Шрифт:
1
Кристина с детства боялась летать на самолетах, но понимала, что на этот раз ей никак не отвертеться.
Погруженная в свои мысли, она рассеянно смотрела в окно, не замечая ни синевы утреннего неба, ни щедрых красок лета. Она чувствовала себя беспомощной и потерянной.
Но пора было действовать... Девушка неохотно встала, вынесла на крыльцо небольшой чемодан с вещами, аккуратно заперла дверь и бросила прощальный взгляд на маленький домик, который служил ей пристанищем последние годы, еще не подозревая, что видит его в последний раз.
Домик окружали цветущие кустарники, создавая впечатление сельской идиллии. Кристина вздохнула. Как она была счастлива переехать сюда из комнатушки в подозрительном районе Найроби! Кажется, это было только вчера.
В такой ранний час улочка была почти пуста.
Девушка невольно обратила внимание на машину, стоящую неподалеку от дома. Тонированные стекла фургона были заляпаны грязью, хотя стояла сухая погода. Она вспомнила, что уже не раз видела этот автомобиль на своей улице, но тут же забыла о нем, так как ее занимали другие проблемы.
Если бы кто-то сказал избалованной и взбалмошной девчонке, какой Кристина была четыре года назад, что ей придется считать каждую копейку, заработанную нелегким трудом, она бы не поверила. Что она знала о жизни тогда? Раньше при упоминании о Кении перед ее глазами вставали картины девственной африканской природы, а теперь, стоит только закрыть глаза, как к ней тянутся крошечные ручки, просящие милостыню, и душу разрывают печальные взрослые глаза пятилетних крох...
Увидев, что к дому подъезжает заказанное такси, Кристина, уже не оглядываясь больше, подхватила чемодан и направилась к машине. Через несколько секунд такси тронулось, увозя ее из этих мест, от жизни, полной забот и печали. Кристина отсутствующим взглядом смотрела на знакомые улочки, мелькающие за окном такси. Вскоре их сменили широкие проспекты центральных районов столицы.
Девушка убеждала себя, что так нервничать глупо. Не первый раз ей предстояло перелетать через океан. Побывать на родине... Почему бы и нет? Да и задача, стоявшая перед ней, была не такой уж трудной. Правда, дело осложнялось тем, что от того, насколько правильно она себя поведет, зависело благополучие многих людей.
Занятая своими мыслями и переживаниями, Кристина не замечала, что машина с тонированными стеклами неотрывно следует за такси, не отставая даже в многочисленных пробках, которые давно стали бичом многонаселенного города. Мысли девушки были заняты событиями четырехлетней давности.
— Итак, ты все-таки решила идти до конца? Выйти замуж за Стива, несмотря на то, что он совершенно равнодушен к тебе?
Яд, буквально кипевший в словах мачехи, заставил девушку вздрогнуть. Они были вдвоем в комнате Кристины или, точнее, в комнате, которая раньше принадлежала ей. После смерти отца Долли преисполнилась решимости продать чудесный загородный дом, в котором Кристина родилась, выросла и превратилась в девушку. Практичной Долли больше импонировала современная многокомнатная квартира, шикарно обставленная и оборудованная по последнему слову техники.
— Кстати, Стив попросил меня помочь ему с организацией сегодняшнего вечера, — гордо сообщила Долли. — Он ведь знает, что никто лучше меня не сможет занять гостей. Между прочим, он не раз говорил мне, что после того как я стала женой твоего отца, компания приобрела много новых заказчиков. К сожалению, дорогая, твоя покойная мать никогда не понимала, как важно помогать мужу в работе с клиентами.
Долли пренебрежительно пожала красивыми плечами.
Кристине показалось, что язык у Долли немного раздвоен на конце, как у настоящей змеи. Она заскрежетала зубами от бессилия. Когда бы Долли ни заговаривала о ее покойной маме, ее слова были полны презрения и превосходства. Первым порывом Кристины было возразить, заставить Долли надлежащим образом относиться к памяти матери, но печальный опыт подсказывал ей, что молчание досадит Долли гораздо больше. Тем не менее Кристина не смогла проглотить обиду и тихо пояснила:
— Ты же знаешь, Долли, что мама была серьезно больна. Если бы все сложилось по-другому, она бы непременно помогала отцу.
Долли высокомерно хмыкнула.
— Ну конечно же, твоя мамочка была просто святая. А ты... Ты сама все эти годы отравляла жизнь отцу, напоминая ему о его первой жене и пытаясь вызвать у него чувство вины за то, что ему выпало такое счастье — полюбить меня!
В холодных голубых глазах Долли появилось выражение нескрываемой злобы.
— Стив тоже так считает, — немного подумав, добавила она с вызовом.
Кристина поняла, что Долли опять открыто издевается над ней, и ее сердце сжалось от боли и обиды. Мачеха, казалось, не обращала никакого внимания на то, что девушка близка к обмороку, и продолжала как ни в чем не бывало.
— Стив считает, что твоему отцу несказанно повезло со мной!
Она доверительно улыбнулась Кристине, даже весело подмигнула ей, отчего девушке сделалось только хуже. Как обидно, как оскорбительно выслушивать рассуждения мачехи о Стиве, намекающие на то, что между ними существует близость особого рода, не доступная другим людям. Как больно выслушивать такие откровения о мужчине, в которого ты безумно влюблена!
Под окном дома стояла машина, чтобы отвезти Кристину в маленькую церквушку, дорогую ее сердцу тем, что в ней когда-то венчались ее родители. Неподалеку от церкви, на деревенском погосте, покоилась ее мама. Старый поверенный отца Тим Волби будет ее посаженым отцом на этой скромной свадьбе. Кристина со Стивом заранее решили, что не стоит устраивать большое торжество.
— Стив убедил меня, что отец был бы рад этой свадьбе, — неуверенно прошептала Кристина. — Он говорит, что так лучше для меня...
— Стив убедил... Стив говорит... Что ты все заладила — Стив да Стив, — передразнила ее Долли. — Ты еще такая глупенькая, Кристина... — Долли сердобольно вздохнула. — Стив женится на тебе только по одной причине. Подумай сама хорошенько, по какой... Не знаешь? Он ведь просто-напросто хочет получить контроль над всем капиталом отца. А ты не знала? Все очень просто.
— Нет, это неправда. Я тебе не верю! — исступленно запротестовала девушка. — Стив и так ведет все отцовские дела. Он прекрасно знает, что я не стану ему мешать.