Чтение онлайн

Наряду с мудростью замысла и его решения, описания

природы являются настоящими литературными жемчужинами. Книга буквально искрится светом, добротой, пронизана мудростью. Автор же воспринимается третьим пленником. Пленником света и добра. Пусть будет удачливым его путь в это великое таинство.

Март, 1996 г.

В который раз уже скашивают под корень Святую Русь. А она снова прорастает на мировой ниве. И, как всегда, сначала следует Слово. Проросло оно в самом сердце России, на Орловщине, на родине великого нашего соотечественника Ивана Сергеевича Тургенева, автора бессмертного «Бежина луга».

Мне довелось побывать на встрече «Русские вечера» во время пребывания в Москве. На ней как бы итожились дела трехлетнего существования журнала. Это было тихое, почти камерное собрание известных в стране литераторов в центре Москвы, в библиотеке им. Н. А. Некрасова, где сошлись пообщаться авторы, сотрудники журнала; его читатели и почитатели, успевшие расслышать «голос» нового русского издания, проникнуться к нему душой, откликнуться сердцем.

На обложке журнала значится «Русский литературно — исторический журнал на Родине и в рассеянии». Учредители — Всемирный Русский Народный Собор и Союз писателей России. Издается при участии администрации Орловской области. Выходит шесть раз в год. Объем около 20 п. л.

Возник журнал в недрах «Роман — газеты» с благословения Патриарха Московского и Всея Руси Алексия И. У истоков его стояли главный редактор «Роман^газеты», Председатель Союза писателей России В. Н. Ганичев, избранный Президентом информационно — производственного агентства и народного акционерного общества «Бежин луг»; он же Председатель координационного совета журнала. Его сподвижники — главный редактор А. А. Апасов, писатели П. Проскурин, С. Лыкошин, В. Волков и др. Участвовать в нем дали согласие В. Белов, С, Золотцев, В. Кожинов, В. Крунин, В. Лихоносов, Г. Немченко, В. Распутин, Н. Огаршинов и многие другие известные русские писаг тели и поэты.

В качестве эпиграфа на первой странице взяты слова И. С. Тургенева: «Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, — ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык».

Звучит как молитва. И как молитва, Слово было и остается единственным нержавеющим и неустаревающим оружием, которым тысячи лет защищали и защищают русские люди многострадальную Русь. Просторы ее, богатства ее всегда притягивали и притягивают алчные взоры «доброхотов» всех мастей и оттенков. Особенно тех, кто, спустился с Сионских высот на ее ненаглядные земли. Из сионистов они спешно перелицовываются в россеистов, лицемерно изображая из себя русских, более чем сами русские. Тайком и в открытую (в наглую) подтачивая, словно, могильные черви основы и корни российские.

Вот в этих условиях и возник в сердце России истинно русский журнал, как обитель всего русского, уже в который раз распечатав арсенал нержавеющего и неустаревающего оружия — коим было и есть и всегда будет русское Слово.

Трудно складывается судьба журнала, как и всего русского в теперешней России — Главный редактор журнала Александр Александрович Апасов пишет в своем обращении к читателям в № 1 за 1996 г. «…нашу работу с полным правом можно приравнять к боовой обстановке, где год идет за два».

Печально, но факт, — русскому слову приходится пробиваться сквозь мусорные завалы иностранщины и демагогию доморощенных оккупантов.

Приглашая меня на вечер, постоянный ведущий, председатель Творческого объединения прозаиков Москвы, писатель Валерий Рогов сказал мне с грустной иронией, когда я спросил, где проходят «Русские вечера»: «В библиотеке им. Н. А. Некрасова, на Большой Бронной, 20, В центре оккупированной Москвы».

Признаюсь, мне стало не по себе от этой его шутки. В которой, однако, заключена горькая и грозная правда. Дожили!..

В самом деле, продираясь сквозь блеск и нищету Москвы, устаёшь взглядом от обилия иностранных слов. Они острят, они нагло кричат в глаза, и самые главные из них горят иа господствующих высотах зданий «адидас», «сони», Мальборо» вперемешку с огромными портретами руковожатных Ельцина и Лужкова. На них подгладывает из-за рамки хитрое полулицо Явлинского. Вот они, сотворители липового блеска и всеобщей реальной нищеты России. Нищие и попрошайки почти на каждом шагу. Они — лицо теперешней столицы. Явление ельцинско — гайдаровско — явлинсковской эпохи.

А на «Вечере» слово держит А. А. Апасов. Рассказывает, как они начинали, как им трудно приходится. Ему не очень хочется об этом говорить. Всем сейчас трудно. Но читатель должен знать и это. Вдруг глаза его загораются:

— … Но зато вы посмотрите, кто с нами! Взгляните на вторую обложку страницы! Наряду с известными на весь мир именами здесь просто известные и мало известные. Думаю, что читатель с удовольствием воспримет произведения Ивана Лукаша «Ветер Карпат», Сергея Николаева «Ладанка», Валерия Рогова «Звонарь»… В них русский дух, в них Русью пахнет…

Некоторых он представляет чтением небольших отрывков или отдельных абзацев, а то и вовсе фразой, в которой действительно бьется живая яркая мысль. Созвучная с нашей действительностью. О некоторых рассказывает с подъемом. Впечатление складывается хорошее. Я ухожу с «Вечера» с добрым чувством единения и веры в то, что русское Слово спасет Россию, что оно снова, уже в который раз! пробилось чистым родником в центре земли российской. Что не все еще потеряно. И потом эта вера подтвердилась, когда я вчитался в страницы «Бежина луга». Я увез с «Вечера» целую подборку журнала.

Читаю, а некоторые вещи перечитываю, и во мне возгорается с новой силой чувство Родины. Хочется поделиться некоторыми впечатлениями.

Рассказ Сергея Николаева «Ладанка». № 1 за 1996 г.

О судьбе русского воина, смертельно раненного в Куликовской битве. Он умирает и просит другого воина позвать кого-нибудь из серпуховских, «от полка Владимира Андреевича». Чувствуя, что умирает, он хочет передать жене ладанку (поминок), которую Дарьюшка дала ему, провожая на битву. Напутствуя его, она сказала: