Бонус для шефа

В тот вечер Бонни определенно выпила больше обычного. Подружки, с которыми она успела познакомиться во время своих похождений, разбрелись по танцполу, предоставив девушку самой себе. Какой-то парень, появившийся из ниоткуда, протянул ей стакан, салютуя своим. Недолго думая, Бонни приняла «угощение», даже не глядя на парня, продолжая беззаботно танцевать.

—Ты одна?
– спросил незнакомец, приблизив своё лицо к девушке, пытаясь перекричать музыку.

Конечно, Бонни кивнула, ведь его вопрос очень точно отражал ее душевное состояние.

«Одна... Я всегда одна, - кажется, даже алкоголь больше не помогал, и Бонни в надежде снова забыться, сделала очередной глоток, - было бы достаточно всего одного человека. Маме все равно, папа вовсе забыл, что мы когда-то были семьей, Бэн далеко, а этот предатель... Какая идиотка всего лишь после поцелуя с парнем, станет придумывать себе невесть что? Но он ведь не просто парень... Не буду думать о нем! К чему уныние? У меня ведь появился интересный друг в сети. Кажется, ему я могу рассказать всё, будто мы сто лет знакомы. Жаль только, что он отказался сегодня встретиться. Сказал, что не ходит в подобные клубы. Как и я. Когда-то».

Она удивилась, когда наглые руки скользнули по ее телу, на секунду приводя в чувства.

«Какого черта он делает?» - парень в изрядном подпитии, крепко прижимал к себе Бонни, не оставляя ей возможности освободиться.

—Эй, отпусти, - пробормотала она, едва дыша.

—Не дергайся, малая. Просто потанцуем, - обдавая Бонни перегаром, говорил он.

—Музыка не предполагает такого тесного контакта, - рычала девушка, продолжая бороться с крепким захватом.

Рука нахала скользнула под короткое платье, и это придало ей сил, чтобы оттолкнуть чересчур настойчивого кавалера.

Он лишь на секунду отстранился, а затем схватил ее лицо, больно впиваясь пальцами в скулы:

—Прости, ты такая красивая, не могу удержаться!
– мерзавец сгрёб Бонни в охапку и двинулся в сторону чиллаута.

—Нет!
– она изо всех сил пыталась сопротивляться, однако ее весовая категория проигрывала раза в два.

—Вот сучка!
– он вдруг разжал руки, - ты укусила меня?
– толкнул Бонни, прижав ее к стене, - ты что, дикая? Тебе повезло, мне как раз такие нравятся...

Он даже не успел закончить фразу, когда сложился пополам от боли в паху:

—А тебе вот не повезло: я терпеть не могу таких как ты!
– она разогнула ногу, звонко опустив каблук на бетонный пол, и собиралась было уйти, считая, что схватка окончена.

Но не тут-то было: парень, все ещё не в силах стоять прямо, схватил ее за волосы, и притянул обратно к стене:

—Куда это ты собралась? Я с тобой ещё не закончил!
– прошипел он, будто лишь сильнее распаляясь от ее сопротивления.

—Неужели недостаточно сильно ударила? Думаешь, сегодня у тебя получится хоть что-то закончить?
– язвила Бонни, не осознавая масштабов опасности.

Парень вдруг толкнул ее в безлюдный коридор:

—Не хочешь по хорошему, будет по плохому!
– рявкнул он, прижимая к себе растерявшуюся девушку.

—Парниша, кажется твои «ухаживания» ей не по душе, - послышался не пойми откуда голос.

Негодяй отстранился, желая узнать, кто посмел вмешаться в осуществление его мерзких намерений.

—Ты ещё кто такой? Это моя малая, иди, ищи себе телку в зале, - в следующую секунду он свалился в нокауте от прилетевшего в его челюсть удара.

—Я... ее брат. Так что эта «малая» - моя!

—Ит?
– прошептала Бонни, наконец чувствуя себя в безопасности и давая волю страху, - Ит!
– она кинулась ему на шею, напрочь забыв, как на протяжении последних недель мысленно осыпала его проклятиями.

Он молча подхватил ее на руки и отправился прочь из злачного заведения.

—Ты все-таки пришёл...
– бормотала Бонни, уткнувшись в его шею, влажными от слез губами, - я знала, что ты придёшь...

Итан опустил девушку на заднее сиденье своей машины и присел рядом на корточки. Так и не произнеся не единого слова в адрес Бонни, он, не отводя от неё напряженного взгляда, достал телефон:

—Что же мне с тобой делать, - пробормотал он, видя, что девушка засыпает, и набрал номер, - Я нашёл ее, - тихо сказал он в трубку, - да, она со мной. Успокойся Ванда... Прибереги свои угрозы для кого-нибудь другого, теперь уже поздно ее воспитывать, это нужно было делать раньше. Малышка не виновата, что не справилась с грузом взрослой жизни. Я сам с ней поговорю. А ты ложись спать. Я привезу ее, когда ты проспишься. И она тоже, - он долго терпеливо слушал, что ему отвечает собеседница, - не в этот раз, Ванда. Я помню наш с тобой уговор. И как я уже говорил: я благодарен, за все, что вы для меня сделали. Но сегодня она важнее, чем вся остальная семья, - отрезал он, отключая телефон, и невольно протянул руку к спящему лицу Бонни, - я должен был защищать тебя, а в итоге, стал причиной того, что привычный тебе мир рухнул. Прости, - он неторопливо провёл по ее волосам и тяжело вздохнув, поднялся на ноги.

Бонни проснулась как раз, когда Итан вошёл с ней на руках в квартиру.

—Как ты?
– коротко бросил он, заметив ее пробуждение.

—Скверно, - призналась она, когда он опустил ее на диван в гостиной.

Она лениво озиралась по сторонам, будто толком не осознавая где и с кем сейчас находится.

Итан спрятался в кухне и уже через пару минут вышел со стаканом воды и лекарствами:

—Выпей, должно полегчать. И поспи немного, - дождавшись, когда девушка опустошит стакан, он выключил свет, - Как только станет лучше, позови меня, моя дверь прямо по коридору. Я должен отвезти тебя домой.

Однако до своей комнаты ему дойти не удалось, едва зайдя за угол, ноги будто отказались его слушать, и он обессилено сполз по стене, хватаясь за голову:

«Должно быть, это я виноват. Не надо было тогда позволять себе лишнего. То, что я исчез после выпускного, видимо всё-таки ранило ее больше прочего».

Он вдруг вспомнил, как сегодня, при виде него она неоднократно повторила: «Ты всё-таки пришёл?»

«Оказывается хорошо, что мне удалось найти ее в сети, иначе я бы до самого утра мог шататься по клубам в ее поисках. Будучи уверенной, что я незнакомец, она смело открывается мне. Рассказывает обо всем, что наболело, всё, что на душе. Только обо мне она не написала ни слова...
– его несколько цеплял тот факт, что она не желает говорить о нем, будто он вовсе не существовал в ее жизни. Однако с другой стороны, это и успокаивало, значит, он не настолько важен, чтобы она обсуждала его, со своим другом по переписке, которому, казалось, могла рассказать все, о чем думает. А чаще всего она видимо думала о своём одиночестве, - это и правда, слишком беспокоит ее? Никого не осталось рядом, только Ванда, но она погрузилась в пучину своего отчаяния, забыв о дочери».