Чтение онлайн

— Твой брат потерял свое королевство, — сказал Брану Уолдер Малый. — Ты теперь не принц, а только заложник.

— Ты тоже, — сказал Жойен, — и я, и мы все.

— Тебя, лягушонок, никто не спрашивал.

Один островитянин пошел впереди с факелом, но дождь, зарядивший снова, скоро погасил огонь. Идя через двор, они слышали, как воют лютоволки в богороще. Бран надеялся, что Лето не слишком пострадал, упав с дерева.

Теон Грейджой сидел на высоком месте Старков. Плащ он снял. Поверх его тонкой кольчуги был надет черный камзол с золотым кракеном его дома. Руки лежали на волчьих головах, вырезанных на конце широких каменных подлокотников.

— Теон сидит на месте Робба, — сказал Рикон.

— Тихо, Рикон. — Бран чувствовал вокруг угрозу, но брат был для этого слишком мал. Горело несколько факелов, и в большом очаге тлел огонь, но основная часть зала тонула во мраке. Скамьи составили у стен — сесть было негде, и обитатели замка стояли кучками, не смея переговариваться. Бран видел старую Нэн, открывавшую и закрывавшую беззубый рот. Хэйхеда поддерживали двое других стражников — его голую грудь обматывала окровавленная повязка. Рябой Том безутешно рыдал, Бет Кассель тихо плакала от страха.

— Это еще кто такие? — спросил Теон, указав на Ридов и Фреев.

— Это воспитанники леди Кейтилин — их обоих зовут Уолдер Фрей, — объяснил мейстер Лювин. — А это Жойен Рид и его сестра Мира — дети Хоуленда Рида из Сероводья. Они приехали, чтобы заново присягнуть Винтерфеллу.

— Другой бы сказал, не ко времени, а по мне — в самый раз. — Теон встал со своего места. — Раз приехали, тут и останутся. Лоррен, давай сюда принца. — Чернобородый плюхнул Брана на каменное сиденье, словно мешок с овсом.

Людей продолжали сгонять в Великий Чертог, подгоняя их копьями и криками. Гейдж и Оша явились с кухни все в муке — они замешивали хлеб на утро. Миккена тащили волоком, а он ругался. Прихрамывающий Фарлен поддерживал Паллу — платье на ней разодрали надвое, она зажимала его в кулаке и шла так, будто ей было больно. Септон Шейли бросился им на помощь, но один из островитян повалил его на пол.

Последним, кто вошел в дверь, был пленный Вонючка — ядреный запах опережал его, и Брана замутило.

— Этот был заперт в башне, — доложил конвоир, рыжий безусый парень, весь мокрый — несомненно, один из тех, кто переплывал ров. — Говорит, что звать его Вонючка.

— С чего бы это? — улыбнулся Теон. — Ты всегда так пахнешь, или только что полюбился со свиньей?

— Я ни с кем не любился с той поры, как меня взяли, милорд. Вообще-то меня зовут Хеке. Я служил Бастарду из Дредфорта, пока Старки не угостили его стрелой в спину вместо свадебного подарка.

Теона это, похоже, развеселило.

— И на ком же он женился?

— На вдове Хорнвуда, милорд.

— На этой старухе? Ослеп он, что ли? У нее титьки как пустые бурдюки, сухие и сморщенные.

— Так он не ради титек ее взял, милорд.

Островитяне закрыли высокие двери в дальнем конце. С высокого сиденья Бран насчитал их около двадцати. Теон, наверное, оставил стражу у ворот и оружейни, но все равно их никак не может быть больше тридцати.

Теон вскинул руки, призывая к тишине:

— Вы все меня знаете…

— Еще бы тебя не знать, дерьма мешок! — крикнул Миккен, но лысый двинул его концом копья в живот и ударил древком в лицо. Кузнец рухнул на колени и выплюнул выбитый зуб.

— Миккен, молчи. — Бран старался говорить сурово и важно, как Робб, когда командует, но голос подвел его, и он сорвался на писк.

— Слушайся своего маленького лорда, Миккен, — сказал Теон. — У него разума побольше, чем у тебя.

Хороший лорд защищает своих людей, напомнил себе Бран и объявил:

— Я сдал Винтерфелл Теону.

— Громче, Бран. И называй меня принцем.

— Я сдал Винтерфелл принцу Теону, — повысил голос Бран. — Вы все должны делать то, что он приказывает.

— Да будь я проклят, если стану его слушаться! — взревел Миккен.

Теон сделал вид, что не слышит.

— Мой отец возложил на себя древнюю корону соли и камня и провозгласил себя королем Железных островов. По праву завоевателя он требует себе также и Север. Вы все — его подданные.

— Да пошел ты. — Миккен вытер окровавленный рот. — Я служу Старкам, а не каким-нибудь поганым спрутам… а-а… — Тупой конец копья сбил его на каменный пол.

— Известно, что у кузнеца руки сильные, а голова слабая, — заметил Теон. — Но если вы все будете служить мне столь же преданно, как Неду Старку, то найдете во мне лорда настолько великодушного, как только можете пожелать.

Миккен привстал на четвереньки, выплюнув кровь. Пожалуйста, не надо, мысленно взмолился Бран, но кузнец уже крикнул:

— Если ты думаешь, что сможешь удержать Север с твоей жалкой…

Лысый вогнал острие копья Миккену в затылок. Сталь пробила шею и вышла из горла с потоком крови. Закричала какая-то женщина, а Мира обхватила руками Рикона. «Он утонул в крови, — подумал Бран. — В собственной крови».

— Кто еще хочет высказаться? — спросил Теон Грейджой.

— Ходор-Ходор-Ходор, — завопил конюх, выпучив глаза.

— Заткните-ка этого полудурка.

Двое островитян начали бить Ходора концами копий, и он опустился на пол, прикрываясь руками.

— Я буду вам лордом не хуже, чем был Эддард Старк. — Теон поднял голос, чтобы перекрыть удары дерева по телу. — Но тот, кто предаст меня, горько пожалеет. И не думайте, что люди, которых вы видите здесь, — это все мое войско. Торрхенов Удел и Темнолесье тоже скоро будут нашими, а мой дядя, поднявшись по Соленому Копью, захватит Ров Кейлин. Пусть Робб Старк правит на Трезубце, если отобьется от Ланнистеров, — Север отныне принадлежит дому Грейджоев.