Чтение онлайн

Торн смотрел на расширенные, безумно застывшие зрачки своей жены, на тонкие черты ее лица, изломанные страданием, и что-то похожее на жалость заставило его подняться и подойти к ней. Он положил руку на оголенное плечо, но Сю сбросила ее брезгливым движением:

— Не трогай меня! И не нужна мне твоя жалость! Почему ей не больно? Я хочу, чтобы ей было больно!

— О ком ты говоришь, Сю?

— О Джейн, конечно. Я била ее, щипала, засыпала глаза пудрой, ждала хотя бы стона — ничего! Что за чудище ты придумал?

Джейн была достойной представительницей женской модификации мими — экземпляр, специально изготовленный для Сю, — очаровательная, длинноногая блондинка с черными глазами, услужливая, безропотная, мастерица на все руки. Она обладала безупречным вкусом и тактом, помогала Сю ориентироваться в круговороте моды, сопровождала ее в путешествиях, как надежнейшая компаньонка. Единственное, что до сих пор вызывало у Сю недовольство, это неспособность Джейн пьянеть. Она пила столько, сколько предлагала ей хозяйка, но оставалась неизменно трезвой. Когда Сю потребовала от Торна, чтобы он как-нибудь усовершенствовал Джейн и заставил ее пьянеть, ему пришлось долго объяснять ей, почему это невозможно. Сю, разумеется, не дослушала, как и все, что он ей говорил, обругала его бездарностью и выгнала из комнаты вместе с Джейн. Но Джейн она потом вернула и, казалось, примирилась с ее недостатками.

И вдруг — новое, нелепое требование… Хотя почему нелепое?

Цепкий изобретательский гений Торна получил неожиданный стимул. «Почему бы действительно не сделать специальную серию мими, способных стонать от наносимых им ударов? Сколько в стране вот таких женщин и мужчин, которым нужна чужая боль для душевного равновесия?» Торн уже прикидывал схемы несложных механизмов, которые синхронизировали бы сигналы рецепторов с соответствующими голосовыми реакциями.

За последнее время авторитет Торна заметно пошатнулся. Боулз разговаривал с ним, не скрывая своего раздражения. Идея «мими-солдата» все еще оставалась далекой от воплощения. Выпуск диков и джейн, способных стонать, был бы очень кстати. Тут же сложилось и подходящее для них название: «мимидиз» — мими для издевательства.

— Прости меня, милая, мне нужно поработать, — сказал Торн и стал диктовать ДМ задание на технологическую разработку счастливой идеи. — Скоро ты получишь Джейн, которая возьмет на себя твою боль, — весело бросил он Сю. — Ты подала блестящую мысль. Спасибо, дорогая. — И снова повернулся к микрофонам думающих машин.

Сю, наверно, не расслышала его слов. Она увидела отставленный им бокал, потянулась к нему, осушила и бросила к ногам мужа.

Вскоре мощная рекламная машина возвестила о появлении «незаменимого средства для удовлетворения злобы и мести, для избавления от скуки и отчаяния, для воспитания характера, укрепления воли и решимости». Видные специалисты из числа психологов и социологов авансом выдали мимидизам восторженный отзыв, суливший их будущим владельцам значительное превосходство в жизненной борьбе над всеми, кто не сможет обзавестись этим чудом техники.

Поскольку новые мэшин-мены были обречены на уничтожение, цены на них установили очень высокие. Но уже в первый месяц было продано свыше пятидесяти тысяч штук. В самых фешенебельных домах принялись избивать и мучить мимидизов. Как и предсказывал ученый совет корпорации, люди, занявшись избиением, уже не могли оторваться от своих жертв, пока не превращали их в груду изломанных, чуть хрипящих обломков. Взамен уничтоженного мимидиза потребитель немедленно покупал новый, — слишком сильным оказывалось окрепшее желание бить и ломать.

Короткий срок эксплуатации производимой продукции, казалось бы, должен был обеспечить фирме неуклонный рост доходов. Но первые серии мимидизов были еще очень далеки от совершенства. Миловидные девушки и юноши так охотно позволяли своим владельцам избивать себя, так покорно подставляли под удары любую часть тела, что удовольствие быстро притуплялось, а потом и вовсе пропадало. Раздражало еще и то, что мимидизы обоего пола, хотя и стонали, имитируя реакцию на боль, но не разрешали себе ни словом, ни жестом, ни гримасой выразить протест.

Спрос на мимидизы стал падать так же стремительно, как он поднимался в первые дни бума.

Психологи быстро разобрались в причинах неудачи и выдали рекомендации, основанные на глубоком знании человеческой натуры. Прежде всего была изменена структура кожного покрова мимидизов. Он приобрел свойство менять окраску в зависимости от полученной травмы. Коренным образом был переделан голосовой аппарат. Оснащенный обратной связью с каждой частицей тела, он синхронно отвечал на удар звуками широкого диапазона — от тихого стона до душераздирающего вопля.

Помимо этих усовершенствований новые мимидизы были оборудованы механизмом пассивного сопротивления. Они могли прикрывать лицо и все другое от ударов, отмахиваться, убегать. А по специальному заказу их сопротивляемость приобретала и активный характер — они умели отбиваться, чем поощряли владельцев к более длительному избиению. Правда, при этом пришлось свести к минимуму интеллектуальный потенциал мими. Кроме избиения, он ни на что больше не годился. Но от них ничего другого и не требовалось.

Эффект модернизации превзошел все расчеты. Из окон квартир первой категории днем и ночью неслись душераздирающие крики о помощи. Но теперь это не беспокоило даже полицию. Отличить вопли мимидиза от стенаний живых людей не было никакой возможности.

Комиссия специалистов по психике малолетних разработала проект мимидизов для детского возраста — куколок, заек, собачек. По мнению некоторых педологов, такие игрушки помогли бы воспитать поколение мужественных «защитников демократии», которым будут неведомы пороки сентиментальности, благодушия, сострадания.

Родители бросились в магазины, и новые цехи заработали на полную мощность.

Многие ученые выступили с протестами против новой продукции «Мэшин-мен компани». Они доказывали, что мимидизы одинаково вредны и для взрослых и для детей, что они приведут ко многим бедам. Но другие, не менее авторитетные психоаналитики, располагая неограниченным телевизионным временем, высмеивали своих коллег и так же, даже еще более убедительно, доказывали благотворность «мимидизного феномена».

Хотя кампания либеральных критиканов провалилась, ученый совет корпорации почерпнул из нее кое-что полезное для бизнеса. Торн предложил выпускать параллельно с мимидизами новую модификацию бытового мими под названием «мими-друг». Рекламная строка гласила: «Если хотите иметь верного и вечного компаньона, купите мими-друга».