Битва за Форготт
Шрифт:
За такое короткое время обучить бойцов всему было просто невозможно, их просто не сравнить с бойцами его Легиона и даже янычарами, но Мартин надеялся что простейших приемов в местной лесной войне хватит чтобы победить. В конце концов им будут противостоять совсем уж необученные люди привыкшие действовать независимо, без какой бы то ни было тактики.
За прошедшее время Флокхарт выудил некоторые сведения об этом мире и в частности о способах ведения боевых действий. Как оказалось кланы довольно часто конфликтовали между собой споря за охотничьи угодья (ну прямо как гоблины и орки в северных пределах!). Если договориться не удавалось кланы собирали воинов. Редко когда их количество превышало сотню с той и другой стороны, и устраивали небольшую битву.
Часто практиковался поединок «воля богов». Чтобы не терять лишних воинов, то бишь охотников и мужей, с каждой стороны выставлялся лучший воин, или группа воинов до пяти человек, и они решали кто сильнее. Победившая сторона становилась правой, проигравшая – виноватой и отходила, оставляя победителям спорные территории. Хотя поединок «воли богов» все же мог перерасти в общую бойню когда клан потерпевший поражения все же не соглашался с результатами поединка.
Но если «бунтовщик» проигрывал его казнили собственные же воины, как ослушавшегося воли богов. А если побеждал, что ж, старая истина верна – победителей не судят.
– Отря-яд, смирно! – скомандовал Мартин Флокхарт когда вызванный вождь стал выходить их своего дома для проведения смотра.
Бойцы выпрямились в струнку, держа щит в левой руке, а копье в правой. На поясе у каждого болталась палица и приторочен каменный нож. За спиной лук с колчаном стрел.
Позади солдат столпились жители не только центрального поселка, но и представители семейных деревень. Все они знали о предстоящем событии. Это несколько смущало Флокхарта, так как противник тоже мог узнать о приготовлениях раньше положенного и тоже в свою очередь подготовиться.
Латту Могучий вышел из своего домика сам щеголяя в новых ореховых доспехах. Надо сказать что и чужеземцы остались в местных латах. Трилист не хотел менять отличный стальной доспех на какую-то скорлупу, но командир настоял и ему пришлось подчиниться.
– Они должны считать нас своими и полностью подчиняться нашим приказам. А если мы будем выглядеть инородными телами в их массе, то повиновения ждать не приходится, – говорил своим друзьям Флокхарт. – Достаточно того что у нас наши мечи…
– Без них я бы точно отказался участвовать в этой авантюре, – буркнул Трилист.
Вождь медленно оглядел своих воинов и улыбка на его лице кажется помимо его воли становилась все шире. Грудь еще больше подавалась вперед, руки подперли бока, подбородок взлетал все выше.
«В общем, чувствует себя великим завоевателем, – пришел к выводу Флокхарт. – Не мешало бы сбить с него эту спесь, чтобы не переоценил собственных возможностей… но это потом. Сейчас он и должен чувствовать себя точно невесомая пушинка от блистательных перспектив».
– Приветствую вождь! – вскинул правую руку Флокхарт. – Солдаты клана Д-Амерт приветствуют тебя!
– Виват! – в подтверждение слов Марина хором грохнул отряд лесных легионеров вскинув вверх лес копий.
– Ваш вождь приветствует вас, мои воины, – растрогался Латту Могучий.
Позади вождя появилась его жена, как узнал Флокхарт ее зовут Милани. Ее губы растянулись в улыбке, хотя лицо оставалось каким-то не живым, точно маска. Мартин вновь задумался над тем почему она так реагирует. Но для выяснения этого вопроса требовалось больше информации и времени чтобы ее раздобыть, а как раз последнего у него и не было в связи с постоянными тренировками.
Вождь тем временем прошелся вдоль своих воинов и вновь вернулся на подиум перед своим домом дабы иметь возможность созерцать всех сразу и чтобы воины могли видеть его отовсюду.
Рядом с вождем встал клановый шаман. Мужичок в шкурах посохом в руке и закрытым лицом различными висюльками из косточек, палочек и чем-то еще. В общем лесной шаман этих людей мало чем отличался от гоблинских шаманов с коими Мартин и его друзья уже имели дело.
Флокхарт знал, что последние пару дней Латту Могучий провел в хижине шамана. Оттуда валил густой дым способный их обнаружить разведчицам амазонок, и слышались ритмичные бормотания. На вопрос Флокхарта что происходит, один из воинов объяснил ему что вождь беседует с духами предков. О чем он беседует догадаться труда не составило.
– Наверняка спрашивает у почивших предков, стоит ли ему начинать завоевательный поход. – Высказал предположение Глазастый и с ним все согласились. Именно духи являлись посредниками между миром живых и богами.
Сияющая точно начищенное блюдо рожа вождя и стоящий рядом с ним шаман, который вообще редко когда покидал свое убежище (кажется он даже нужду там справлял), говорило о том что духи не имели ничего против того чтобы клан Д-Амерт стал верховным, о чем и поспешил объявить Латту Могучий:
– Люди клана Д-Амерт! Я разговаривал с духами предков и они поведали мне что боги одобряют объявление войны всем кто не пожелает присоединиться к объединительному походу и стать частью единого царства! Почтенный Оббар подтвердит мои слова!
Шаман видимо находясь сейчас где-то не здесь пробубнил что-то невнятное махая руками и посохом из стороны в сторону, но тон был одобрительным и жители радостно закричали.
– Завтра же мы отправляемся в поход дабы без лишнего промедления выполнить вою богов! – продолжил вождь.
«Да, заставлять богов ждать нельзя», – усмехнулся Флокхарт.
Хотя сам в свободные минуты подталкивал вождя к тому что дело по объединению кланов следует начать как можно раньше чтобы вероятный противник не успел подготовиться и собрать союзников для противодействия воле богов. Впрочем, уговорить вождя удалось без проблем, он и сам рвался в бой.
– А сегодня – пир!
«А куда ж без него…» – снова подумал Мартин, но уже с оттенком грусти, готовясь к тому, что сегодня ему придется напиться до свинского состояния, а потом целый день чувствовать себя разбитым корытом.