Чтение онлайн

В Грузии в магазине невозможно допроситься у продавца, что почем. Тоже на тебя смотрят как сквозь стекло. В городском транспорте, если ты по привычке протянешь руку за билетиком, тебе со злобой в глазах отмотают метра полтора — два этих билетиков, мол, на, подавись.

Мне было жутко неприятно слышать в кассе предварительной продажи авиабилетов, как ругались в очереди армянин и грузин. Это была не просто ссора очередников, это была яростная стычка ненавистников. Им бы кинжалы в руки, и полилась бы кровь.

У меня сжималась душа, но я простительно думал: горячая кровь горцев. Но теперь понимаю — горячая и… дремучая. И если мы, россияне, во многом еще варвары, как считают на Западе, то этим во многом обязаны нашим, этим вот, братьям по Союзу.

При Советской власти они еще немного держались в рамках. Зато теперь «расслабились», распустились во всей своей красе: где появятся, там шлейфом тянется за ними грязь, мусор и всякие непотребства.

Всюду, по всей Руси Великой их грязные следы. И еще русские им плохие.

Все чаще и чаще слышится в народе: если русские поперек горла всем этим пришельцам и чужевыродкам, если русские правила общежития и традиции вам не нравятся

и вы хотите жить по своим понятиям и нормам, то вот вам Бог, вот порог. А нам не мешайте жить по нашим правилам и традициям. А если вам кажется, что рано или поздно мы запляшем под вашу дудочку, то вы глубоко заблуждаетесь.

Есть в народе мудрая пословица: не ходи в чужой монастырь со своим уставом.

«Кубанские новости»,

15.06.1994 г.

Рогачев Федор Игнатович. Темрючанин. Сейчас немногие помнят это имя. А в 1918 году оно гремело на Кубани рядом с именем Ковтюха, Матвеева, Демуса. Вот несколько строчек из истории гражданской войны в СССР: «Уже в начале 1918 г. Е. И. Ковтюх, выходец из бедноты станицы Полтавской, организует революционную роту, которая впоследствии влилась в красный партизанский отряд под командованием бывшего матроса Черноморского флота Рогачева». (Гражданская война в СССР. М. Воениздат. Т. 1, 1980 г., стр. 316).

За сочувствие революционному восстанию на «Потемкине» и «Очакове» в 1905 году, за агитационную работу среди матросов Рогачев Ф. И. попадает под надзор полиции. И с тех пор он на заметке у властей. В 1910 году демобилизуется из флота и возвращается в Темрюк, и здесь, на родине, продолжает активную революционную работу. Полицейские ищейки идут по его следам, и Рогачев вынужден переехать в станицу Старовеличковскую. Годы напряженной борьбы и смертельного риска. А затем радостная весть о победе Октябрьской революции в Петрограде. Но борьба не окончена, наоборот, принимает еще более ожесточенный характер. Молодая республика в огне контрреволюции. 1918 год — год яростной схватки противоборствующих сил. Особенно на юге. На Кубани повсеместно возникают многочисленные партизанские отряды. Их необходимо было объединить, вооружить и повести против белогвардейцев и белоказаков. Партия поручает Рогачеву сформировать отряд Красной гвар — дии. Федор Игнатович берется за дело с присущей ему энергией и страстной верой в окончательную победу Революции. Он рассылает письма и верных людей по станицам Таманского отдела с призывом к простым людям вооружаться и вставать на защиту родной Революции. Ему помогают военный комиссар Таманского отдела П. С. Решетняк и член отдельского комитета большевиков Я. А. Зимин.

«К середине марта, — пишет в своем очерке И. Кириченко, — 1918 года под командованием Рогачева были объединены мелкие отряды, ранее сформированные в станицах Таманского отдела». (Кириченко И. Рогачевцы. Заре навстречу. Краснодарское книжное издательство, 1977 г.).

В том же марте отряд Рогачева принимает уже участие в штурме Екатеринодара, где хозяйничали белые. А 21–го марта отряд Рогачева посылают под Энем против конницы генерала Покровского, рвавшейся в Екатеринодар. Это был бешеный натиск белоказаков, потесненных из города. Рогачевцы не только отразили этот натиск, но и разгромили конницу Покровского. Добрая боевая слава об отряде Рогачева мгновенно облетела всю Кубань. В отряд устремились добровольцы.

Рогачев был популярным в то время красным командиром, обладавшим твердой волей и талантом полководца. Такие были времена. Все бои под его командованием заканчивались неизменно победой и оставляли яркое впечатление в памяти и сердцах бойцов. Бой у дамбы под хутором Понура против превосходящей пехоты и конницы генерала Дроздовского кончился для генерала полным поражением. В этом бою, кстати, погиб славный пулеметчик Семен Бойко. Его именем теперь называется хутор Бойко — Понура.

В конце апреля 1918 года отряд Рогачева выступил на подавление контрреволюционного мятежа в станицах Ольгинской, Бриньковской, Копанской. Под Копанской был дан решительный бой мятежным белоказакам. Красногвардейцы одержали блестящую победу. Этот бой вошел в историю гражданской войны как яркий пример не только ратного мастерства, но и гуманного характера зарождающейся Красной Армии.

«…этот отряд в бою под станицей Копанской разбил мятежников — белоказаков и взял в плен более тысячи человек. Пленные казаки были обезоружены и распущены по домам…» (Гражданская война в СССР. М. Воениздат, том 1, стр. 316).

Вот несколько эпизодов из этого боя, рассказанных одним из его участников И. Кириченко: «Подступы к Копанской были хорошо подготовлены к обороне. На ее окраинах вырыты окопы, а единственная дорога, пролегавшая между лиманами, поросшими густым камышом, простреливалась ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем мятежников. В ночь на 26 апреля наши разведчики Григорий Юрченко, Григорий Пономарев и Гавриил Козодыб скрытно пробрались в Копанскую и добыли очень нужные сведения о системе обороны белоказаков, расположении их огневых позиций и месте нахождения штаба…

Чуть забелело на востоке, и сразу заговорили наши пушки. Кавэскадрон Тихона Воронкина под прикрытием артиллерии и пулеметов на бешеном галопе проскочил простреливаемый участок дороги и ворвался в окопы белых…

В стане мятежников началась паника. Она усилилась еще больше, когда разведчики Юрченко разгромили их штаб. Сам Юрченко в форме казачьего офицера ворвался в штаб, оттолкнул телефониста и от имени полковника Подгорного, командовавшего белоказачьими частями, отдал приказ об отходе с позиций к центру станицы. В это время разведчик Козодыб взобрался на церковную колокольню и повесил белый флаг — сигнал капитуляции. Все кругом перемешалось…

К 10 часам утра 27 апреля в Копанской все было кончено». Такая вот была борьба. Историю не переделаешь.

После разгрома мятежа белоказаков отряд Рогачева был отведен на отдых в станицу Ольгинскую. И там 30 апреля согласно директивы Советского правительства на общем собрании отряд был преобразован в 1–й Северо — Кубанский полк и стал регулярной частью Красной Армии. Рогачев был единодушно избран командиром полка. Его заместителями Е. И. Ковтюх и С. И. Костенко.

К этому времени борьба на Кубани приобретает острейший характер. Поощренная вторжением немецких войск в Крым, контрреволюция резко активизировала свои действия. Цель мятежников — захват Темрюка, чтоб оказаться под крылышком немецкого генерала Бюллера. Начались бои по широкому фронту, протянувшемуся от Темрюка до станицы Благовещенской. Три дня продолжались кровопролитные схватки. На четвертый сопротивление