Босс. Абсолютная власть

… — А она, дура, взяла и положила в папку с договорами трусы!

— Ужас!

— Хорошо, ума хватило на новые! Бирку срезала, вместо нее прицепила открытку с телефоном и подписала. А к начальнику на переговоры партнер приехал. Тот открыл папку, а там розовые кружевные трусики… Начальник едва от стыда не помер. Ладно, с деловым партнером давно знакомы, посмеялись и забыли, но осадок остался. И когда дуру увольняли, она все плакала и не понимала за что…

Стрелка на циферблате приближалась к двенадцати — обеду, и, поглядывая на часы, мы с коллегами уже настроились на отдых, вот и точили лясы, рассказывая истории из жизни да слухи.

— Не верю, что история всамделишная! — поморщилась Агния, худощавая блондинка с длинным носом. Ее специфическая внешность очень подходила занудному характеру. Хоть бери учебник по физиогномике и сверяй. Совпадет стопроцентно.

— Рассказывала подруга моей тетке, — уточнила Вера Павловна, наш бух. — Это ее мужа секретарша малолетняя хотела карьерный старт устроить.

— Умная девочка, — съязвила я. — Чего корячиться, задницу отсиживать! Купила труселя — и вперед! Не на первом, так на десятом начальнике выгорит!

Коллеги весело фыркнули.

— Кто хочет попытать счастья?! — излишне громко, даже чуть бахвалисто продолжала я. — Новый шеф уже в пути.

— Придет старый маразматик зловредный, и без трусов в папке начнет приставать, — нахмурилась Маринка. Ей фактур счета уже надоели, и она с удовольствием сплетничала. — Тогда придется панталоны покупать, чтобы от такого откреститься.

— Он не старый, — вдруг вклинилась Агния, загадочно улыбаясь. — Андрей Сергеевич только пугал, что продаст контору. Да кто ж в здравом уме продаст? Он сыну дал своему поручение разворошить наше гнездо…

— Змеиное? Или осиное? — поддела я. — Бедный мальчик. Он еще не знает наш коллектив.

— Коллектив, как коллектив, — пожала плечом Маринка.

— А ты откуда знаешь? — полюбопытствовали мы у Агнии.

— Бумаги видела о назначении, там данные. В ВК поискала и нашла, — она замолчала, но чувствовалось, что рассказала не все новости. И мы с Маринкой насели.

— И?! Рассказывай!

— Красавец.

— Да ладно!

— С кубиками пресса, — смакуя воспоминания, вздохнула Агния.

— А больше ничего не рассмотрела? Что ниже кубиков! — не удержалась от ерничества. Агнию я недолюбливала.

— Пф! — фыркнула она с обидой. — Попроси, быть может тебе и покажет.

— Так это же ты мечтаешь увидеть. Аж глаза закатываешь от восторга!

— Я замуж собираюсь. А тебе, Вика, с твоим характерцем так и сидеть одной на съемной кладовке и только и мечтать о мужике! — вышла она из себя. Но я не осталась в долгу.

— Агния, счастливые люди злыми не бывают…

За спиной послышался шорох. Мы все одновременно обернулись: мало ли кто из нахрапистых посетителей забрел в служенное помещение, хотя звонка мы не слышали. И я как в замедленной съемке увидела: дверь медленно открывается, и в тени проема обретает очертания высокая мужская фигура в дорогом костюме.

«Офигеть!» — пронеслось в голове. Пол у черного входа кафельный, и если бы он шел быстро, мы бы услышали шаги. Их не было. А это значит… Значит… Ой!

Мне стало до того стыдно и неловко, что лицо пошло красными пятнами. Щеки запылали. Но я еще надеялась на чудо. Однако мое худшее опасение подтвердил слащаво-угодливый голос Агнии. Змея вкрадчиво пропела с широкой улыбкой на тонких, вечно недовольных губах:

— Здравствуйте, Вячеслав Андреевич!

Вячеслав Андреевич небрежно переступил через порог и, не закрывая дверь, остановился. Он рассматривал нас, а мы — его.

Что ж, хорош. Не нашего полета птица — загорелый, крепкий, привлекательный с суровым лицом альфа-самца. Темные, модно подстриженные волосы, яркие синие глаза. В уголках губ таится неприятная усмешка.

Он с видимым отвращением осмотрел наш крошечный офис — три стола, три стула и сейф, на котором стоит полудохлая драцена. Затем с недоумением оглядел серо-синие стены и с некоторым облегчением заметил приятно-бежевые жалюзи. Правда мы-то знали, что эти жалюзи как застыли в одном положении, так и висят уже год. Ну и напоследок он выразительно обвел еще один, четвертый стол. Его не было видно из-за кипы бумаг. Ну да, как платят — так и работаем.

Да, у нас не хоромы, а он что ожидал? Его батенька — Андрей Сергеич — человек экономный, за аренду не переплачивает. Выбрал небольшое помещение за торговым центром в переулке, затолкал нас в задрипанную комнатку, как селедок в бочку, оставив себе на всякий случай кабинет. И давай зашибать деньгу. Правда место для выдачи заказов, отремонтировал, чтобы не отпугивать клиентов.

— Следует бумаги изучать, а не мои кубики пресса, — после долгой паузы отчеканил новый начальник. В приятном голосе сквозили презрение, насмешка и огромное самомнение.

Вот надо же, всего одна брошенная им фраза, обращенная даже не лично ко мне, а сразу сложилось отрицательное отношение к этому выскочке. На лицо хорош, очень даже, плечи широкие, подчеркнутые дорогим костюмом. Парфюм изысканный. Он, наверно, стоит, как пол моей зарплаты, если не больше. Волосок к волоску в стрижке, будто только из салона. Даже его портфель — из хорошо выделанной кожи.

Осмотрела его с головы до ног и вынесла решение: буржуазная выскочка. Хмыкнула про себя, и тут поняла, что в это время он смотрел на меня. И мою усмешку подметил.

— Рад, что вам весело, — холодно заметил новый руководитель. — Надеюсь, представляя отчетность, вы так же будете веселиться.

«Я-то причем?! Я не бухгалтер! — меня будто пчела под хвост ужалила. Такое зло взяло, что я уже набрала в грудь воздуха, чтобы заметить наглому начальнику, что надо бы бухгалтера знать в лицо и не путать, но он быстро скрылся в кабинете своего батюшки. И я так и осталась с открытым от возмущения ртом и не выплеснутым гневом. — Да и чего он ко мне прицепился? Я что ли его фотки в контакте разглядывала!?»