, его состояние развеялось как дым: земли его были захвачены старателями, работники, зараженные «золотой лихорадкой», покинули его, стада и насаждения погибли. Безрезультатные хлопоты Саттера, до самой смерти искавшего у американского правительства возмещения понесенных убытков, входят в состав калифорнийской золотой эпопеи.

Все усиливавшееся с начала XIX века продвижение американских поселенцев к западу от реки Миссисипи должно было в конечном счете вывести их на тихоокеанское побережье.

Ранее американцы подходили к Калифорнии морем. Резанов в донесении рассказывает, что «губернатор обеих Калифорний» дон Хосе-де-Арилаго горько сетовал ему на «наглость бостонцев», то есть мореходов с атлантического побережья США. «Суда Американских Штатов, — жаловался Резанову испанский губернатор, — беспрестанно смуглируют по берегам нашим и потаенную торговлю производят, но этого еще мало, они оставляют нам иногда человек по десяти и пятнадцати совершенных разбойников… всеми наглостями ищут средств у нас водвориться».