Блики
Шрифт:
– Я бы хотела быть похожей на вас
– Глупость. Запомни, любой оригинал всегда имеет преимущество перед копией, пусть даже это будет копия шедевра, она не будет представлять никакой ценности, ибо повторение не несет ничего: оно не способно поражать и удивлять, а главное – быть единственным в своем роде…– Женщина подвинула изящную серебряную пепельницу ближе к центру стола, и затушив табачное изделие, вновь обратилась к собеседнице.
– Я хотела бы тебя познакомить со своим племянником из Лондона. Он чудесный молодой мужчина. Вы еще не успели встретиться с ним в холле?
– Вскользь
– Так вот почему он так торопливо ушел в свою комнату. Должно быть, ты произвела на него сильное впечатление, раз он заперся там до самого ужина. Думаю, у вас найдется много общих тем для разговоров.
–Честно говоря, я не уверена
–Отчего же?
–Он пытался завязать разговор, но мне показалось, что предложенные мною темы не входят в круг его интересов
– Тем лучше, вы сможете многому научить друг друга
– Эмма, я ценю вашу заботу, и конечно поддержу беседу с лордом Генри. Но если я в какой-то момент захочу уйти – не обессудьте
–Право на личное пространство в этом доме – вещь естественная, тебе не о чем беспокоиться.– Эмма поцеловала Лизи в лоб и удалилась.
За это время она стала для Элизабет по-настоящему родным человеком: вместе им было гораздо легче переносить выпавшее на их долю испытание, и уж в чем она была абсолютно уверена, так это в том, что Эмма никогда не причинит ей зла, во всяком случае, намеренно. Лиз не сомневалась – разговор о неприкосновенности личного пространства обитателей имения Уорренов владелица завела неспроста. Быть может, это был так называемый «предупредительный сигнал» об угрозе заплыть за буйки, и угодить в водоворот, из которого не существует выхода… Или он только один…
В момент появления Элизабет за ужином царила приятная, безмятежная атмосфера. Сервированные блюда были расставлены вдоль стола, украшенного фарфоровыми подсвечниками в виде экзотических цветов.
– Мы тебя ждали, Лизи
–Надеюсь, я успела к десерту? – отшутилась она
– В каком-то смысле ты и есть десерт – парировала Эмма
–Оливье, срочно спрячьте столовые приборы! – с озорством имитируя легкий ужас, молодая женщина присела справа от миссис Уоррен. Она оказалась сидящей напротив британского гостя, это давало ей наилучшую возможность без особых усилий разглядеть его.
–Знакомьтесь – начала было Эмма
–Тетя Эмма, извините, что перебиваю. Мы уже частично знакомы, правда, еще не представлены
–Это легко исправить ! Элизабет – моя любимица. Красавица, с добрым характером, обладающая незаурядным умом. Моя названная дочь. – Эмма перевела взгляд на Генри и чуть повернулась корпусом в его сторону. – Генри – мой дорогой племянник, настоящий джентльмен в полном смысле этого слова.
– Вот и познакомились – заключила Лизи, аккуратно укладывая белоснежную салфетку на колени. Лицо нового знакомого показалось ей весьма привлекательным : четко очерченные скулы, волевой подбородок, прямой нос и большие сапфирово-синие глаза обеспечивали своему обладателю запоминающуюся внешность. Несмотря на фактурное сходство с героями эпоса древней Спарты, молодой мужчина имел мягкий, доброжелательный голос.
– Позвольте за Вами поухаживать?
Лизи вопросительно вскинула правую бровь, глядя как лорд торопливо касается уголков рта салфеткой.
–Какое вино вы предпочитаете?
–Белое – резко бросила она, в глубине души осудив англичанина за навязчивость в проявлении знаков внимания. Удивительно, но Генри, казалось, будто услышал ее мысль.
– Вы громко думаете – с улыбкой сказал он, наполняя бокал.
–А Вы слишком откровенны для британца
–Никогда не думал, что подобное качество – недостаток
– В определенных ситуациях он особенно непростительный
– Просветите? –
–Как-нибудь … -
– Это лучше, чем никогда –
–Благодарю за вкусный ужин, всем приятного вечера – Лизи откинула салфетку, и изобразив вежливую, сдержанную улыбку направилась в сторону сада.
–Она необыкновенная – сделав глоток чая, Эмма продолжила. – Я никому не дам её в обиду.
–Я тоже, тетя… – Генри неотрывно смотрел в след ускользающей Лизи, чьи шаги, казались ему легче далеких облаков, гонимых ветром над суетной землей, которую он в это самое мгновение перестал ощущать.
VI
Джаз оттенял настроения посетителей респектабельного ресторана в центре Нью-Йорка. По выбранным напиткам Дмитрий безошибочно угадывал характер встречи всех сидящих за столиками. Рыжеволосая дама в коктейльном платье стального цвета заказав розовое шампанское беспрерывно водила пальцем по округой поверхности фужера. Пузырьки игристого вина отрывались от прозрачных хрустальных стенок, взлетали вверх и растворялись, как и ее надежды на то, что некто, кого она так волнительно ждет более получаса – придет. Дмитрию хорошо было знакомо подобное чувство ожидания, кто-то счел бы это безнадежностью, но он наградил его синонимом надежды, согревающей и спасительной.
– Ах вот ты где !
Голос, ее родной голос, по которому он так тосковал все эти пять лет…
–Лиза! – вскрикнул он, не в силах сдержать эмоции, и соскочив с кресла крепко обнял её.
– Дима, ты меня задушишь
Ощущая ее тело, вдыхая ее запах, Дмитрий, казалось, совершенно не слышал ни официанта подоспевшего со вторым экземпляром меню, ни самой Лизы, ни даже музыки. Все стало беззвучным, неважным, невесомым.
–А ты совсем не изменился –
–Да? В таком случае значение духовного развития по буддизму сильно преувеличено
– Пытался стать аскетом?
– В определенно смысле
– Общество бы потеряло лучшего оратора, а его женская часть – одного из самых желанных женихов.
–Ты бы скорбела?
–Сильнее всех!
– Ради этого стоило вернуться с острова! За нас! – Дмитрий поднял бокал терпкого красного вина двадцатилетней выдержки. Лиза сделала аналогичный жест, и улыбнувшись пригубила напиток.
–Я заказал мясо, помню, ты любишь бифштекс с тушеными овощами
– А малосольные огурцы здесь есть?