Чтение онлайн

Сначала процесс бурения шел медленно, по мере появления все большего числа новых наночастиц, проходка ускорялась. Необходимое для проходки время зависело от плотности и толщины внешнего корпуса Колеса в этом месте.

Джиотти считывал данные с дисплея своего шлема. Пока за четыре минуты бурения пройден сто тридцать один сантиметр. Испытательный керн указал, что толщина здесь — 4, 85 метра. При таком темпе процесс займет еще два с половиной часа. К счастью, это время можно сократить за счет ускорения. Но у Джиотти пока не хватало данных, чтобы определить, насколько крутой может быть кривая графика ускорения.

Черт побери. Было бы быстрее, если бы летчики или бойцы флота бомбили это место до тех пор, пока не образовался кратер пять метров глубиной… правда, неизвестно каким образом все это могло сказаться на Колесе и особенно на тех черных дырах, которые предположительно вращались в глубинах этой штуковины. Идея заключалась в том, чтобы по возможности захватить Колесо нетронутым.

— Давайте введем еще немного энерготранспортеров. — предложил Джиотти. — Примерно десять процентов.

— Да, добавим десять процентов, — произнес капрал Московии, стоящий по другую сторону диска. Энерготранспортеры — специальные наномашины, преобразовывающие материю основания в энергию, сохраняющие ее и передающие в трубу на механизм, который создает основные буровые наномашины. Усиление потока энергии увеличило бы производительность проходки, но, конечно, в разумных пределах. Если процесс чрезмерно ускорить, то проходческий комбайн захлестнет слишком большое количество буровых наномашин. Или же он остановится из-за избытка переносящих энергию наночастиц и недостатка буровых наномашин.

Соблюдение баланса между двумя этими факторами и являлось частью обширной технической загрузки, которую получили все инженеры за неделю перед вылетом с Земли. Было известно, что уравнения для расчетов созданы на Земле с использованием данных испытаний земных материалов, однако в действительности никто не знал, насколько они оправдают себя при работе на сооружении, созданном инопланетной цивилизацией на звезде, которая располагалась на расстоянии почти девять световых лет от дома.

— Джиотти! — прозвучал голос Уорхерста. — Сколько еще нужно времени?

Черт возьми. Джиотти изучил свои данные, экстраполировал кривую увеличения производительности бурения и получил двадцать пять минут. Неплохо, но это еще не все

Затем он добавил пятьдесят процентов и округлил, чтобы вышло наверняка.

— Сэр, потребуется еще сорок пять минут, — ответил он. — И это — ОГП.

ОГП — очень грубая прикидка. Однако точнее он сказать не мог.

Участок боевых действии «Мемфис», Штаб берегового плацдарма Пространственно-временных врат Сириуса, 13:10 часов по бортовому времени

«Сорок пять чертовых минут»…

А как сдерживать вражеские силы все это время? Враги уже прорвали периметр в двух местах. Множество танков подбиты огнем «Онагр», авиацией и наконец коммуникационной компьютерной сетью, за счет согласованного ведения огня членами расчетов из лазерных винтовок. Второй периметр формировался внутри первого, но ничто не говорило о том, что на сей раз морпехам повезет больше и они остановят инопланетных монстров.

Самым мучительным для Уорхерста было ясное и четкое осознание того, что он сделал все, что мог — развернул войска наилучшим образом, принял все возможные меры, но всего этого оказалось недостаточно. Теперь ему не оставалось ничего другого, как верить в стойкость и боеспособность своих морских пехотинцев.

— Генерал Рэмси, — сказал он по командному каналу связи. — Говорит Уорхерст. Они замыкают периметр в «Милуоки» и «Цинциннати».

— Вижу. Какова ваша оценка?

— Проблема еще не решена.

В декабре 1942 года на атолле Уэйк подразделение, состоящее из 449 американских морских пехотинцев, сдерживало многократно превосходящие японские части в течение двух недель. Когда на остров высадилось спецподразделение японцев в две тысячи человек и начался штурм, последняя радиограмма обороняющегося гарнизона гласила: «Враг на острове. Проблема еще не решена».

Уорхерст чувствовал себя почти как майор Джеймс Деверо на атолле Уэйк в те последние роковые часы. Что вы сделаете, когда ничего уже нельзя сделать, а враг стоит возле самого порога?

— Понял, — ответил Рэмси. — Только не забывайте о том, что Деверо уложил восемьсот вражеских солдат, уничтожил двадцать один самолет и четыре военных корабля прежде, чем погиб. Сделайте все, что в ваших силах, и дайте морпехам сделать все, на что они способны.

Генерал как будто прочитал его мысли.

— Так точно. — Он не просил об эвакуации. Рэмси сам подогнал транспорты для погрузки, если будет принято решение, что им нужно выбираться с Колеса. Тем не менее это — решение Рэмси, не его собственное.

Вражеское наступление замедлилось. Уже было уничтожено немало танков защитников Колеса, новые продолжали прибывать из другого места, но медленно.

Возможно, если бы им удалось уничтожать их в достаточно большом количестве и достаточно быстро…

Санитар второго класса Филипп Ли Отделение В Первого взвода Роты «Альфа», Участок боевых действии «Цинциннати» Пространственно-временных врат Сириуса, 13:10 часов по бортовому времени

Лежа рядом с пациентом, Ли вынул из сумки зонд Фрелиха и воткнул его иглу в плечо морпеха прямо через броню там, где та была относительно тонка. Игла прошла легко.

Затем он вытащил устройство, позволяя серебряному наконечнику иглы самому загерметизироваться при помощи окружающего его полиламинатного материала. На наконечнике замигал зеленый свет, и Ли почувствовал работу канала связи, передающего данные через его имплантат. Он выбрал четвертый уровень программирования и мысленным щелчком произвел инъекцию.

Хьюстон продолжал кричать, и единственное, что Ли мог для него сделать, это попытаться успокоить его. Проклятие, жаль, что это не «Страдалец Майк», а человек. И не просто человек, а один из тех парней, с которыми он сидел за общим столом и вел задушевные беседы. Парень страдал от сильнейшей боли.

Морпех кричал еще несколько секунд, после чего постепенно затих. Четвертый уровень программирования был настолько сильным, что с его помощью он мог проделать это, не вырубая сознание парня, и он не хотел использовать крайние меры, пока не убедился, что это не убьет Хьюстона. Через зонд Фрелиха вводился нанодин, который быстро разносится по телу кровотоком, отыскивая нервные узлы, пребывавшие в непрерывном возбуждении и спазме от сильнейшей боли. Он гасил возбуждение, где бы оно ни находились — вблизи ран или прямо в мозге. Тело человека как будто замирало, но его сознание должно было оставаться ясным и не замутненным болью.