Чтение онлайн

Стэнс провел факелом рядом со стеной. Узор вспыхнул сначала зеленым, потом ярко-алым, перешел в оранжевый, затем желтый. Стэнс коснулся ногтем цветной полосы. В тишине коридора послышалось слабое пощелкивание.

— Это из Кал-Хат-Тана? — спросила она и прикрыла глаза рукой. Ей показалось, что цвет удерживает свет факела и усиливает его. И, конечно, это было не только ее воображение, потому что глаза болели, словно она долго смотрела на источник света куда более яркий, чем факел.

— Не знаю. Я никогда такого не видел. Похоже, это должно иметь важное значение, однако не имеет. Только ощущение…

Она не знала, как может повлиять на восприимчивого человека его расы изображенное его же собственным народом. Но сама она испытывала здесь все больше и больше неудобства. Скорее бы уйти отсюда!

Коридор был достаточно широк, они шли без затруднений. И шли молча. Элосса старалась смотреть только перед собой, чтобы не видеть цветных полос. Здесь было какое-то притяжение, похожее на начало иллюзии.

Чем дальше они шли, тем шире становились цветные полосы. Те, что в начале их пути были шириной в палец, теперь стали шире ладони. Цвета не могли стать ярче, но смена их стала происходить более резко и все сильнее слепила глаза. Элосса закрыла лицо руками. Видимо, это производило такое же впечатление и на Стэнса: он ничего не говорил, но ускорил шаг, так что они почти бежали. Но в стенах не было никаких проходов, и путь казался бесконечным.

Элогса слабо вскрикнула и качнулась к стене, раздался зов юрта, громкий и ясный, будто юрт стоял прямо перед ними. Но здесь не было никого.

— Кто это? — с ноткой нетерпения спросил Стэнс.

— Юрт. Где-то близко. В опасности! — Элосса позвала, на этот раз не мысленно, по полным зовом, каким ее народ пользовался в горах. Каждый имел свой сигнал.

Впереди возникло какое-то движение. Стэнс поднял факел повыше, чтобы лучше видеть.

Да, к ним шел человек. Элосса подняла руку в приветствии юртов.

По виду это был юрт, но одежда была другая: вместо длинного грубого тускло-коричневого дорожного плаща, какой носили все юрты, на незнакомце была плотно прилегающая темно-зеленая одежда, оставляющая открытыми только кисти рук и голову. Элосса видела такую одежду на экране в небесном корабле. На этом юрте была одежда людей корабля, словно он шагнул сюда через поколения.

— Привет, брат, — сказала она на языке своего народа, а не на общем с раски.

На лице пришельца не отразилось ничего, никакого признака, что он увидел в ней что-то общее с собой. Блеск его широко раскрытых глаз, неподвижный рот пробудили в Элоссе какую-то тревогу. Она послала мысленную речь.

Ничего! Барьера не было, но она не коснулась ничего вообще. Ее изумление было так велико, что она на миг застыла, а в это время рука юрта, державшая черную трубку, поднялась на уровень груди Элоссы.

Стэнс всем телом навалился на Элоссу, отталкивая ее в сторону, и оба покатились по каменному полу. Там, где она только что стояла, пронесся яркий световой луч. Элосса даже в стороне и через одежду почувствовала палящий жар.

Ее ошеломила не столько эта неожиданная атака, сколько сознание, что против нее никто не стоял. Никакого юрта здесь не было, мысль-поиск ясно подтвердила это. А как же оружие? Ведь оно не было частью галлюцинации?!

Юрта не было, не могло быть! Она огляделась вокруг. Коридор был пуст. Но на полу чуть подальше от того места, где они упали, лежало оружие — черная трубка.

— Он… он исчез! — сказал Стэнс, поднимаясь на ноги. — Что это?

— Галлюцинация, — сказала она. — Страж…

Стэнс наклонился над трубкой, не прикасаясь к ней.

— Но ведь он был вооружен, он стрелял огнем из этой штуки! Разве галлюцинация может делать такое?

— Может, если те, кто видит иллюзию, верят в ее реальность.

— И у иллюзии настоящее оружие? — допытывался Стэнс.

Элосса покачала головой.

— Я не знаю. И мой народ не знает, чтобы иллюзия могла так действовать.

Она смотрела на трубку, которая не исчезла со своим хозяином, а все еще лежала тут, свидетельствуя, что в Элоссу и Стэнса действительно стреляли.

Взять ее? Прекрасная защита для Элоссы. Однако она не могла заставить себя прикоснуться к трубке. Стэнс потянулся к оружию.

— Нет! — резко крикнула Элосса. — Мы не знаем природы этой вещи. Может, она и вообще не из нашего мира!

Стэнс слегка нахмурился.

— Не понимаю я этой истории с галлюцинациями. И не могу поверить, что человек стоял здесь, стрелял в нас, а затем исчез. Как юрт прошел через Рот Атторна и что он здесь делал, кроме того, что пытался убить нас?

Элосса опять покачала головой.

— Не могу тебе ответить. Скажу только, что нам лучше не связываться с этим, — она указала концом посоха на трубку. — И… — тут она бросила случайный взгляд на стену. Рисунок изменился. Там было пятно, и на противоположной стене тоже. Элосса вытянула посох и, не касаясь самих стен, очертила на обеих сторонах четырехугольник высотой по грудь и шириной в две ладони. — Смотри!

Стэнс повернулся и посмотрел на стены.

— Юрт стоял здесь? — спросила она.

— Да, пожалуй. Но что это?

— Возможно, что он не галлюцинация. — Она попыталась вспомнить обрывки старых сказаний ее народа.

Хотя те, кто совершил Паломничество, наложившее на них печать ответственности и зрелости, никогда не говорили о Кал-Хат-Тане и Бремени юртов, у них были рассказы о старых временах. Элосса всегда знала, что между ними и миром, в котором они оказались пленниками, очень мало общего. У них было славное прошлое, которого они не надеялись достичь снова. На захороненном небесном корабле она узнала, каким образом маги юртов получили свою необычную власть. И вполне могло быть, что юрт, которого они видели сейчас, был не иллюзорным, а реальным, перенесенным сюда непонятным способом для защиты тайного места от вторжения раски. Если юрт, находящийся в таком тайном укрытии, не имел контакта с остальными, он мог видеть врага как в Стэнсе, так и в ней. Могла ли она общаться с таким затаившимся юртом?

Но почему же мысленное прикосновение отметило пустоту? Можно ли представить, что люди с корабля имели в свое время знание, а те, кто нес тяжкое бремя греха, утратили его?

— Если это не галлюцинация, — прервал Стэнс ее мысли, — то кого же мы видели? Призрак мертвого? Призрак, носящий оружие и умеющий им пользоваться? Этот огонь едва не зажарил нас!

— Не знаю я! — ответила Элосса, раздраженная своим неведением. — Я ничего не понимаю, кроме этих плит на стенах, — она вновь указала на них концом посоха. — И он стоял между ними.