Чтение онлайн

Френсис отвернулась. Я смотрел на нее. Она мне нравилась, и мне было её жалко - и все же я её боялся. Она нарушила неловкое молчание.

– Вы можете переночевать, но утром, прошу вас, уезжайте. Вы не барабанщик. Я сама обожаю джаз и знаю всех музыкантов Америки. И я не верю, что вы приехали к нам из Нового Орлеана в этом "ягуаре". Если бы вы и впрямь бывали на крайнем Юге, вы бы никогда не зашли запросто в нашу аптеку и не держались бы там так, точно собирались вмазать мистеру... нашему полицейскому. Папа мне все рассказал.

– Похоже, я стал главной сенсацией дня в этом городе, - и тут я понял, что теперь у меня нет выбора и что придется ей довериться, прежде чем она задаст мне ещё кучу вопросов.

– Любой приезжий вызывает в маленьком городе пристальный интерес. Если вы хотите остаться в Бингстоне - что ж, это ваше дело. Но вы остановились в нашем доме, так что это и мое дело. Весь вечер вы допрашивали меня про Обжору Томаса... Я теперь даже сомневаюсь, что ваша фамилия Джонс.

– Ты права, я Туссейнт Маркус Мур из Нью...

Она хлопнула в ладоши и рассмеялась. От смеха её лицо осветилось.

– Чудесное имя! Маркус - это в честь Маркуса Гарви, конечно!

– Ну да. Мой отец... впрочем, раз он меня так назвал, то мне уже не надо про него рассказывать. Франсис, ты много говорила о равноправии. Я частный детектив - в Нью-Йорке из-за убийства Томаса подставили одного цветного. Поэтому я и приехал сюда. Мне очень нужна помощь - твоя помощь.

– Частный детектив?
– переспросила она и встала.

Я продемонстрировал ей свой жетон.

– Я буду рада помочь вам, чем смогу, Туссей... Туи.

– Погоди. Ты должна ещё кое-что знать - дело не простое и не безопасное. Не забудь, что как я сказал, в убийстве обвиняется цветной, которого явно подставили. Я, конечно, не втяну тебя в это дело, но вместе с тем если ты будешь мне помогать, ты можешь оказаться.... причастной.

– Наплевать, я...
– Ее лицо вдруг снова приобрело злобное выражение. Это вы?

Я кивнул.

– Нью-йоркская полиция разыскивает негра, которого видели рядом с телом Томаса. Это я. Я был там. Поверь, что я его не убивал. Но нет никакой разницы - в Нью-Йорке или в какой-нибудь безвестной деревушке на Юге, если чернокожего заметили на месте убийства, значит, он виновен.

Она смотрела на меня во все глаза.

– Но вы детектив...

– Я следил за Томасом. Френсис, мне кажется, разгадка этого убийства находится в Бингстоне. У меня есть в запасе сутки, прежде чем полиция установит, что разыскиваемый ими "негр" - это я. Ну что, все ещё хочешь мне помогать?

Она смотрела на меня так, словно готова была расплакаться. Потом отвернулась и начала собирать со стола грязную посуду и ставить её в раковину. Я ждал. На душе у меня было тошно.

– Ладно, я тебя не виню. Но только сделай мне одно маленькое одолжение - никому не рассказывай о том, что я тебе сейчас...

– Я все-таки хочу прокатиться в машине. Пойду надену пальто.

Я поднялся в свою комнату, взял пальто и шляпу. Френсис ждала меня в прихожей, одетая в простое пальтишко, поношенное и заметно великоватое. На голове у неё красовалась уродливая шерстяная шапочка. Наверху скрипнула дверь - миссис Дэвис перегнулась через перила и свесила вниз седую голову.

– Куда это ты собралась, Френ?

– Мистер Джонс везет меня покататься, - ответила девушка, открывая входную дверь.

– Так поздно? Френ, мне надо с тобой поговорить!

– Мама, все в порядке. Пожалуйста, иди ложись. Мы скоро вернемся.

На улице было темно и холодно. Отпирая дверцу машины, я обернулся, взглянул в её темное лицо и попытался вспомнить когда-то читанное стихотворение про "ночь, темную как я". Потом я подумал, не конец ли это моего путешествия: может быть, она хочет прокатиться со мной в полицейский участок? Но я почему-то доверял ей - да и выбора у меня не оставалось.

В салоне "ягуара" было грязно. По дороге сюда меня отказались обслужить в придорожном ресторане, и мне пришлось завтракать и обедать в машине.

– Прости за грязь...

– Поехали, - она поежилась.
– А то холодно.

Мы сели в машину, и я выехал на улицу. Мы ехали куда глаза глядят просто вперед. Я включил печку. После долгого молчания Френсис спросила:

– Вы можете рассказать мне, что все-таки случилось, Тусс... Туи?

– Конечно. Я и сам хочу. Все началось три дня назад - теперь уж кажется, что целая жизнь прошла. Так вот третьего дня сижу я у себя в офисе...

ТРЕТЬЕГО ДНЯ

2

Все началось просто замечательно - хотя постелив постель и превратив тем самым свою комнатушку в "офис", я и понятия не имел, насколько замечательным этот день окажется.

Я снимаю эту старомодную квартирку над железной дорогой в складчину с пожарником Олли и фотографом Роем - он подрабатывает поваром в ресторанчике, готовит там еду на скорую руку и тем обеспечивает себя земной пищей. Я не шучу. Мы занимаем первый этаж небольшого многоквартирного дома в районе, идиотски называемом Сахарным холмом. Условия подходящие: при дележе расходов на троих квартирка стоит нам по двадцать пять долларов с носа в месяц, что у нас в Гарлеме всего лишь чуточку выше недельной платы за комнату с "кухней". Я занимаю переднюю комнату, которая одновременно служит мне офисом, а простенькая, но важная надпись на моем окне указывает, что я лицензированный "ЧАСТНЫЙ СЛЕДОВАТЕЛЬ". И Олли и Рой моложе меня, и в конце недели наша квартирка наполняется девичьими голосами и грохотом музыки. Не подумайте, что я большой охотник до женщин: Сивиллой все мои способности - да и желания - иметь дело с девчонками исчерпываются.

Олли в то утро уехал на работу и, будучи фанатом бегов, оставил мне на столе шесть долларов с запиской, где просил меня сделать ставку на кобылу Смуглянку Сью. Накануне я поставил будильник на семь - вовсе не потому, что мне надо было рано вставать, а просто чтобы успеть перегнать свою машину с одной стороны улицу на противоположную - такая уж была у меня игра с местными полицейскими, которые установили в нашем квартале знак, запрещающий парковку на одной из сторон улицы по четным-нечетным дням. Я принял душ, выпил сок и кофе в компании Роя, потом после долгих поисков подыскал место для парковки на Амстердам-авеню, подумал было помыть "ягуар", но в конечном счете пришел к выводу, что ещё один денек можно потерпеть. Только не подумайте, будто я из тех пижонов, что каждую свободную минутку надраивают свои тачки и ухаживают за ними лучше, чем за своей персоной. Я остановился у кулинарии, купил молока и хлеба и сделал ставку за Олли. А потом, повинуясь какому-то внутреннему голосу, и сам поставил пару зеленых на новенькую лошадку. Эта кулинария всегда меня поражала тем, что хотя она служила только крышей для букмекерского синдиката, её хозяин, седой белый мужик, содержал её в идеальной чистоте и товару тут всегда было полным-полно, то есть его бизнес и впрямь процветал - я имею в виду кулинарный.