Блокпост
Шрифт:
Возможно, будь на их месте юные красавицы, мои ребята не вели бы себя так раскрепощенно, как сейчас. Стеснялись бы, комплексовали, а с Юлей и Викой они как будто забыли и о своей внешней ущербности.
На Артема внимания не обращали. Только я один скрытно посматривал на него, наблюдал, как он реагирует на полковника, которого я также посадил за стол вместе со всеми. Если Артем все-таки прибыл к нам с тайным заданием, то Брыль должен интересовать его в первую очередь. Но мужчина никак не выделял его из общей массы. Единственное – слегка удивился, глянув на полковничьи погоны. А в общем, казалось, Артема интересовал только ужин, пусть и незатейливый, но щедрый. И от выпивки он отказываться не стал. А Пух выставил на стол пятилитровую канистру. И еще хитро посмеивался в ус, будто намеревался споить женщин.
Впрочем, женщины пусть пьют, сколько смогут. И Артему не возбраняется. И полковника сдерживать не буду. Если он вдруг знает кого-то из этой троицы, то спьяну может и проговориться…
Но пока что не было у меня зацепок, чтобы подкрепить свои подозрения. Не похожи эти трое на диверсантов, хотя женщины были крепкими, основательными – настоящие бабы. И Артем – типичный селянин, я смотрел на его руки, мозолистые, но не от спускового крючка, а скорее от сохи. Не было на указательном пальце правой его руки нароста, который образуется от близких отношений с оружием. И с паспортами у них все нормально… Правда, документы сохранились только у Артема и Юли, а Вика все потеряла, когда убегала от зомби. Но ведь такое вполне может случиться.
Одно только слегка настораживало. Юля потеряла мужа и сына, но по ней этого не скажешь. Разомлела она после баньки, разрумянилась под мужскими взглядами, улыбается, как будто забыла, что у нее горе…
– Значит, в Мокрянке были? – спросил я.
Артем выпил, разговелся, можно и за жизнь поговорить.
– Да нет, не в Мокрянке, дальше, в Белых Вешках, тоже поселок, только получше… То есть был когда-то чуть лучше, – удрученно вздохнул мужчина. – А сейчас как везде… Вот что обидно, радиации нет, ну, природа немного хиреет, аномалии там всякие. Но земля-то щедрая на урожай…
– И что, пробовал урожай растить?
– Пробовал… Корову завели, поросят, огород засадили. Там раньше альпийские горки были, газоны английские, а мы всю землю распахали…
– Где там?
– Ну, особняк там недалеко стоял, ну, от наших Белых Вешек. Холм, роща березовая, дом в три этажа. Богатей один местный отгрохал. Я раньше и подходить близко боялся… А вот эту весну всю там прожил. Особняк брошенный. И мебель не всю вывезли. Котельная у него своя, на мазуте… У вас тоже на мазуте, я видел. Вы здесь обустроились, а я там… Потом вот Вика появилась, затем Юля…
– Я в июне пришла, – подтвердила Вика. – Но так я с Большой земли. Думаю, может, успокоилось все, может, и нет уже никаких зосов… Да и ружье хорошее купила. Компания опять же подходящая подобралась…
– Какая компания?
– Ну, Сашка Лазаревич, Юра Блинков… Еще двое, Костя, Паша… Это Сашка нас всех подбил. Он сказал, что зосов больше нет, что правительство нам голову дурит, а люди уже давно к своим домам возвращаются. Мы поверили, пошли в нашу Филипповку… На Сашку кенг ночью напал, он даже пикнуть не успел, – с мажора на минор перешла Вика. – Потом Юрка… За ним все остальные… Я чудом спаслась, на дом вышла, где Артем обосновался…
– И мы с компанией были, – включилась в разговор Юля. – Тоже весной. В дом свой вернулись, жить стали. Это в Охримовке, деревня такая, за Белыми Вешками… Сначала все нормально было. А потом муж и сын ушли. С ними еще трое. Как будто позвал их кто-то… Вышли за околицу, а там зверопсы…
– Ясно кто позвал. Злоформер, – сказал Якут. – У нас тут тоже целая история. Правда, пока никого не обратили…
– Да не мешай ты, – локтем в бок толкнул его Баян.
Он не сводил глаз с Юли. Уж не влюбился ли?
– Это еще в мае было, – продолжила та. – Мы три месяца, как в осаде, жили… Не знаю, как выжили… А мужа моего Вадим застрелил, сына – Игорь. А потом они сами такими же стали. Я от них еле ноги унесла… Их самих Артем прикончил…
– Да уж, пришлось повоевать, – кивнул Артем. – И дальше бы воевали. Только бесполезно все это. Зомби еще ладно, а от кенгов спасу нет. Они всю нашу скотину вырезали. Хорошо, в доме окна бронированные, ну и дверь, само собой… Но все равно, если б не ушли, рано или поздно сожрали бы…
– Ушли. А дальше куда? – озадаченно спросил Баян.
– Да некуда, – покачал головой Артем. – Думаешь, мы от хорошей жизни в родные края подались? На Большой земле для нас места нет. Углы снимаем… Квартиру обещают построить, так сколько нас таких, без жилья, на всех не хватает…
– Может, у нас останетесь? – украдкой глянув на меня, спросил Якут. – Нам люди нужны… Ты и стрелять умеешь, и с хозяйством управляешься. Может, и мы корову заведем, поросят. А что? И земля есть, чтобы пахать…
– Не знаю, – пожал плечами Артем. – Тепло у вас, уютно и сытно… Хорошо снабжают?
– Как видишь, – уклонился от прямого ответа Якут.
– Мы бы остались, да только у вас командир больно строгий! – заявила Вика.
Но в ее словах кокетства было больше, чем укоризны. Да и глупо было воспринимать ее слова всерьез.
– Так это, если бы наш командир не был строгим, нас бы здесь уже не было, – повинно посмотрел на меня Баян.
– Он у нас самый лучший, – подлил елея его друг Якут.
– И руки у него такие сильные, теплые, – раззадоренно улыбнулась мне Вика. – Мне так понравилось, когда он меня обыскивал… Командир, может, повторишь?
Расшалилась баба, замаслились ее глазки… Видно, что понравилась ей идея остаться с нами. Это у солдата заповедь – поближе к кухне, подальше от начальства. У женщин все по-другому. Первым делом они стараются наладить связь с начальством, чтобы служилось легче. Не все, конечно, любовь свою да ласку предлагают, но это скорее исключение, чем правило. Возможно, Вика из хитромудрых. Да и с мужиками она, похоже, запросто. Насколько я понял из ее рассказа, она с четырьмя жила, одна. Не знаю, как ее делили…