Чтение онлайн

Я готов был ответить «да», но Ведьмак покачал головой и поднялся.

— Нет, отец, этому парню нельзя доверять готовку. Мне приходилось пробовать его стряпню, и, поверь, желудок до сих пор ее помнит!

Я улыбнулся, но протестовать не стал. Пока Ведьмак занимался колбасками, отец Стокс на одной сковородке жарил толстый кусок ветчины с луком, а на другой — большой омлет с сыром, который постепенно затягивался золотистой корочкой.

Они трудились, а я сидел за столом, мучаясь одновременно жутким голодом и чувством вины. От запахов во рту скопилась слюна, однако даже в этот момент тревога за Элли, Джека и Мэри не утихала. Как они там? У ж точно не завтракают деликатесами. И об Алисе я беспокоился. В какой-то степени я рассчитывал, что она встретит нас в Даунхеме с новостями. Оставалось надеяться, что ничего плохого с ней не приключилось.

— Ну, юный Том, — заговорил отец Стокс, — можешь немного помочь, не рискуя сильно навредить желудку хозяина. Намажь хлеб маслом, полное блюдо бутербродов!

Я так и сделал. Не успел я закончить, как на столе появились три подогретые тарелки с ветчиной, колбасками и большими кусками омлета.

— Как добрались из Чипендена? — спросил отец Стокс, когда все набросились на еду.

— Не жалуюсь, но с нашего последнего разговора дела приняли совсем скверный оборот, — ответил Ведьмак.

Пока мы завтракали, хозяин поведал священнику о набеге на ферму и похищении. Не забыл он и о том, что до нас на Пендл отправилась Алиса. К концу рассказа тарелки опустели.

— Ужасные новости, Том. — Отец Стокс положил руку мне на плечо. — Я помяну твоих родных в молитвах…

От этих слов ледяной холод побежал по спине — он говорил о них, словно о покойниках. В любом случае, какой толк в молитвах? Мы и так задержались, нужно как можно скорее приступать к поискам. Я почувствовал, как вспыхнуло лицо — верный признак, что внутри вскипает гнев. Только из вежливости я прикусил язык. Пусть папа умер, но он недаром учил меня хорошим манерам.

Казалось, отец Стокс прочел мои мысли.

— Том, не надо так волноваться, — мягко сказал он. — Мы все исправим. Небеса благоволят тем, кто помогает себе сам, я глубоко в это верю. И сделаю все, что в моих силах. Может, уже сегодня появится и юная Алиса с новостями.

— А я-то надеялся, что она уже здесь.

— И я тоже, я тоже, — заметил Ведьмак тоном, от которого внутри снова вспыхнул гнев. — Будем думать, что она не ввязалась во что-нибудь дурное…

— Несправедливо так говорить после всего, что она сделала! — взорвался я. — Даже просто находясь здесь, Алиса рискует жизнью.

— Как и все мы, — добавил Ведьмак. — Послушай, парень, я не хочу быть суровым с девочкой, но Пендл — самое большое искушение, с каким она когда-либо сталкивалась. Не уверен, что стоило отпускать ее одну. То, что мы собой представляем, уходит корнями к нашим предкам, а предки Алисы — ведьмы. И если она снова прибьется к родне, может произойти все, что угодно!

— Судя по тому, что вы рассказывали о ней, Джон, есть основания для оптимизма, — вмешался отец Стокс. — Может, и не все мы верим в Бога, но почему бы нам не верить в людей? Скорее всего, сейчас она на пути сюда. Не исключено, что я встречу ее.

Внезапно священник вырос в моих глазах. Он прав, Ведьмаку следовало больше верить в Алису.

— Я, пожалуй, пойду попытаюсь что-нибудь выведать, — сказал отец Стокс. — В этой деревне есть еще добрые люди, которые не откажутся помочь ни в чем не повинной семье. Попомните мои слова — к вечеру я узнаю, где держат Джека и Элли. Однако прежде еще кое-чем вам помогу.

Он отошел от стола и вернулся с пером, бумагой и бутылочкой чернил; затем отодвинул тарелки, откупорил склянку, сунул в нее перо и начал рисовать. Спустя несколько мгновений до меня дошло, что он чертит карту.

— Ну, Том, уверен: перед выходом ты хорошенько изучил карты округа из собрания хозяина… Конечно, не забыв их потом аккуратно сложить. — Отец Стокс, не отрываясь от листа, с улыбкой посмотрел на Ведьмака. — И все же этот скромный набросок поможет лучше понять, что где находится.

Рисовал он не дольше двух минут и, дописав названия, подвинул карту ко мне.

— Понимаешь, что это? — спросил он.

Спустя несколько мгновений я кивнул: священник схематично обозначил холм Пендл и основные деревни.

— Даунхем, к северу от холма, самое спокойное место в окрестностях Пендла… — пояснил он.

— Я говорил парню по пути сюда, — перебил Ведьмак, — что это твоя заслуга, отец. Спасибо за то, что мы находимся тут в относительной безопасности и можем работать.

— Нет, Джон, я бы не спал ночами, если бы согласился с тобой. Да, я стараюсь держать тьму на расстоянии, но, как тебе известно, главная опасность всегда располагалась к юго-востоку от холма. Поэтому, направляясь отсюда на юг, лучше обойти Пендл с запада, оставить его слева. Конечно, скала Клин-Рок — вон, на юго-западе — тоже страшное место. Там ведьмы проводят жертвоприношения. Но, Том, видишь эти три деревни? Можешь разобрать названия?

— По-моему, да, — ответил я, но для пущей уверенности прочел вслух: — Бейли, Роули и Голдшоу-Бут. Алиса рассказывала о них. В каждой живут ведьмы одного клана.

— Правильно, Том, и вот тут, не очень далеко от Голдшоу-Бут, у западной границы Вороньего леса, крепость Малкин. Я сам называю этот участок Дьявольским треугольником, потому что именно здесь хозяйничает дьявол. И уверен, где-то внутри треугольника, ограниченного тремя деревнями, найдется твой брат и его семья. А где именно, зависит от того, какой клан их захватил.

— А что за Ведьмовская лощина? — спросил я, указав на крестик к северу от Бейли.

— Ведьмовская лощина? — вскинул брови Ведьмак. — И для меня что-то новенькое!

— Это, Джон, тоже мое собственное название еще одного опасного места. С твоего последнего визита ситуация изменилась к худшему. Лощина стала пристанищем мертвых ведьм. Одни сбежали из своих неосвященных могил; других родственники после смерти просто бросили там. Днем колдуньи обычно спят, зарывшись в почву под деревьями, но ночью отправляются на охоту за теплой кровью. Поэтому после захода солнца даже устроившимся там на ночлег птицам угрожает опасность. Местные знают это и держатся от лощины подальше. И все равно каждый год пропадает несколько бедных душ. Две-три ведьмы очень сильны и способны отходить от логова на несколько миль. Другие, по счастью, не удаляются на расстояние больше нескольких шагов.