Чтение онлайн

– Я уже объяснил, почему не могу выбрать никого, кроме вас. Так что успокойтесь, Ксения, – давлю морально, но Савельеву уже не сломить. Мой напор ее не пугает, наоборот, добавляет смелости, потому что ее плечи расправляются, а подбородок вздергивается.

– Успокоиться? Вы испортили мне свидание! – наконец узнаю реальную причину ее злости. Смешно. Единственная, кого можно винить во всем – она сама. Поговорила бы со мной нормально, не пришлось бы сюда лететь.

– А вы мне… Новый год! – бросаю первое, что приходит в голову, думая осадить ее, но Ксения презрительно фыркает и скрещивает руки на груди. Она обводит взглядом номер, будто ищет, чем бы меня огреть, и снова испепеляет карими глазами.

– Я? – она почти смеется. – Кажется, я не обрюзгший упертый старик. Так что не надо валить все на меня.

– Не надо было отключать телефон! – тоже завожусь. Нервы ни к черту с этими условиями. Лазеек нет, а я ненавижу быть заложником обстоятельств.

– Не надо лезть в мой отпуск, который сами же подписали! – бросает последнее и смотрит с вызовом. Дышит тяжело, так, будто пробежала кросс. И поджимает губы. Только этого не хватало. – Я ведь не так много просила, Мирослав Станиславович, – говорит уже мягче, а мне будто мешок с мукой на голову падает. Давит ее отчаяние посильнее петли на шее.

– Ксения… – отступаю, давая ей возможность расслабиться и вздохнуть поглубже, – простите. Возможно, я и правда перегнул палку.

– Вы совершенно точно перегнули, Мирослав Станиславович, – возвращает еще не утихшую злость.

– Три месяца. Я прошу всего лишь три месяца, в которые в вашем паспорте будет стоять печать. Никакой показной игры, никаких совместных мероприятий – чистая формальность, которая закончится, как только я стану владельцем компании.

Она снова замолкает и застывает в одной позе. Во взгляде – пустота, о значении которой я могу только догадываться. В давящей тишине успеваю подумать обо всем, даже всерьез собираюсь встряхнуть Савельеву, чтобы она только вышла из транса. Интересно, она думает, как прибить меня в номере, или готовит формулировки к отказу?

Отворачиваюсь и отхожу к столику. Наливаю воду в стакан – алкоголь пока не могу себе позволить, иначе быстро накидаюсь и забью на происходящее на пару дней точно. А такого делать категорически нельзя. Ксению нужно уговорить всеми возможными способами.

– Кто будет знать, что вы женились на мне? – вдруг бьет в спину голос, и я оборачиваюсь, недоверчиво глядя на девушку. Она серьезно? То есть две минуты тишины, и Ксения готова принять предложение?

– Вы согласны? – вопросом на вопрос, игнорируя все правила приличия.

– Обдумываю варианты, – честно признается и задумчиво кусает губу. – Ну так что?

– Мы с вами и мой юрист, который составит брачный контракт, – сообщаю честно. Показывать Ксению всему миру в мои планы не входит.

– Контракт? Боитесь, что оттяпаю половину после развода? – смеется, приходя в обычное состояние саркастичной стервы, при этом отлично выполняющей работу.

– С вашей хваткой, Ксения… Вы способны обобрать меня до нитки.

– Лестно, – улыбается, но тут же возвращает на лицо серьезную маску, – но комплиментами вы меня не убедите.

– Готов убеждать вас любыми способами, – двусмысленность фразы до меня доходит не сразу. Наверное, я понимаю, что ляпнул лишнего, когда вижу удивленный взгляд Ксении. – Но прежде всего цифрами.

– Уже лучше, – кивает. – И что вы можете мне предложить? Учтите, я знаю, сколько вы зарабатываете, поэтому не вздумайте жадничать!

– И не собирался. – В красках описываю Ксении все преимущества принять предложение. На ее счету после развода останется очень круглая сумма, гораздо больше ее годовой зарплаты, так что я действительно не продешевил.

Но Савельева не была бы собой, если бы не затребовала дополнительных выгод.

– Еще мне нужна моральная компенсация, которую я получу сразу.

– Все? – приподнимаю бровь, глядя на нее.

– Нет.

– Я могу счесть это за вымогательство.

– А я могу отказать. Но мы же выдвигаем условия. Я назову свои, а вы решите, принимать их или нет, – разбивает мои и без того слабые аргументы. – Так вот, я хочу прибавку к зарплате, скажем, в двадцать процентов, и месяц оплачиваемого непрерывного отпуска.

Это больше похоже на шантаж, но я терпеливо слушаю все, что она говорит. Глаза округляются с каждым произнесенным словом. Опять отпуск. Да я за это время с ума сойду без нее! Ни одна сотрудница меня не выдержит, это уже пройденный этап. А тут целый месяц. И если учесть, что отпуск Савельева выберет аккурат под мое вступление в должность, я развалю компанию только за время ее отсутствия, потому что ни одна помощница не сможет правильно спланировать мое время.

– Говорил же, до нитки.

– Не прибедняйтесь, Мирослав Станиславович, у вас там еще не одна катушка.

И правда же. Опасная женщина. Знает обо мне гораздо больше, чем нужно.

– Хорошо. Я согласен, – вздыхаю обреченно. – Но на время своего отпуска вы найдете себе замену, которая меня устроит.

– Это невозможно. Вас не устраивает никто.

– Вы устраиваете, но вас так и тянет в отпуск.

– Потому что вы невыносим! И от вас нужно отдыхать, желательно долго и качественно.

– Допустим, – совершенно не согласен с ее доводами, но выбор у меня невелик. – Так что, вы согласны?

– Я подумаю.

Когда жизнь катится под откос, а ты не можешь ничего сделать, чтобы остановить этот гигантских размеров валун, остается только сесть в кресло поудобнее и расслабиться. Рано или поздно ведь встретится какая-нибудь гора новых обстоятельств, которая остановит все безумие.

Поэтому я и позволила Евсееву привести коварный план в исполнение. Ну и потому что квартирку побольше хочу, и желательно свою собственную в хорошем районе, а не съемную за сумасшедшие деньги. Конечно, как и многим девочкам, первый штамп в паспорте (а с моим характером он точно будет первым, а не единственным) хотелось бы поставить по любви, сумасшедшей и неправильной, совершенно не с тем мужчиной, но до безумия обожаемым. Однако получилось по расчету, правда, мужчина, как и надо, не тот.