Ботан
Шрифт:
Гном посмотрел на то место, где были привязаны их пони, специально выведенная для них порода, легко носившая на себе их туши вместе со всеми доспехами. Но на том месте не осталось ничего. Он оглянулся и увидел, как какой-то гном быстро распрягает своего пони от повозки. Быстро подведя к нему и передав уздечку, сказал:
— Только седла нет.
— Ничего, — прогудел воин, — не впервой.
Он легко вскочил на него и прямо с места перешел в карьер.
Две девушки в это время едва сдерживали с виду совсем небольшое щупальце Хаоса. Будь они сильнее, то попытались бы выдавить его через разлом обратно, а так они об этом даже не помышляли. Таллианна помнила объяснения наставницы, что у Хаоса существует одна особенность — он не может накапливаться, сжимаясь, как будто воздух, чтобы потом с силой разжаться. Он проникает постепенно, выползая из разлома. Поэтому если его суметь поймать в начальной стадии, когда его совсем немного, то его можно достаточно легко выдавить обратно, особенно для опытного ментального мага. Как только это произойдет, то пролом сразу закрывается. Если же случилось так, что во время не заметили прорыва, то остается только добраться до разлома и закрыть его, используя магию пространства. В их мире на такую операцию шли, как правило, три ментальных мага и два мага-порталиста или пространственника, причем, все в ранге архимагов. И только после этого остатки Хаоса рассекали ментальными ударами, деля его на небольшие куски, которые сами рассеивались. Вот только там, где прошелся Хаос, оставалась безжизненная пустыня. Интересным был еще тот факт, что эта непостоянная субстанция разрушала не все, к чему прикасалась, охотясь за разумными существами. Этот факт позволял утверждать, что тот обладает разумом. К тому же, если прорыв никто не засек, то он через какое-то время возвращался сам, уничтожив на огромной территории все живое. Но, как сказала наставница, если разлом очень большой, то тогда Хаос может уничтожить весь мир, на месте которого не останется вообще ничего.
Еще дважды Хаос взрывался, словно чувствуя, что это может рано или поздно принести успех и стенки тюрьмы будут разорваны. В это время подъехало десять всадников.
— Сколько сможете еще удерживать? — чуть ли не на лету, спрыгивая с пони, спросил один из гномов.
— Не знаю, но мы на пределе, — процедила Таллианна. — Полметра вниз.
Гном лишь кивнул и двое из них побежали к месту прорыва. Они с огромной скоростью принялись чертить на земле свои любимые руны или одну большую. «Хорошо, что они знакомы с прорывами Хаоса», — мысленно вздохнула она. Девушка не разбиралась в их магии, но то, с какой скоростью работали эти два мага, говорило, что сами гномы, в отличие от ее соплеменников, знакомы с ним. И вновь Хаос доказал, что обладает разумом. Что он сотворил, никто не понял, но щупальце сменило цвет на темно-фиолетовый, а все шесть демонесс, удерживающих его громко вскрикнули и потеряли сознание.
Но именно в этот момент сработали начертанные на земле руны, закрыв разлом. Ментальные тиски, сдерживающие Хаос, исчезли, но на пути его возникла мерцающая сфера. Оба мага-гнома застыли статуями, отдавая свою энергию своим рунам. К девушкам, которых приводили в чувство Мальтарра и Калид, подскочил еще один гном. Достав квадратную пластину, с нанесенным очень сложным рисунком, он приложил ее ко лбу сначала одной девушки, а после ее глубокого вздоха и открытия глаз, к другой. Когда они полностью пришли в себя, он спросил:
— Кто из вас лучше атакует ментально? — затем посмотрел на застывших магов, добавил: — Они долго не смогут удерживать его, эти руны берут слишком много энергии.
— Только я, — поднимаясь на ноги, сказала Таллианна. — Не могу сказать, что у меня сильное воздействие на Хаос, но сделаю, что смогу.
— Это поможет тебе, — он достал из сумки обруч или корону и, одев ей на голову, продолжил: — Сейчас он настроиться на тебя.
— Да, я чувствую, — сказала девушка и устремила свой взор на продолжающееся биться щупальце, стремящееся вырваться на свободу.
И тут у всех на глазах от темного сгустка отделилась одна часть, затем вторая, третья. Девушка продолжала его делить, но тот не желал сдаваться и первые части начали соединяться. Но вот одна застыла, словно натолкнулась на преграду, и спустя секунд пятнадцать растаяла. Затем аналогичное произошло еще с одной небольшой частью. Так и продолжалось еще полтора часа — демонесса отделяла часть, отсекая ее плоским щитом, и продолжала рассекать оставшийся Хаос, который на глазах соединялся обратно. Но сейчас связь и первородной стихией, находящейся «не здесь», отсутствовала, поэтому исход и был предрешен.
Девушка устало хотела опуститься прямо на землю, но была поддержана Джарлидом. Какая-то мощная рука откуда-то сзади поставила табурет, на который она и опустилась. Всех ее сил хватило только на кивок благодарности, даже без поворота головы. Нюанс ментальной магии состоял в том, что целительские заклинания не очень помогали. Они действовали косвенно, через снятие усталости непосредственно тела, но при сильном истощении, каковое произошло с Таллианной, только самостоятельно можно восстановиться. К этому моменту подкатила машина гномов, больше всего похожая на броневик. Это техномагическое изделие передвигалось на шести колесах, было комфортным, но передвигалось не так быстро, как летающие гравилеты эльфов. Зато и расход энергии в рунах был на порядок ниже, из-за чего дальность передвижения была больше.
— Тан Корлин приглашает вас лорд, — чопорный гном, дожидающийся окончания сражения, поклонился Джарлиду, — вас лердесса, — поклон Мальтарре, — вас, юные воительницы, — поклон юным демонессам, — и ваших спутников посетить его замок. Мое имя Тралин, и я являюсь его помощником.
Таллианна немного пришла в себя, но те несколько шагов, что ей пришлось дойти до машины, Джарлид поддерживал ее под ехидную усмешку своей сестры. После того, как все они довольно комфортно разместились, Мальтарра задала интересующий их всех вопрос:
— Расскажи подробнее о Хаосе, а то в нашем мире ничего подобного никогда не случалось?
— Значит, вам повезло, что границы вашего мира достаточно крепки, — сказала Таллианна. — Что такое Хаос, не спрашивайте, так как не знаю, да и из наших никто не мог дать объяснение. Принято считать, что это нечто, находящееся за пределами наших миров, как говорят у нас «не здесь». Он непостоянен…
Девушка не успела рассказать все, что знала сама, так как они подъехали к стенам замка, к той его части, что выходила наружу из скалы. Выйдя из машины, Тралин повел их внутрь. Джарлид со своей сестрой здесь уже бывали, а вот остальные с интересом рассматривали гномью архитектуру, особенно юные демонессы, еще ни разу не видевшие ее. А посмотреть было на что! Резные колонны из камня, вырезанные прямо в скале, великолепно дополнялись металлической ковкой. Да, ее было совсем немного в силу малой добычи, но мастера гномов даже таким количеством сумели подчеркнуть красоту камня. Подняв голову вверх, девушки увидели огромный барельеф, повествующий о какой-то битве гномов против жутких созданий, в которых Таллианна узнала тварей Бездны.
— Битва на Маркортовых Полях, — услышала она голос сопровождающего, — именно там, в незапамятные времена решалась судьба всего гномьего народа. Когда Однорукий Торин, потерявший руку в этом сражении, сын павшего короля, подхватил его топор и, получив благословение Вотана, нашего Бога, вступил в битву с самим Ктухханом, сразив его в бою. Вот он в центре, с поднятым вверх топором, в который бьют молнии благословения. К сожалению, сам Торин тоже погиб и линия королей прервалась. С тех пор гномьим народом правят таны, ибо никто больше не имеет права на корону. За все время пять раз были попытки возродить королевскую династию, но никто так и не получил благословения. Топор королей так и продолжает находиться в их дворце в нашем родном мире.
Гном рассказывал эту историю своего народа, а у Литтанны перед глазами стояла картина сражения, слово сошедшие с барельефа воины решили показать, как это происходило на самом деле. Она завороженно смотрела как маленький гном, не выше колена огромной твари вступил в схватку с ним. Его оружие было покрыто рунами, пылавшими в этот момент солнечным светом, а по самому лезвию сверкали разряды молний. Его противник открыл рот, и юная демонесса чуть ли не своими ушами услышала грозный рев, а в следующее мгновение он, как будто прямо из воздуха, выхватил меч с волнистым лезвием. В тот же миг на нем вспыхнули багрово-черным огнем какие-то рисунки, от которых даже сейчас повеяло жутью. А в следующий миг меч, размеры которого в несколько раз превышали рост гнома, обрушился на него. Казалось, от такой сокрушительной мощи не будет спасения, но вот еще ярче сверкнуло лезвие топора и меч отброшен в сторону. Поединок начался. Вокруг двух сражающихся затихла схватка, и взоры всех были обращены только в одно место, где и решалась судьба мира. Удивительно, но бой проходил на равных — маленький гном ничем не уступал своему страшному врагу. В какой-то момент он удачно отразил очередную атаку врага, наклонившегося вперед, и из навершия его топора ударила молния прямо в морду твари. Секундной заминки ее хватило маленькому воину, чтобы со всей силы ударить в руку и отсечь ее вместе с мечом. А в следующий миг вся мощь благословения, вся сила гнома ударили по упавшему на землю мечу. Литтанне показалось, что она услышала звон металла, а затем увидела, как меч распался на осколки. Погасли руны оружия гнома, а сам он застыл, оперевшись на топор. Эта победа вселила в гномов силу, уверенность, еще большую отвагу, и они с яростью набросились на своих врагов…