Шрифт:
Посвящаю эту книгу тем, без которых она вряд ли бы появилась:
Моей семье, которая меня терпит и любит.
Моему учителю Александру Мазину.
Мои друзьям – редактору Евгении Беляевой и художнику Андрею Ермолаеву.
Без друзей жизнь тяжела и уныла!
Пролог
В холодной комнате отсутствовала жизнь. Даже в глубине катакомб, среди камня, Элия ощущала её биение, но в этом месте жизни не было – так захотели его хозяева.
Невидимые путы удерживали руки девушки. Вырваться не было никакой возможности, оставалось лишь ждать и думать о том, кто её ждёт.
Пребывать в одиночестве ей долго не дали – её навестили: низенькая мелкая дрянь, завёрнутая в белёсые тряпки, с волосами цвета овечьей шерсти. Ведьма. Элия таких сразу распознавала – кровь обязывала. Ей помогали идти двое слуг, они же усадили ведьму в кресло напротив девушки.
– Я тебе не нравлюсь? – первое, что спросила вошедшая; мягким, почти нежным голосом.
– С чего ты должна мне нравиться?
– Мы спасли вас от смерти, приютили. Хотя могли бы просто убить, как это делали твои предки сотни лет назад. Они без раздумий убивали тех, кто переступал границу их земель.
Голос ведьмы был чуть-чуть низковатый, с еле заметной хрипотцой. Про такие говорят – бархатный.
– Что ты знаешь о моих предках? – грозно выпалила узница, но по её виску скатилась капля пота.
– Да уж побольше тебя, безродная.
Элию пробрала дрожь: этот голос – голос, которым разговаривала с неё ведьма, был её собственным.
– Не пытайся залезть в мою голову, – прошипела девушка.
– Сколько ярости! А среди людей ты была повежливей. Знаешь, твой друг вёл себя куда более сговорчиво. Может, я ему больше нравлюсь?
На одно мгновение твёрдость и злобу на лице узницы сменили беспомощность и боль.
– Это не правда! – выпалила она; и поняла, что проиграла.
Ведьма смогла вывести её на эмоции, а значит наверняка проникла в разум и увидела то, что ей не следовало.
– Мне интересно, – услышала Элия где-то внутри своей головы, – что позабыла потомок перворождённых рядом с обыкновенным человеком? И как вы попали сюда, куда многие сотни лет не могла проникнуть ни одна живая душа.
Ведьма выделила голосом последние слова и посмотрела маленькими глазками из-под бровей.
– А если я откажусь говорить?
Глава первая. В Сердце Зоны
Парень и девушка, мужчина и женщина, влюблённые, сталкеры, игроки (они и сами не знали, как себя назвать), держась за руки, стояли в квадратном туннеле. На них падал синеватый свет от причудливо изогнутых белых линий, похожих на изморозь, – колоний грибов, которые удивительным образом перерабатывали тепло в свет.
Позади остался долгий путь по однообразному, освещённому грибами туннелю. И наконец-то путь перед сталкерами изменился.
Кто-то говорит, что любые перемены к лучшему, потому как стагнация равна смерти. Наверное, он просто не встречал в неизведанном подземелье следы выстрелов на стенах.
Туннель был покрыт похожим на пластик материалом, мягким, но упругим; не пропускающим холод, но при этом пористым, по-видимому, обеспечивающим вентиляцию. А ещё к нему не приставала пыль.
И по этому материалу нежного бежевого цвета кто-то будто провел несколько раз раскалённой кочергой. Чёрные полосы были метр в длину и пальца два в ширину, края опалены. В основном они встречались на стенах, но были и на полу – похожие на уродливые расплывшиеся кляксы.
Все отметины располагались примерно в одном месте, из чего Андрей (так звали парня) сделал логичный вывод, что где-то здесь проходит граница опасной зоны. Сталкеры взяли оружие наизготовку, парень находился чуть впереди, Юля (как с недавних пор звали девушку) чуть позади.
Ожидать опасность всегда тяжело, тем более, когда она себя никак не проявляет. Поэтому сталкеры сперва залегли, а потом и вовсе устроили перекус по очереди – тайны подземелья подождут.
Андрей хрумкал галетами и посматривал на Юлю. Это имя для неё он придумал совсем недавно. Она была не против. Тогда Андрей не знал, насколько близко оказался к истине, ведь Юлия в переводе означает «царственная».
Девушка держала в руках горизонтальную двустволку. Её лоб закрывала широкая полоса зелёной ткани, скрывающая уши и усмиряющая длинные волосы ниже. На спине у неё висел вместительный рюкзачок, на поясе – револьвер. Одета она была в комбинезон защитного цвета, который всё равно не мог скрыть стройных ног, округлых бёдер (на которые то и дело поглядывал Андрей), да и в целом отменной фигуры и упругой груди, которая ещё отчётливее проявлялась в положении стрельбы лёжа.
Андрей в очередной раз отдёрнул взгляд, смахнул крошки с рук и решительно заявил:
– Что ж, отдохнули и будет. Надо что-то делать. Идти дальше всё равно некуда. Как думаешь, из чего здесь палили?
– На пули не похоже, скорее чем-то очень горячим.
– Думаешь, лазер?
– Что?
– Такой направленный луч чистой энергии, – Андрей всё время забывал, что Юля родом из другого мира.
– Да, возможно.
– Впереди я не вижу турелей или чего-то похожего на защитные сооружения… У тебя сколько сигнальных «фаеров»?
– Три.
– У меня столько же. Тогда попробуем провести эксперимент. Только отойдём шагов на пятнадцать.
Андрей запалил фаер, из которого тут же брызнул тугой сноп искр, и бросил его туда, где по его предположению кто-то подпортил лазером стены.
Первые несколько секунд ничего не происходило, а потом в темноте коридора вспыхнул синий огонёк. Раздался звук как из старого телефона с севшим аккумулятором.
Огонёк, прыгая, добрался до освещённого места. Это оказался белый аппарат каплеобразной формы, непонятно как державшийся в воздухе. Спереди у него располагалось углубление, в котором и горел синий огонёк, позади – несколько стабилизаторов.