Брат
Шрифт:
– Ир, ты чего? – Федор немного удивленно смотрел на реакцию девушки.
А потом целый час доказывал, что Федор – он.
– Хватит меня разыгрывать! – злилась девушка. – Федька был без штанов, когда прыгнул в речку. А на тебе джинсы.
Тогда Федору пришлось пошептать ей на ушко интимные подробности их выпускной ночи. Девушка смирилась, но на поцелуи парня отвечала неохотно, а потом и вовсе попросила отвезти ее домой. Дальнейшие отношения у них не заладились, поэтому в армию парень отправился свободным.
Лед полностью растаял. Легкий запах спирта коснулся ноздрей. Федор сморщился и отодвинул стакан.
Воспоминания повалили толпой, торопясь, наталкиваясь друг на друга…
Армия. Привыкший всегда побеждать Федор, срывается с турника и ломает руку. В санчасти симпатичная сестричка, приветливо улыбающаяся ему, вдруг выбирает Илью. И тот целый год живет, как у Христа за пазухой, периодически угощая брата домашними пирожками.
Гражданка. После армии у Федора с девушками тоже как-то не складывались отношения. Зато к Илье девчонки липли, как мухи к ленте. А ведь раньше всегда было наоборот. Несмотря на то, что братья были близнецами, причем настолько одинаковыми, что даже родители их путали, Федор обладал каким-то особенным магнетизмом, привлекая к себе людей. Братья частенько этим пользовались: Илья придумает хитроумный план, а Федор с легкостью его проворачивает, очаровывая собеседников. А потом словно судьба отвернулась от Федора, и он потерял свой дар. Зато Илья стал гением. Ни для кого не секрет, что их фирма – это почти полностью заслуга Ильи. Завалив пару сделок, Федор перестал встречаться с клиентами, взвалив на себя бумажную волокиту.
Татьяна. Он познакомился с ней в супермаркете, когда у нее лопнул пакет с апельсинами. Высокая, стройная брюнетка, с пронзительно синими глазами. Он ее захотел сразу. А она постоянно смеялась, сверкая жемчужными зубками, и подшучивала над ним. Он пригласил ее покататься на роликах, и они без умолку болтали обо всем на свете. Тогда ему показалось, что он влюбился с первого взгляда. Он попытался ее поцеловать, но она мягко его отстранила. А вечером, когда он познакомил ее с Ильей, она шепнула Федору на ухо:
– Ты почему скрывал, что у тебя такой потрясающий брат? Мне кажется, я в него влюбилась!
Федор залпом проглотил уже теплую, разбавленную водку.
– Повтори!
Из бара его забирал отец. Бармен оказался мировым парнем и воспользовался сотовым Федора, который тот выложил на стойку.
Всю дорогу отец молчал. Да и говорить с бесчувственным телом – дело неблагодарное.
Полночи Федор изрыгал из себя содержимое барного меню под тихие вздохи матери. А под утро, глядя на свое помятое, отекшее лицо, повернулся спиной к зеркалу, пытаясь рассмотреть правую лопатку. На загорелом теле едва заметно белел треугольник…
Глава 7
Федор проснулся от настырного звона мобильника. Не глядя, нажал сброс и уставился в потолок. События вчерашнего дня не хотели отпускать даже во сне. Неожиданно все встало на свои места. Федор вскочил с кровати и, упав на пол, принялся отжиматься, до боли в ослабших руках, пока мышцы не скрутило в тугую спираль. Скинув мокрую майку, пошел в душ. Слава богу, родители были на работе и ему не пришлось смотреть им в глаза. Душ и крепкий кофе вернули человеческий облик. Федор отключил телефон и сел за ноутбук.
«Обмен телами в реальной жизни» – enter.
Заголовки гласили:
Обмен телами стал реальностью – Naked Science…;
Переселение душ или обмен телами – Вопрос-ответ…;
Ответы@Mail.Ru: Возможен ли обмен телами в реальной жизни с…;
Обмен телами – уже не фантастика «Тайный Мир – Sokrytoe.net…»
Через три часа глаза болели от напряжения, а голова была забита всевозможными предположениями и байками. Десятки фильмов, тысячи историй и ничего существенного, за что можно зацепиться! Хотя… Федор и сам не понимал, что он пытается найти? Ильи уже нет в живых, тело – его, Федора, тело – погребено. Вернуть все назад он уже не сможет. Остается принять все, как должное и продолжать жить. Волею судьбы, они оба сейчас живут. В голове колокольчиком звенел один вопрос – чей же тогда ребенок у Татьяны? Если физическая оболочка Ильи, то получается ребенок его? Или все-таки во внимание принимается духовная сущность? Всемогущий гугл об этой мелочи умалчивал.
– И как мне теперь быть? – Федор взлохматил пальцами волосы и, оттолкнувшись ногой, отъехал на кресле от стола.
«Не быть трусом и встретиться с Татьяной, – первая мысль, которая возникла среди полного сумбура. – Чтобы там ни было у нее на уме – она носит нашего ребенка!» Признать ребенка только своим у Федора не хватило смелости… или осознания.
Он подключил сотовый и сморщился от обилия неотведённых вызовов. Похоже, его вчера заметили в офисе, и сегодня список входящих пестрел звонками от клиентов. От Татьяны не было ни одного – странно, неужели она сменила тактику? Он по памяти набрал одиннадцать цифр:
– Да, Федя, – ответил низкий, с хрипотцой, голос на втором гудке.
Федор растерялся, набрать-то он набрал, а вот говорить не был готов. Неловкая пауза затянулась. Татьяна терпеливо молчала и ждала.
– Нам надо увидеться, – наконец произнес Федор.
– Я сегодня дома…
– Почему? – моментально среагировал парень
Он привык, что Татьяна постоянно в офисе. Иногда казалось, что она работает больше их двоих, и ей действительно нравилось это! Сеть автосервисов, с мотелями и фастфудами, разрасталась очень быстро и, как ни странно, дела шли только в гору.
– Не очень хорошо себя чувствую, – негромко произнесла девушка.
В душе Федора шевельнулась жалость.
– Из-за… ребенка?
– Токсикоз…
– Я приеду?
– Жду.
В трубке раздались короткие гудки. Он несколько секунд смотрел на сотовый, затем бросил его на диван, завершил работу на ноутбуке и стал одеваться. В прихожей на тумбочке лежали ключи от машины – значит, отец оставил ему авто.
– Спасибо, па!
Федор взял ключи и, минуя лифт, сбежал по лестнице. Врачи еще не разрешали активно двигаться, но энергия била ключом и рвалась наружу. Не по-осеннему теплый день метнул в него веер листьев, обдав ароматом сена и влажной земли. И внезапно захотелось жить! Внутри даже зашлось все от сознания того, что это он мог сейчас лежать на погосте. Острое желание увидеть брата, обнять его, поделиться с ним своим открытием…
«А если Илья все знал?» – мысль была невесомая, точно паутинка, прилипшая к щеке. Но она плотно прикрепилась и не желала отставать. Руки сами порулили в сторону кладбища.
Найти могилу оказалось не так легко, за четыре месяца добавилось несколько десятков свежих. Федор рассматривал надписи на венках: милой доченьке…, дорогому коллеге…, любимому мужу… Он чуть не прошел мимо могилы брата. Родители еще не установили памятник: витой железный крест, ламинированная фотография и огромное количество венков.