Бледнее бледного
Шрифт:
Чуть раньше – и получался большой пшик, после чего все приходилось начинать сначала…
Чуть позже – и снова воронка, и снова список пропавших без достоверных известий, – как это официально именовалось в рапортах королевской жандармерии.
Причем, если с силой обычно проблем не возникало – знай себе качай, если есть откуда, то с направлением… Для этого требовалось нечто особенное. И этим «особенным» на этот раз должно было послужить кольцо тик-палонга. Уж оно-то точно знало, из какого места под бескрайними небесами прибыла сюда Ришша, и лично, можно сказать, этому в свое время поспособствовало.
– Подожди, – мало, что Ришша отзывалась все тише, так и ответ пришел со значительным опозданием. – Ты слышишь меня?
– Да.
Долгая пауза была заполнена ленивым и монотонным шевелением тумана.
– Этот портал… Который ты ищешь…
– Да?
– Он в уложении отступника. Рядом с храмом Аи… Там площадь в виде звезды… Самый длинный луч ее как раз в него упирается… Четвертый камень от угла… Внутри…
– Найду. Спасибо… – отчего-то глаза у Осси стали немного влажными. Наверное, гадский туман все-таки умудрился найти лазейку и перебраться через рубиновый предел. – Найду… Ну, давай… соберись… Я начинаю, – и, не дожидаясь ответа, Осси качнула силы.
Чуть-чуть – на попробовать…
Получилось.
Прошло.
И никаких фатальных последствий это не имело.
И тогда леди Кай, набрав полную грудь свежего утреннего воздуха, взглянула в бездонное небо, которое прямо на глазах превращалось из хмурого предутреннего в нежно голубое, закрыла глаза и выплеснула себя в розовый туман.
Всю. До самого дна…
Глава одиннадцатая
Очнулась Осси, когда солнце уже давно перевалило за полдень и жить ему в этом небе оставалось уже всего – ничего.
Все тело горело, истерзанное тысячами холодных, как льдинки, иголочек, а руки и ноги затекли до такой степени, что не двигались вовсе. Где-то глубоко шевельнулась даже подленькая мыслишка, что Ришша, покидая этот мир, решила снова ее обездвижить. На прощание, так сказать, и шутки ради.
Но прошло немного времени, и все образовалось. Просто, за те полдня, что Осси провалялась в глубоком беспамятстве, никто так и не удосужился поворочать ее с боку на бок. Хотя, – в тень отволокли, и на том, как говорится, спасибо. А то – лежала бы сейчас у фонтана небольшой кучкой серого пепла и развеивалась бы потихонечку по ветру.
Осси подняла голову и глянула туда, где предположительно должна была быть рассеяна горстка ее праха.
Фонтан был на месте. Плиты тоже. Слегка, правда, постаревшие и потрескавшиеся, но это их ничуть не портило, а только добавляло колорита и ценности в глазах будущих исследователей.
А вот чего на пласе не было, так это – портала.
Ни следа.
Будто и не творилась тут ночью, замешанная на крови магия, и будто не было тут никогда заблудившейся в складках времени и мироздания ларонны. Будто привиделось все… В голодном и горячечном бреду.
Про голод Осси зря вспомнила. Хотя, как не вспомнить, когда это было единственным, что она чувствовала, кроме полного опустошения. И не известно, чего в ней сейчас больше было – бессилия и пустоты или сводящего с ума и жадно пожирающего эту самую пустоту голода.
Чтобы как-то отвлечься, а заодно и прийти в себя Осси принялась заново осматривать площадь. Все равно перед глазами ничего больше не было… За это небольшое время солнце чуть сдвинулось, и…
– Что это блестит там?
У фонтана на парапете действительно что-то лежало, и действительно блестело. Вчера еще ничего там не было, а сегодня – вот вам, нате, пожалуйста…
«Точно. Блестит», – подтвердила Хода.
– Сама вижу, что блестит. Я спрашиваю, что это?
«Не знаю. Не вижу отсюда. Подожди», – Хода метнулась к фонтану, прочертив в воздухе ядовито желтый дымный след, – пока леди Кай пребывала в беспамятстве, она, похоже, без устали трудилась над новым своим обликом.
Зависнув на мгновение у фонтана над колющей глаза искрой, Хода так же стремительно вернулась обратно.
«Ты не поверишь…»
– Поверю, – вполне серьезно пообещала Осси. – Мне так хреново, что я сейчас во все поверю. Тем более, тебе.
«Это – гребень».
– В смысле… ее гребень? – Сказать, что Осси была удивлена, это значит – не сказать вам ничего.
«Ее».
– А как же… – Осси попыталась представить себе ларонну без гребня, но у нее ничего не получилось. Закрыла глаза и попробовала еще раз – опять не получилось, настолько неразрывно они были связаны в ее сознании. – Я не понимаю…
«Я тоже… – задумчиво протянула Хода. – Хотя…»
– Что – хотя?
«Мне кажется… – Хода опять замолчала, прикидывая, видимо, различные варианты, а потом, придя, очевидно, к какому-то решению, продолжила, и на этот раз уже абсолютно уверенно: – Она его специально оставила… Точно, специально. Помнишь, говорила тебе, что в долгу не останется?»
– Ну?
«Вот и не осталась».
– Так это, что – подарок, что ли? И мне теперь, что – этот сувенир из Вуали на стену повесить?
«Ну, можешь, конечно и на стену… Но мне кажется, – ему применение и получше найти можно…»
– Ага, – ухмыльнулась Осси. – Буду им пакли свои расчесывать. Их правда лет сто растить надо, чтобы хоть чуть-чуть соответствовать… Ну, да мы ведь не торопимся. Теперь, когда у нас такая штука есть, что нам – сто лет подождать…
Интесса вздохнула и посмотрела на кота, который развалился на ступенях, подставив свое мертвое пузо, покрытое призрачной шерстью, последним лучам уходящего солнца.
– Мей, голубчик, принеси-ка мне это… – Осси мотнула головой в сторону блестящей штуки. – И спасибо тебе, родной, что меня сюда в тень приволок. И как бы я без тебя…
Выслушав эту густо концентрированную и ничем не прикрытую лесть, Мей чинно поднялся, встряхнулся и вразвалочку, по-хозяйски направился к фонтану. При этом он всем своим видом демонстрировал полное согласие с тем, что без него, действительно, – никуда, а вот с его помощью, как раз напротив – куда хочешь и в любое время.