Чтение онлайн

Бенеш, не сдавая позиций, попытался отшутиться, фамильярно называя Фирлингера Зденеком и даже Зденеком-торопыгой, видимо, памятуя свое давнее — еще со времен первой мировой войны — знакомство с ним. Но Фирлингер упорно стоял на своем, хотя его оппозиция выходила за рамки дипломатического протокола.

Все обратили внимание на то, что Бенеша раздражает даже упоминание о Мюнхене. Зато он с удовольствием теоретизировал по вопросам послевоенного устройства Чехословакии, оставаясь сторонником восстановления домюнхенских порядков. В этом его точка зрения расходилась с установками компартии, настаивавшей на том, чтобы окончательное решение о государственном устройстве освобожденной Чехословакии принял сам народ, чтобы все мероприятия в переходный период проводились демократическим путем при активном участии широких слоев населения.

В ходе декабрьских переговоров в Москве Бенеш и Готвальд достигли соглашения о принципах проведения мер экономического и социального характера после освобождения страны: об отмене всех имущественных и других изменений, насильственно осуществленных нацистами, о возмещении ущерба жертвам преследований, о национализации крупных предприятий и т. д. Все это, безусловно, способствовало упрочению национального единства.

Тогда же газета «Ческословенске листы» опубликовала статью одного из соратников Готвальда — Яна Швермы о роли национальных комитетов, создаваемых на оккупированной территории. В ней автор, следуя стратегической линии партии, рассматривал комитеты как революционные органы власти народа не только на завершающей фазе войны, но и в период после освобождения страны. Президент Бенеш статью одобрил и в феврале 1944 года счел возможным призвать все патриотические силы Чехословакии создавать национальные комитеты нелегально. Таким образом, в этом принципиальном вопросе между президентом и руководителями КПЧ было достигнуто полное единодушие.

Будучи опытным политиком, Бенеш не мог игнорировать такой важный фактор, как настроения личного состава чехословацких войск, сражавшихся на советско-германском фронте плечом к плечу с Советской Армией. Пройдя вместе с ней от Соколова до границ родной земли, чехословацкие воины получили хорошую боевую и политическую закалку. «Солдат начинает разбираться в политике», — говорили теперь офицеры службы просвещения. И были правы. Прошли те времена, когда основной заботой чехословацкого воина было добросовестное выполнение поставленной ему боевой задачи, а что касалось вопросов политики, то тут он всецело полагался на президента, который одновременно занимал и пост верховного главнокомандующего. Нынешний чехословацкий солдат, которому предстояло возвратиться на родину победителем, имел собственные взгляды на будущее республики и ее армии.

Однако важнейшим фактором, предопределившим изменения в тактике поведения Бенеша, был, безусловно, исход гигантских по масштабу сражений на советско-германском фронте. Советская Армия в середине 1944 года добилась выдающихся успехов, разгромив 170 гитлеровских дивизий. На северо-западе была окончательно снята блокада Ленинграда и освобождена Ленинградская область. 21 июля советские войска вышли на государственную границу с Финляндией. На центральном участке фронта развернулось мощное наступление в Белоруссии, в результате которого советские войска вышли к границам Чехословакии и Польши. В составе войск Белорусских фронтов продвигалась к Варшаве и к берегам Вислы 1-я польская армия. На юге советские войска полностью очистили от врага Правобережную Украину и Крым и перенесли военные действия на румынскую территорию.

Победы Советской Армии вызвали огромный международный резонанс и способствовали дальнейшему упрочению антигитлеровской коалиции. Перед профашистскими режимами Хорти, Тисо, царя Бориса, Петена и Квислинга замаячила мрачная перспектива быть сметенными собственным народом. После высадки союзников в Сицилии был свергнут и нашел спасение под крылом у Гитлера Муссолини. По Италии прокатилась волна забастовок и демонстраций против продолжения войны. Активизировалась освободительная борьба народов Балканских стран. Новых успехов добилась Народно-освободительная армия Югославии, в рядах которой сражался чехословацкий партизанский отряд «Ян Жижка».

Летом 1944 года США и Великобритания открыли наконец второй фронт в Европе. Западный вал гитлеровской обороны был прорван. 6 июня американо-английские экспедиционные силы высадились на побережье Нормандии. Дивизии Рундштедта, разбросанные на протяжении более чем тысячи миль, долго оказывать сопротивление не могли.

В рейхе была объявлена третья по счету тотальная мобилизация, в протекторате — трудовая мобилизация. Гитлер провозгласил территорию Германии неприступной крепостью, но 30 фашистских дивизий оказались отрезанными в Прибалтике. Советские войска стояли у порога Восточной Пруссии.

Нарастающие удары союзников свидетельствовали о том, что дни Гитлера и его клики сочтены. Момент, когда Германия перестанет угрожать народам Европы, в том числе чехословацкому народу, приближался. Вот почему чехословацкие воины, как и все чехословацкие патриоты, все чаще задумывались о судьбах родины в послевоенное время.

Вечером 8 апреля 1944 года диктор Юрий Левитан зачитал по Московскому радио приказ Верховного Главнокомандующего, в котором объявлял благодарность войскам 1-го Украинского фронта, вышедшим на юго-западе на государственную границу СССР. В связи с этим знаменательным событием выпустила специальный номер бригадная газета.

Надпоручик Сватоплук Рада, много в своей жизни повидавший и отнюдь не сентиментальный, от радости запел чехословацкий гимн и начал плакать.

Поручик Стеглик, еще полгода назад заявлявший проводившему в его роте беседу офицеру просвещения: «Оставьте-ка эти разговорчики на потом. Политикой сейчас заниматься некогда, сейчас надо воевать. Поэтому держитесь от моей роты подальше», теперь по собственной инициативе послал за этим офицером джип и вышел ему навстречу: «Проходи сюда, Ладя. Ты, говорят, коммунист. Значит, об успехах Советской Армии тебе известно лучше, чем кому бы то ни было. Вот и расскажи нам о них…» А по окончании беседы он под диктовку офицера старательно записал текст «Интернационала», бывшего в то время гимном Советского Союза.

На повестке дня встал вопрос о расширении вооруженной борьбы чехов и словаков как в самой Чехословакии, так и на советско-германском фронте. Командование чехословацких войск обратилось к Верховному Главнокомандованию Советской Армии с просьбой усилить чехословацкие части на территории СССР и на базе бригады сформировать чехословацкий армейский корпус. Такое разрешение было получено 10 апреля, а 25 апреля 1944 года 1-я чехословацкая бригада по железной дороге передислоцировалась с Волыни в район Каменец-Подольского, откуда в походных колоннах двинулась на запад, ближе к Карпатам…

Батальоны шагают походным маршем. Следом за ними продвигается артиллерия на конной тяге и колонны автомашин. Преодолев невысокий перевал, колонны выбираются на дорогу, серпантином сползающую в широкую цветущую долину, где расположено несколько молдавских сел. Живописные черешневые аллеи, дурманящий запах сирени в садах, дома с окнами, распахнутыми настежь… Навстречу колонне едет подвода, запряженная парой лошадей. Одна из них, гнедая, со звездочкой во лбу и в белых чулках, ведет себя спокойно, другая, в яблоках, мотает головой и громко фыркает. Поравнявшись с колонной, подвода останавливается, и возница, молдаванин лет пятидесяти, в черной барашковой шапке, что-то говорит проезжающим. Сидящий рядом с ним парнишка лет шестнадцати, похожий на него как две капли воды, весело смеется и машет руками.