Чтение онлайн

Может быть, глашатая просто решила подвергнуть бывшую ученицу императора изощренной пытке? Эвелина уже чувствовала, как путаются в голове мысли от голода и жажды. Слишком тяжелыми были предыдущие дни, чтобы теперь иметь возможность долго терпеть подобные лишения. Тем более что в воздухе этой комнаты чувствовался аромат какой-то магии, не знакомой прежде Эвелине. Чуть уловимый запах, от которого сильно свербело в носу и сохло горло. По всей видимости, девушку просто пытаются измучить жаждой. Специально, чтобы ускорить процесс испытания.

Словно в ответ на эти размышления мужчина у двери снял с пояса флягу и нарочито медленно пригубил ее. Чужачка, затаив дыхание, смотрела, как охранник с наслаждением пьет. Затем с трудом сглотнула тугой комок в горле и заставила себя отвести взгляд в другую сторону. Все-таки пытка. Достаточно простая, но весьма действенная. Еще несколько часов – и Эвелине будет тяжело сдерживаться. Она вполне может наделать глупостей, пытаясь вымолить хоть пару глотков воды. Или именно подобного унижения от нее и ожидают?

Девушка опустила голову, пряча неожиданную лукавую усмешку. Она вдруг поняла, как следует поступить. И собственная задумка ей чрезвычайно понравилась. В конце концов, без риска жизнь была бы весьма скучна, поэтому попытаться стоило.

Мужчина настороженно выпрямился, когда его подопечная внезапно встала со своего места. Кашлянул, пытаясь привлечь ее внимание, и указал пальцем на стул. Но чужачка, будто не замечая его настойчивых жестов, медленно скользнула вперед, вглядываясь в глаза своего охранника. Словно пытаясь разглядеть там что-то очень важное для себя.

– Здесь очень душно, – тихо, скорее разговаривая сама с собой, пожаловалась девушка. Нарочито медленно провела рукой по лбу, стирая маленькие капельки пота. Дернула за шнуровку простой светлой рубахи, будто от нехватки воздуха. Мужчина поперхнулся, округленными от изумления глазами наблюдая за действиями чужачки.

– Вам так не кажется? – вежливо поинтересовалась она, робко и немного застенчиво улыбнувшись. Охранник едва не ответил ей, обманутый невинным выражением лица девушки, но в последний момент спохватился, нахмурился и с мрачной решимостью на лице сделал шаг вперед. Эвелина поняла, что он сейчас возьмет ее за локоть и насильно усадит на опостылевший стул, невзирая на сопротивление.

Девушка не стала дожидаться прикосновения мужчины. Напротив, первой взяла его за руку и легонько сжала пальцы. Рослый детина совершенно неожиданно для себя смутился и покраснел, отводя взгляд. Ему почему-то казалось, что сейчас происходит нечто постыдное и запретное.

– Я очень хочу пить. – Бархатный печальный голосок хрупкой девушки, которую он прежде никогда не видел, вкрадчиво вползал в его сознание. – Пожалуйста. Вы же добрый человек.

Мужчина разгневанно вскинул голову и попытался отдернуть руку. Ему было необходимо выполнить свой долг любой ценой. Глашатая приказала, чтобы он следил за этой темноволосой чужачкой, не давая той ни малейшей поблажки. Столько – сколько потребуется. Не его вина, что этой незнакомке приходится страдать от жажды и голода. В конечном итоге она сама виновата – хотя бы тем, что навлекла на себя гнев старших гончих.

Внутренний монолог охранника захлебнулся, как только мужчина случайно посмотрел в почти черные глаза девушки, в которых блуждали зеленые искорки недовольства. Чужачка, склонив голову, с интересом наблюдала, как ее противник внезапно сильно побледнел.

– Помоги мне, – прошептала девушка. Она даже не стала прибегать к магии, вовремя вспомнив слова Далиона о том, что в этих местах колдовство бесполезно. Просто позволила зверю на миг выглянуть из ее души.

– Конечно, – запинаясь, отозвался мужчина. Неловко одной рукой отстегнул флягу от пояса и протянул ее имперке.

– Спасибо, – с легкой усмешкой поблагодарила Эвелина. Затем с жадностью припала к столь желанной воде.

Она едва успела утолить жажду, как дверь резко распахнулась. В комнату ворвались несколько мужчин, которые умело оттеснили ее от порога.

– Лови! – кинула флягу недавнему тюремщику девушка. Тот машинально поймал ее, потом с недоумением потряс головой, еще не совсем понимая, что произошло.

Тем временем строй молчаливых охранников разошелся в стороны, пропуская в помещение глашатую Безымянного Бога. Эвелина с любопытством смерила девчушку взглядом. Казалось, что с момента их последней встречи ничего не изменилось. Глашатая все так же была босой и одета в простое черное одеяние, свободными складками падающее до самого пола.

– Подойди ко мне, – приказала она, уставившись прямо на чужачку невидящими бельмами глаз.

Девушка скептически покосилась на ближайшего телохранителя, который, не скрываясь, держал в руках обнаженный острый клинок. Интересно, если она слишком резко пошевелится, не сочтут ли это попыткой покушения? Эвелина уже давно поняла: людям не привыкать убивать. Главное, чтобы их преступления были хоть чуточку оправданны в собственных глазах. И облегчать жизнь тем, кто желал ей смерти, чужачка не собиралась.

– Не бойся, – словно почувствовав сомнения бывшей ученицы императора, мягко произнесла глашатая. – Тебе не причинят вреда. По крайней мере пока.

Эвелина едва сдержала невеселую усмешку после этих слов собеседницы. Но подчинилась. Сделала несколько шагов и встала рядом с глашатой. Чуть поморщилась, когда та с силой вцепилась ей в руку.

– Ты ведь не откажешься составить мне компанию на прогулке перед началом сбора? – мило улыбнулась девчушка. – Пожалуйста.

– Разве у меня есть выбор? – риторически поинтересовалась Эвелина. Ответа, как она и ожидала, не последовало.

Солнечный свет больно ударил по глазам, когда они вышли наружу. За ночь ощутимо подморозило, и сейчас снег миллиардами острых граней хрустел под подошвами ботинок. Тень Далиона в очередной раз поежилась, увидев, как беззаботно идет глашатая босиком по сугробам. Эвелине было холодно даже смотреть на нее.

– Ты не сердишься на меня? – первой начала разговор вестница, небрежно откидывая прядь светлых волос со лба.

– За что? – спросила чужачка.

– Ну как же, – улыбнулась глашатая. – Тебе пришлось достаточно долгое время просидеть в одиночестве – без еды и питья. Тем более, как ты, наверное, уже поняла, в воздухе, напоенном ароматом жажды.