Чтение онлайн

Игры, машинки, догонялки, первые драки, разбитые коленки — все это было как будто вчера. А интересно, кстати, если мне отправиться по своему домашнему адресу, смогу ли я увидеть «живьем» себя в молодости? От этой мысли я даже вздрогнул и чуть не обжегся бычком — сам не заметил, как сигарета кончилась. Хватит сидеть и фантазировать, надо идти. Со своим родственником знакомиться.

Подъезд ударил в нос смесью запахов мочи, перегара и крысиных хвостов. На лестнице на каждом шагу встречались то пустые бутылки, то окурки, то какие-то бумажки, а то и использованные шприцы. «Главное, не наступить на иглу», — вспомнил я давнее правило, «не дай бог через подошву в ногу войдет — кто их знает, чем они там болеют». С осторожностью переступая через этот мусор, я поднялся на нужный этаж, отыскал «свою» дверь и нажал на звонок. Кажется, здесь. Послышалось недовольное кряхтение — «кого там еще несет?» и дверь со скрипом открылась.

— Вам кого? — Мужик в старых вытянутых трениках и застиранной майке, видимо, не был расположен встречать гостей.

— Здорово, дядя, здесь живет Сергей Данилов? — спросил я как можно спокойнее.

То, что он не мой родственник, я сразу понял. Сам не знаю как. Да и на брата явно не похож.

— Нет здесь таких, — пробурчал мужик.

— Но я же помню, что…

— Слушай, парень, я не знаю, что ты помнишь. Я отсыпаюсь перед ночной сменой, только жену к матери спровадил — теперь ты меня достать решил. Сказал же — нет здесь никаких Даниловых. Тебе, наверно, адрес неправильный дали или ты сам что-то перепутал. Иди куда шел, — мужик захлопнул дверь, ясно давая понять, что аудиенция окончена.

Вот это да. Сказать, что я был обескуражен — ничего не сказать. Может быть, подвела память? Но это вряд ли — я шел сюда так же уверенно, как всегда шел к себе домой. Кажется, и с закрытыми глазами бы дорогу нашел. Но даже если я перепутал квартиру — этот мужик явно не знает никаких Даниловых. А это уже более чем странно. Соседи в то время еще вовсю общались друг с другом и уж точно поняли бы, о ком речь, если бы их спросили о жильце их дома.

Или что-то в системе измерений во вселенной окончательно поломалось, и я попал в одно время, а дом вместе с жителями — в другое? Нет, это уже совсем бред какой-то, так действительно до психушки недалеко. «Бред, говоришь? А то, что ты погиб в 2023 году, а воскрес в чужом теле в 1993 — не бред? Тем не менее это у тебя почему-то сомнений не вызывает» — не успокаивался внутренний голос, когда я медленно выходил из подъезда, пытаясь осмыслить происходящее.

— Вовка! Вовка, блин, ты вернулся! Живой!

Я поднял голову и увидел невысокого усатого мужичка с доверху набитой авоськой, улыбающегося во весь рот. Несколько золотых зубов так блестели на солнце, что я на секунду зажмурился. Он знает Данилова, что ли?

— Здрасте, — неуверенно произнес я, пытаясь выковырять из памяти его пронырливую рожицу.

— Привет, привет! — мужик схватил меня за локоть. — Давай рассказывай, как ты там! А мне говорили, что ты воюешь где-то в горячих точках! Чуть ли не в госпитале лежишь! Я думаю: ну все, попал наш Вовка-то в переплет! А ты вон живой и здоровый! Брехали, значит! — дядьку явно переполняли эмоции. — Ну что, как ты теперь, куда? Ух, какой-ты стал! А был то, шея как у куренка, а щас мужик прям!

— Да я вот к брату решил пока, осмотрюсь, а там видно будет…

— А-а, значит, ты не знаешь, — мужик помрачнел и замолчал. — Ты это… давай присядем, что ли.

Мы присели на ту же лавочку, на которой я десять минут назад вспоминал дворовые игры. Мужик суетливо закурил и уставился куда-то вдаль.

— Ну так что с Сергеем-то? — не выдержал я. — Он переехал, что ли, пока я служил? Тогда почему ничего не написал? — я решил, что если добавлять в разговор каких-то логичных деталей, то будет правдоподобнее. Ну в самом деле — если бы брат этого Вовы переезжал, то, наверное, нашел бы способ сообщить брательнику новый адрес, и не привели бы меня сейчас его воспоминания по ложному следу!

— Убили их, — тихо сказал сосед и часто заморгал. — И Серегу, и жену его, Катьку, и дочку их годовалую — никого не пожалели. Суки, их бы так самих…

— Как?!. Кто убил-то? — кажется, я начал вживаться в роль. Хотя незнакомых мне людей действительно было жалко. Ребенка-то за что? Да и брат с женой вряд ли были такими отморозками, что с ними стоило вот так.

— Да! — махнул рукой мой собеседник, — бандиты какие-то. Чего они, визитки будут оставлять? Куда-то влез твой Серега — то ли денег задолжал, то ли поссорился с кем-то, с кем ссориться не надо… Вошли и ножом всех… — сосед закрыл лицо руками: видимо, какая-то страшная картина до сих пор не давала ему покоя. — Милиция тут трясла всех, да только нас-то чего трясти? Это днем было, в выходной — кто на даче, кто телевизор смотрит, кто спит, кто на рынок ушел или с детьми гулять. А потом муниципалитет их задним числом выписал — их же квартира-то, а про тебя то ли забыли, то ли специально не вспомнили, а только у нас все говорили, что твое имя из документов как-то исчезло. Ну и, в общем, у них же сейчас дефицит жилья, сам знаешь. И квартиру вашу какому-то очереднику и выдали с аварийной службы. А он чего — разбираться будет? У него вон тоже семья. Дали квартиру — и хорошо. Мужик вроде нормальный… Так ты сам-то теперь куда?

— Пока не знаю, — покачал я головой. — Как-то слишком много сюрпризов.

— Это точно, — кивнул сосед. — Понимаю. Ну ладно, мне пора, я вон продуктов накупил — жена готовить собиралась. Пойду ее обрадую заодно, что ты живой вернулся. А ты, если что нужно, заходи. Дядя Саша я, если ты забыл! Из тридцать девятой! Ну бывай!

«Ну вот, хоть один представился и помощь предложил. Все не чужой человек, получается», — усмехнулся я про себя, глядя вслед удаляющемуся дяде Саше. «И ясность все-таки внес. Только что мне теперь с этой ясностью делать? Единственный человек, который мог бы меня принять в любых обстоятельствах и на чью поддержку я мог бы рассчитывать, оказывается, мертв. И здесь меня теперь никто не ждет — не лезть же к этому соседу. Он вроде человек добрый, но максимум, чего можно попросить у соседа — это переночевать один раз. Да и то неудобно, так что оставим это на совсем уж крайний случай. Но куда же мне теперь-то? Куда?».

Ситуация приобретала совсем уж жесткий характер. Как будто кто-то, кто писал сценарий моих приключений, постоянно думал, что мне мало, и добавлял еще. Такое впечатление, что где-то наверху решили проверить пределы моей выносливости и находчивости. Деньги, оставшиеся от настоящего Вовы, заканчиваются — хватит еще на то, чтобы пару раз перекусить да купить какую-нибудь мелочь вроде сигарет или билета на трамвай. То есть завтра их уже не будет совсем. На ночлег рассчитывать не приходится. Родственников, друзей и знакомых нет — ну кроме соседа, который, судя по всему, тоже живет небогато и чужих проблем ему не надо.

Да, вот это я попал. Что же теперь-то? Я даже не знаю, есть здесь у него, Вовы… то есть у меня кто-то еще или нет. Во всяком случае, его память ничего не подсказывает. Я вышел из двора и огляделся. Грязные улицы, заставленные торговыми палатками, крики продавцов, сидящие на асфальте попрошайки…

Я решил снова отправиться на знакомый Казанский — уж на вокзале-то затеряться в толпе будет проще, да и поспать устроиться можно. Последнее, кстати, становилось все более актуальным: все эти путешествия по телам и эпохам вместе с криминальными новостями меня изрядно утомили. Поспать, сообразить что-нибудь перекусить — а потом уже можно на свежую голову думать, что делать дальше.

Я нащупал в кармане мелочь, купил у ближайшей бабульки несколько сигарет и не спеша зашагал по осенним столичным улицам. Встречные девушки кокетливо улыбались, напоминая, что теперь я — крепкий молодой парень, видимо, даже симпатичный. В другой ситуации я бы, возможно, этим и воспользовался. Но сейчас мысли были далеки и от романтики, и от сиюминутных удовольствий. 'Ни жилья, ни работы… да чего там — имя и то непонятно чье, любой мент при первой же более-менее серьезной проверке задержит, и попробуй объясни. Но бомжевать я не намерен! Выкручусь! Где наша не пропадала. Пустая сигаретная пачка от раздраженного пинка ногой отлетела прямо в лужу.