Чтение онлайн

– Тут пару дней назад на твоё имя пришло сообщение. Без обратного адреса. Я подумал, что это спам, но меня что-то остановило, и я его не удалил. Проверив на все вирусы, ничего не нашёл. Не знаю, что это.

– Что в нём? – спросила Рика.

– По формату похоже на старые изображения, я не открывал. И знаешь, мне кажется чем-то неуловимо знакомым построение этой программы.

– Тогда открывай, глянем.

Дар был у себя, пока в гостиной беседовали эти двое, и после слов Рики стало удивительно тихо. Насторожившись, он выглянул за дверь. Его фоалинэ стояла на коленях, устремив взгляд полных слёз глаз на экран, зажимая ладонью рот. Не понимая, что же могло так расстроить девушку, Дарниэль обошёл диван и посмотрел на панель. Там беззвучно менялись слайды фотографий. Ни одного знакомого лица. Появилась следующая картинка. На ней весело смеялись трое: мужчина, женщина и девочка. Они были в странной одежде. Кадр исчез, и включилось видео. Светловолосый парень в мятой футболке сидел у стены мониторов и улыбаясь говорил:

– Это мой тебе подарок на день рождения, Элеонора. Я возвращаю тебе твоё прошлое, ведь без него не бывает будущего. Жизнь прекрасна – помни об этом. Я лишь надеюсь погреться в лучах твоей любви. Я твой вечный должник, от меня не откупиться одним хаасром. Люблю тебя, принцесса.

Экран погас. Госпожа разразилась рыданиями. Сквозь судорожные всхлипы и плач она шептала:

– Зачем, Хен? Зачем ты это сделал? Ты даже с того света заботишься обо мне. Я не стою этого, Хен.

Принц стоял как громом поражённый. “Она любит этого парня, хоть он и мёртв”. Ревность с новой силой полоснула по сердцу, заставляя каплями падать с ресниц, проливаясь через край. Когда не стало сил для горя, маэлт услышал слова, сказанные бесцветным голосом виэли:

– Сохранить на двух независимых носителях оригиналы и обработанные перекодированные копии. Мозгами отвечаешь за это, Лекс.

После они тенями ходили по квартире, делая всё необходимое; не встречаясь взглядами, вернулись в Этнос. Впервые за последнее время не легли спать вместе. Рика смотрела на звёзды с террасы, а Дар всю ночь провёл в склепе мечей. Утро нового дня заставило вспомнить о своих обязанностях, но боль в глазах этой пары заставляла сердца окружающих пропускать удары.

Прошло три дня, совпавшие с девичьими недомоганиями, дававшими обоим мнимую причину для оправдания своих действий. Они продолжали готовиться, работать, спать рядом и не замечать друг друга, когда учитель, уставший от такого поведения, предложил им скрестить клинки.

Господа согласились, и в вечерних сумерках начали. Сталь катаны звенела о сталь кинжалов, они дрались на реальном оружии, и спустя недолгое время бой начал принимать странный поворот. Дар и Рика бились насмерть. Не сдерживая ударов, обманывая и приспосабливаясь, они ускоряли натиск. Зала не хватило, и вскоре они метались по гравию дорожек, катались по доскам террасы, бегали по плиткам мостов. Аэтан напряжённо всматривался и молчал, когда к нему подошёл обеспокоенный Ноути.

– Останови их. Они же поубивают друг друга.

– Их не остановить. Они не видят ничего вокруг. Это битва не друг с другом, а с собой. Её можно лишь закончить.

– Но так нельзя! Их жизни – это самое ценное, что есть у нас всех.

– Ни один из них не ценит собственную жизнь. Это надо исправить.

– Как? Лишившись её? Аэтан, останови их!

– Не смогу.

– Но надо же что-то делать!

– Ждать. – Внешнее спокойствие Мастера было обманчиво. Он умер уже тысячу раз за то время, что эти двое дрались. И всё-таки он надеялся. На чудо. Любовь.

В это время парочка уже успела нанести друг другу незначительные царапины и синяки, даже не запыхавшись. Взгляд фиолетовых глаз неотрывно следил за зелёными, едва не искря подобно металлу. Порезанная во многих местах рубаха маэлта висела клочьями, и он её сорвал, дабы не мешалась.

В этот момент что-то произошло – Аэтан это почувствовал физически. Их взгляды изменились. Теперь по площадке обходили друг друга кругами дракон и кошка. Черты их лиц заострились, появился хищный оскал или улыбка зверя, а в грациозных телах сквозила уверенная расслабленность.

Равные.

Они сошлись, и оружие замелькало с удвоенной скоростью. Тела изгибались под странным углом, спасаясь от грозной стали; из горла фоалинэ вырывался звериный рык, пробирающий до костей; а маэлт шипел, переходя на странное клокотание, бьющее по нервам. Вновь появился Харуки, с вёдрами, полными воды, и, улучив момент, окатил дерущихся. Они не обратили ни малейшего внимания на произошедшее, а лишь, продолжая биться, взлетели на ступеньки храма. Аэтан лишь покачал головой, а его друг ушёл, весь кипя от несвойственного ему раздражения.

Последние лучи закатного светила озарили сражающихся красным светом. И после очередной схватки оба замерли лицом к лицу, глядя сквозь скрещённые клинки друг на друга. Прошла долгая минута, когда соперники синхронно потянулись к губам друг друга. Неистовый по страсти поцелуй разорвал лязг разводимых лезвий. Пара не остановила бой, но далее он походил на совсем другое занятие, а не на убийство с особой жестокостью. Они занимались любовью. Приникая к телу друг друга, они обнимали, ласкали взглядами и губами, щекотали языками, продолжая звенеть клинками. Остатки одежды были порезаны в лохмотья, и в последнем прыжке, откидывая оружие в сторону, Дар и Рика покатились внутрь храма, продолжая рычать и шипеть, лишь сменив тональность на страстные звуки любви. Эхо гуляло в стенах святилища, усиливая звук, не оставляя сомнений в происходящем.

Аэтан сидел на террасе, когда его спросил вновь подошедший Харуки:

– Они ещё живы?

– Более чем, мой друг.

– Что они делают? – уточнил повар, прислушиваясь к странным звукам.

– Возвращаются к жизни.

– Как?

– Подробностей рассказать не могу, – усмехнулся старик.

– Ну а без подробностей? – не унимался Ноути.

– Любят друг друга.

– Что? В храме?

– А ты бы предпочёл, чтобы они там дрались? – съехидничал усатый.

Ноути смутился. Постояв ещё немного, он пошёл в кухню, стараясь не задумываться, какое же действие могло вызвать тот или иной звук, доносящийся из храма.

Опустилась глубокая ночь, когда парочка выползла из святого дома и, нашарив остатки одежды и оружие, направилась к апартаментам. Аэтан всё ещё ждал. Заметив его, виновники остановились в нерешительности.

– Э-э-э, мы немного увлеклись, – попытался вызвать огонь на себя маэлт, стоя в одних трусах с катаной наперевес и пряча за спину девушку, кутающуюся в остатки рубашки и отчаянно краснеющую.

– Вы запомнили то чувство, что наполняло вас? Когда ничего не замечаешь вокруг, есть только ты, оружие и соперник?