Чтение онлайн

– Клинкер наврал! – продолжал барахтаться Ди вайн. – Что он мог знать о моих средствах? Я – состо ятельный человек.

– Ну, чего там лясы точить, – недовольно пробурчал Бланко, который думал только о том, как бы ему са мому сговориться с Симсом и Уардом. – Берете ли вы нас, матросов, обратно, мистер Уард, и обещаете ли вы никого из нас не наказывать, если мы поклянемся повиноваться вам в будущем? – Обещаю, – ответил штурман.

– Тогда, белый человек, иди–ка и ты с нами, ты наш пленник…

Черный гигант схватил Дивайна за шиворот и насильно потащил его по крутой тропинке.

Таким образом мятежники вернулись под команду шкипера Симса, а Ларри Картрайт Дивайн перешел на положение пленника, при чем его обвинили в преступлении, которое с тех пор как существует мореходство, наказывается смертью.

Стоя среди грязной землянки своего похитителя, Барбара Хардинг вторично услышала приказание японца, державшего ее за руку: – Идем! – повторил он.

При звуке голоса одна из женщин проснулась и приподнялась. Она с мрачной ненавистью взглянула на Барбару, но не выказала никакого удивления при виде ее. Казалось, будто изящные американки были обычным явлением в доме Оды Иоримото.

– Чего вы от меня хотите? – закричала по–японски испуганная девушка.

Ода Иоримото взглянул на нее в изумлении. Где научилась эта белая девушка говорить на его языке?

– Я – даймио Ода Иоримото, – сказал он ей. – Это жены мои. Теперь и ты будешь моей женой. Идем!

– Подождите! – вскричала дрожащая девушка. – Если вы не нанесете мне никакого вреда, мой отец щедро наградит вас. Отпустите меня невредимой, и он даст вам десять тысяч коку [3] .

Ода Иоримото только покачал головой.

– Двадцать тысяч коку! Сто тысяч… Вы сами можете назначить цену! Только не делайте со мной ничего пло хого.

– Молчи! – проворчал японец. – Здесь нам коку не нужны – даже слово это известно нам только по старинным сказаниям; а если бы мне понадобились коку, то мои горы полны желтого металла, из которого их можно сделать. Ты будешь моей женой. Идем!

– Постой! Я хочу поговорить с тобой, но наедине, не при этих женщинах.

И она взглянула на дверь, находящуюся в противоположном конце помещения.

Ода Иоримото пожал плечами. «Минутой раньше, минутой позже – не все ли равно!» – подумал он и повел девушку к двери, на которую она указывала глазами.

Внутри второй комнаты было совсем темно, но даймио, знакомый с местом, уверенно двигался вперед; девушка же, идя рядом с ним, украдкой ощупывала его пояс.

Наконец Ода Иоримото дошел до дальнего конца длинной комнаты.

– Ну? – спросил он и взял ее за плечи.

– Ну! – ответила девушка тихим сдавленным го лосом.

И в ту же минуту Ода Иоримото, правитель Иоки, почувствовал, как его быстро дернули за пояс. Раньше, чем он успел догадаться, что случилось, его собственный короткий кинжал проткнул его горло. С задушенным хрипом, который вряд ли мог быть услышан в соседней комнате, даймио тихо свалился на пол.

Барбара Хардинг нанесла ему еще несколько ран, пока не убедилась окончательно, что ее враг убит. Затем, дрожащая и обессиленная, она сама упала на грязный пол около трупа.

Несколько минут Барбара Хардинг пролежала так в полусознании, ощущая только леденящий ужас и полный упадок сил.

Однако вскоре она почувствовала прикосновение холодеющего трупа и с подавленным криком отпрянула назад.

Понемногу девушка вновь овладела собой и вместе с тем поняла, какой опасности она подвергается. Ноги под ней подкашивались, и она присела, уставив широко раскрытые от ужаса глаза на дверь, ведущую в смежную комнату.

Женщины и дети, казалось, были погружены в глубокий сон. Очевидно, предсмертный хрип японца не разбудил никого. Барбара встала и осторожно двинулась к двери.

Сможет ли она перейти вторую комнату и достигнуть наружного выхода? Если ей удастся выйти на открытый воздух, она бежит в джунгли и с наступлением утра попытается найти дорогу к берегу и к Терье.

Девушка судорожно сжала кинжал и шагнула в большую комнату, но одна из женщин зашевелилась. Барбара отшатнулась обратно в тень, из которой она только что вышла.

Женщина присела и оглянулась. Затем она встала и подбросила несколько полен в огонь, тлевший в углу, подошла к полке и сняла котелок.

Барбара поняла, что японка занялась приготовлением завтрака.

Вся надежда на бегство была потеряна! Несчастная тихо прикрыла дверь и ощупью начала искать какогонибудь тяжелого предмета, которым она могла бы припереть ее, но все поиски ее оказались напрасными.

Наконец она вспомнила о теле убитого. Труп мог удержать дверь, если бы случайно ребенок или собака вздумали ее толкнуть. Это все же было лучше чем ничего. Но сможет ли она заставить себя прикоснуться к нему?

Инстинкт самосохранения производит чудеса. Хрупкая и изнеженная Барбара Хардинг овладела своими нервами и после некоторых усилий перетащила труп убитого и прислонила его к двери. Шорох от передвигания тела заставил ее поледенеть от ужаса.

Она сняла с убитого его длинный меч и доспехи и притаилась на полу за ним. Она решила дорого продать свою жизнь.

Снова, как тогда, когда она боролась с волнами после крушения «Полумесяца», ей вспомнились бодрые слова Терье: «Я буду бороться до последней минуты». Ей сейчас ничего другого не оставалось…

В соседней комнате по–видимому просыпались. До нее ясно доносились женские и детские голоса, говорившие на каком–то странном наречии. В нем было много японских слов, но многие слова были на языке, ей совершенно незнакомом.