Чтение онлайн

Меня мучил очень важный вопрос, касающийся дальнейшей судьбы домомучительницы, но я не задал его вслух. А вдруг окажется, что все не так радужно и что она поджидает меня за углом со скалкой наготове? Нет уж, не хочу этого знать. Когда придет время, когда я буду готов, я приму правду. Не сейчас.

С блаженной улыбкой на устах я бродил по дому, точно привидение. Из кухни доносился вкусный запах, который становился вкуснее с каждой минутой, и я уже глотал слюнки, когда вдруг, ввалившись в гостиную, увидел, что поднос для корреспонденции завален письмами. Все они пришли на мое имя, пока я предавался сладкому сну.

Сев в кресло возле камина — о блаженство! — Браул Невергор вооружился ножом для вскрытия конвертов и принялся разбирать бумаги. Первое, что попалось мне, было письмо от Леопольда. О, этот искуситель служанок и клятвопреступник! И он еще смеет мне писать после того, как причинил столько неприятностей! С суровым выражением лица я вскрыл конверт.

Леопольд писал, что у него все в порядке и что теперь его планам жениться на Ирме Молейн угрожает только насморк, который подхватила возлюбленная. Но как только он пройдет, они, конечно, сломя голову бросятся скреплять брачные узы.

«Так, — подумал я. — Две судьбы устроились». И хорошо. Теперь Леопольд поступит на попечение своей второй половины и отлепится наконец от меня.

Еще мой друг детства уведомил вашего покорного, что сожалеет о наших трениях и что и не думал ухлестывать за Селиной. По его словам, это вышло случайно. И прибавил в конце, что в скором времени пришлет официальное приглашение на свадьбу.

Мне оставалось только удовлетворенно крякнуть и взяться за следующее письмо. Хорошо, что Леопольду не оторвали голову, хотя могли, припомнив близкое родство с его небезызвестным дедулей. Кстати, о нем не было ни слова. Ну и ладно.

Второе послание пришло от Гермионы, довольно короткое, но искрящее бодростью. Волшебница сообщала, что все устроилось как нельзя лучше, хотя и не стала уточнять, как именно. Также она желала мне скорейшего выздоровления и успехов в личной жизни. В целом информации было катастрофически мало, однако утешал тон письма. Если Гермиона и не двинула на курорт лечить нервишки, уж под замком она точно не сидит. Узники, передающие на волю тайные послания, не изливают на адресата столько оптимизма.

И опять-таки ни слова о Вольфраме. Точно бедолагу просто-напросто стерли из реальности. Впрочем, подобный вариант, зная своих родственниц, я на сто процентов не исключаю.

А третьим оказалось письмо от самой родительницы. После обычной порции журения и наставлений, как надо себя вести, чтобы не попасть в неприятности, Эльфрида буквально огорошила меня, пролив свет на тайну, которую я в свое время, при общении с Вольфрамом, лишь нащупал, а потом забыл, за неимением времени заняться ею вплотную. Я помнил, что старикан когда-то хотел жениться вторично и был без ума от некой девушки, однако его планы расстроились. Но мне и в голову не пришло (хотя в душе что-то такое и зашевелилось), что этой особой была Эльфрида Невергор. Именно под нее Вольфрам подбивал клинья, пытаясь добиться взаимности. Родительница писала, что была тогда совсем молоденькой и почти поддалась на его уговоры. Едва не вышла за него замуж, писала чародейка. Я похолодел до самых пяток. Ужас! Вот какую тайну скрывала Эльфрида все эти годы — мне и в кошмаре не могло такое привидеться. Вольфрам Лафет Первый мог бы стать моим отцом! Дрожащими руками я держал письмо и бегал глазами по строчкам. Эльфрида писала, что свадьба сорвалась из-за Зелии. Эта энергичная девица сделала все от нее зависящее, чтобы оградить сестру от этой свадьбы (детали Эльфрида не сообщала), чем привела Вольфрама в ярость. После этого влюбленные расстались навсегда — и хорошо, заметила родительница, потому что, как только флер влюбленности рассеялся, она поняла, какую ошибку едва не совершила. «Теперь мне все ясно!» — чуть не завопил я. Вот откуда растет неприязнь к Невергорам и Скоппендэйлам, этим коварным змеям (по классификации Вольфрама) и ведьмам, плетущим интриги (по ней же). Понятно, почему глаза старикана подергивались поволокой, когда он произносил: «Зелия! Зелия!» Немудрено слышать проклятия в свой адрес, если ты один из Невергоров, а Скоппендэйлы — твои родственнички. Уф, ну и дела! Хоть стой, хоть падай, что называется.

Переведя дух и утерев испарину, я дочитал письмо до конца. В конце Эльфрида пояснила, почему со стороны все выглядело так, словно они с Тигриным Жаворонком закадычные друзья. Оказалось, эта пичуга явилась к ней во сне накануне и показала картины Волшебной Страны, дав намек, что Браул Невергор в недавнем прошлом был там, но теперь его там нет. Чародейка сообщила, что связь была неважной и она почти ничего не поняла, пребывая в недоумении. Зато утром к ней домой заявилась Фероция Зипп и рассказала обо всем, что произошло. Девица, так энергично отбрыкивавшаяся от Леопольда, просто не могла сидеть сложа руки и ждать решения своей судьбы. Она попросила Эльфриду вмешаться, что та и сделала. Так что все обернулось как нельзя лучше. Благодаря настойчивости громадной девушки мы не остались один на один с жестокими ветрами судьбы. Десант в лице трех чародеек пришелся весьма кстати.

Когда Селина поставила на столик рядом с моим креслом поднос с едой, я вскрикнул от ужаса. Читая письма, которые раскрывают тебе тайны мироздания, всегда отрешаешься от суетного мира. Поэтому Селина чуть не довела меня до апоплексического удара.

Блондинка никак не прореагировала. Нервы у нее были крепкие.

— Неважные новости, граф?

— Нет, все в порядке, — ответил я, быстро просматривая обратные адреса на еще не вскрытых письмах. Все они были от разных моих знакомых и приятелей, но, поскольку вряд ли могли прояснить судьбу Вольфрама, я отложил их прочтение на потом.

— А кто-нибудь заходил, пока я спал? — спросил я, накидываясь на еду.

— Нет. Графиня, госпожа Гермиона и все прочие ушли вчера вечером, после того как провели свое совещание. Чаю выпили ведра два.

— Ага. А с ними не было старикашки… противного такого, с бакенбардами?.. — спросил я с набитым ртом.

— Нет.

— А коротышки, у которого трава растет из бороды?

— Не припомню. Птичка полосатая была, а коротышки не было.

«Странно», — подумал я, но решил не разрушать сложившуюся идиллию. В конце концов, все неприятности позади, и какое мне дело до Вольфрама или Слядена Исирода! У них своя жизнь.

Набив брюхо так, что брюки чуть не треснули, я закурил трубку и расслабился, сидя в кресле у камина. Кажется, задремал и пробудился от звонка в дверь. Селина уже открывала. Я навострил уши, удивляясь тому, что что-то колет меня в солнечное сплетение. Не понимаю, обычно это означает…

Маленькая блондинка вошла и сообщила, что посыльный приволок еще одно письмо. Я поднялся из кресла, чтобы немного размять косточки и дать пище утрамбоваться в желудке.

Когда Селина исчезла в коридоре, оставив меня в одиночестве, я добрался до окна, чтобы прочесть послание при свете дня.

Улыбка тут же съехала с моей физиономии. Совсем как штаны с господина, когда лопаются разом обе подтяжки.

«Браул! Это Леопольд! Ты мне срочно нужен! Дело архиважнейшее! Ты должен мне помочь, причем немедленно!

Скоро буду у тебя, так что никуда не уходи!»

Прямо возле окна я и одеревенел. «Этого еще не хватало!» — возопила моя душа. Нет, нет, нет! Только не снова! Только не Леопольд!

Мука, что называется, исказила мое недавно беззаботное чело, а потом оно побелело, как полная луна.