Чтение онлайн

– Ладью ты можешь назвать моим именем, – сказала она, умолчав об остальном. – Ведь это я ее строила.

– Ее строил Сигрин – корабельный мастер моего лорда-отца.

– И мой муж. Я Эсгред, дочь Амброда.

Теон не знал, что у Амброда есть дочь, а у Сигрина жена… но с молодым корабельщиком он виделся только раз, а старого и вовсе не помнил.

– Ты ему не пара.

– А вот Сигрин сказал мне, что этот славный корабль – не пара тебе.

– Так ты знаешь, кто я? – насторожился Теон.

– Принц Теон из дома Грейджоев, кто же еще? Скажи правду, милорд, – что ты думаешь о ней, о своей новой женщине? Сигрину любопытно будет узнать.

Ладья была такая новенькая, что от нее еще пахло смолой. Завтра дядя Эйерон освятит ее, но Теон нарочно приехал из Пайка, чтобы посмотреть на нее до того, как ее спустят на воду. Не такая большая, как отцовский «Великий кракен» или «Железная победа» дяди Виктариона, она тем не менее казалась ладной и быстрой даже в своей деревянной колыбели. Черная и стройная, ста футов длиной, с единственной высокой мачтой, пятьюдесятью длинными веслами и палубой, где хватит места для ста человек, – а на носу большой железный таран в форме наконечника стрелы.

– Сигрин сослужил мне хорошую службу – если она так же быстра, как кажется.

– Еще быстрее – если попадет в руки мастера.

– Вот уж несколько лет, как я не плавал на кораблях. – (И никогда не водил их, по правде сказать.) – Но я Грейджой и родом с островов – море у меня в крови.

– А кровь твоя скоро будет в море, потому что моряк из тебя аховый.

– Я не причиню вреда столь прекрасной деве.

– Прекрасной деве? – засмеялась женщина. – Она морская сука, вот она кто.

– Так я ее и назову. «Морская сука».

Это развеселило ее, и в темных глазах зажглись огоньки.

– Ты обещал назвать ее в мою честь, – упрекнула она.

– Обещал. – Он поймал ее руку. – Окажи мне услугу, миледи. В зеленых землях верят, что беременная женщина приносит удачу мужчине, который с ней спит.

– Что в зеленых землях могут знать о кораблях? Или о женщинах, если уж на то пошло? Мне сдается, ты сам это выдумал.

– Если я признаюсь, ты не утратишь любви ко мне?

– Не утрачу? Да разве я тебя любила?

– Нет – но я пытаюсь исправить этот ущерб, милая Эсгред. На ветру холодно. Пойдем ко мне на корабль и позволь мне согреть тебя. Завтра мой дядя Эйерон польет ее нос морской водой и прочтет молитву Утонувшему Богу, но я предпочитаю освятить ее молоком моих и твоих чресл.

– Утонувшему Богу это может не понравиться.

– Пропади он совсем, Утонувший Бог. Если он будет нам докучать, я утоплю его снова. Через две недели мы отплываем на войну. Неужели ты отпустишь меня в бой потерявшим сон от желания?

– Запросто.

– Жестокая. Я хорошо назвал свой корабль. Если я, доведенный до отчаяния, ненароком направлю его на скалы, вини в этом себя.

– Чем будешь править – им? – Эсгред снова коснулась его мужского естества, улыбнувшись железной твердости мышцы.

– Поедем со мной в Пайк, – сказал он внезапно и подумал: «Что-то скажет на это лорд Бейлон? Впрочем, какое мне дело. Я взрослый мужчина, и если я привожу с собой женщину, это касается только меня».

– А что я там буду делать? – спросила она, не убирая руки.

– Отец дает вечером пир своим капитанам. – Он задавал такие пиры каждую ночь в ожидании тех, кто еще не явился, но ей это знать было не обязательно.

– Ты и меня сделаешь своим капитаном на эту ночь, милорд принц? – Он еще ни у одной женщины не видел такой ехидной улыбки.

– Охотно – если ты благополучно введешь меня в гавань.

– Ну что ж, я знаю, каким концом макать в море весло, а с веревками и узлами никто лучше меня не управляется. – Свободной рукой она распустила завязки его бриджей и с усмешкой отступила назад. – Жаль, что я замужем и к тому же с ребенком.

Теон торопливо завязал тесемки.

– Мне пора обратно в замок. Если ты не поедешь со мной, я собьюсь с дороги от горя, и острова лишатся главного своего украшения.

– Этого я не могу допустить… но у меня нет лошади, милорд.

– Ты можешь взять лошадь моего оруженосца.

– Значит, бедный оруженосец пойдет в Пайк пешком?

– Тогда поедем вдвоем на моей.

– Тебе того и хотелось, да? – Снова эта улыбочка. – Где же ты меня посадишь – впереди или позади?

– Где захочешь.

– Я хочу сверху.

Где же эта женщина была всю его жизнь?

– В чертоге моего отца темно и сыро. Нужна Эсгред, чтобы огонь горел поярче.

– У молодого лорда медовый язык.

– Разве мы не с этого начинали?

– Этим и закончим. – Она вскинула руки вверх. – Эсгред твоя, прекрасный принц. Вези меня в свой замок – я хочу увидеть его гордые башни, встающие из моря.

– Я оставил коня в гостинице. Пойдем. – Они вместе зашагали по берегу, и когда Теон взял ее за руку, она не отстранилась. Ему нравилась ее походка – смелая, упругая, чуть вразвалку, – видно, она и в постели такая же бедовая.

В Лордпорте было людно, как никогда, – его наполняли команды с кораблей, стоящих у берега или на якоре за волнорезом. Железные Люди нечасто сгибают колено, но Теон заметил, что и гребцы, и горожане присмиревают при виде их и кланяются вслед. «Наконец-то они стали меня узнавать – да и пора бы».

Лорд Гудбразер подошел прошлой ночью со своими основными силами – около сорока ладей. Его люди кишели повсюду, приметные в своих полосатых кушаках из козьей шерсти. В гостинице говорили, что эти безусые мальчишки из Большого Вика так заездили шлюх Оттера Хромоногого, что те ходят враскоряку. Пусть себе ребята забавляются. Более рябых и гнусных баб Теон еще не видывал. Теперешняя его спутница ему куда больше по вкусу. То, что она замужем за отцовским корабельщиком и носит ребенка, придавало ей еще больше остроты.