Чтение онлайн

Но куда как лучше во власти жажды идти по улицам города, следуя лишь за запахом чистой крови, повинуясь чутью. В темноте или при свете солнца пить кровь человека, не успевшего даже вздрогнуть от твоего появления, ощутившего лишь тень страха. Тогда кровь кажется раскаленной, пылает, и каждый глоток -- радость.

И никому из людей не понять этого, -- им неведома жажда.

Гребцы подошли к кромке прибоя, готовились поднимать кувшины на борт.

– - Погадай и мне, женщина, -- раздался за спиной голос Син-Намму, и почти тут же жрица ответила:

– - Нет!

Лабарту обернулся.

– - Слишком мало ты чтишь моего бога, -- продолжала старуха.
– - Просишь о гадании, а поднес ли дары?

Син-Намму нахмурился, скрестил руки на груди.

– - Рабу гадала, а мне не станешь? Мы взяли тебя с собой -- вот наш дар Властелину Вод.

Старуха рассмеялась сухим ломким смехом.

– - Ты ли старший надо всеми? Нет! Я взгляну на ладони того, кто повелевает тобой!

Она повернулась и указала на Лабарту.

Но разве трудно понять, кто здесь господин? Длинные одежды, ниспадающие до земли, серебряные украшения, длинные распущенные волосы -- никто не смог бы принять Лабарту за раба или слугу. И печать на поясе, цилиндрическая, вырезанная из яшмы, -- вот главный признак свободы и власти.

Он подошел и поклонился, стараясь не смотреть ей в глаза. Кто знает, что сможет увидеть жрица Энки? Безумной старухе не поверят, но...

– - Моя судьба была стерта и начерчена заново, -- сказал он.
– - Читать ее -- нет толку.

– - Не тебе судить об этом, -- строго ответила старуха и взяла его за запястье.

Лабарту молча смотрел, как она щурится, водит узловатым пальцем по ладони. Син-Намму стоял у нее за спиной, ждал.

– - Твоя линия жизни прервана пять раз, -- наконец, заговорила жрица.
– - Такого я никогда не видела прежде. Но линия длинная и сильная, двойная. Не бойся, смерть далека.
– - Старуха замокла на миг, а потом продолжила: -- А вот торговлей ты занялся зря.

Лабарту не смог сдержать усмешку, и старуха взглянула на него, словно на неразумного ребенка.

– - Зря смеешься. Вот линия твоей славы, прямая, как стрела. Покровители твои -- Уту, Энки и Инанна. Их помощи ищи и будешь счастлив.

Лабарту прижал руку к сердцу и поклонился.

Были дни, когда я просил и умолял богов. Вот что хотел он сказать. Всех, каких мог вспомнить. Но не услышал ответа.

Но вслух сказал лишь:

– - Благодарю, госпожа.

И пошел прочь. Она же крикнула вслед:

– - Не печалься, ты еще молод! Еще встретишь то, что суждено тебе судьбой!

3.

Этой ночью он проснулся от жажды. Сердце колотилось в груди, обдавая то холодом, то жаром.

Лабарту сел, пытаясь успокоить дыхание и поймать обрывки ускользающего сна.

Огонь... Во сне было тепло.

Во сне горел костер, в степи, под звездном небом. Во сне Лабарту лежал, и в объятиях у него была девушка, дитя его сердца. Ветер шуршал в траве, и в воздухе плыл запах весны.

Отчего же теперь так тяжело и пусто? Только ли от жажды, или от того, что в этом сне посреди степи обнимал он не Ашакку, а Кэри?

Лабарту встал и вышел из-под навеса. Парус был поднят, попутный ветер неспешно вел корабль вдоль темного берега. Гребцы спали, лишь двое бодрствовали возле мачты, да один -- на корме, у рулевого весла.

И жертвы мои, должно быть, спят. Что ж, кто из них проснется первым, тот и поделится своей кровью.

Он не успел сделать и пары шагов. Тень поднялась навстречу. Женщина, пытающаяся во тьме встретиться с ним взглядом. Огонь в ее жилах сиял ярче звезд, ослеплял и звал.

– - Я знала, что господин мой придет за мной, -- прошептала Нидинту.

Лабарту молча взял ее за руку и увел за занавесь. И там понял, что Илку сказал правду -- кровь рабыни и впрямь была чище утренней росы. Лабарту пил, пока не вспомнил, что надо остановиться.

Нидинту улыбнулась в темноте и прошептала слова благодарности. Голос ее шелестел еле слышно. Сможет ли встать, сделать хоть пару шагов? Едва ли -- Лабарту видел, как ослабело ее тело.

Но все же я выпил не слишком много. Она будет жить.

– - Останься здесь, -- сказал он.
– - Никто не удивится, что ты провела со мной ночь, никто не заподозрит истину.

Не дожидаясь ответа, лег и закрыл глаза.

Если потоп и впрямь захлестнет землю, пусть даже краем своим не заденет Ашакку.

Так подумал, а к кому обращался -- не знал и сам.

Глава шестая

Благословенная земля

1.

– - Непорочна страна Дильмун, чиста страна Дильмун, священна страна Дильмун...

Едва сойдя с корабля, жрица простерлась на пристани. И теперь все еще лежала в пыли, громко повторяя слова гимна, а мимо сновали рабы, перетаскивали тюки с товаром. Обрывки славословий тонули в портовом гомоне, плеске волн и криках чаек.

Лабарту запрокинул голову.

Осень еще не пришла сюда. Небо было по прежнему безоблачным, а утреннее солнце -- жарким, словно расплавленный металл. Сам того не замечая, Лабарту улыбнулся и прижал руку к груди. Сердце горело, и кровь, казалось, обратилась в свет.

Может и впрямь -- благословенная земля? Такое солнце, что странно даже думать о жажде...

– - Пусть Уту даст тебе сладкую воду!
– - Старуха медленно, с трудом, поднялась с земли, но все не умолкала, и голос ее звучал с прежним надрывом.
– - Пусть напоит тебя из подземных источников вод! Пусть не знает Дильмун ни в чем недостатка, пусть живет в блаженстве и счастье...