Бета-тест
Шрифт:
– Waaaaaaaagh!!! – полетел ввысь многоголосый интернациональный рев идущих в атаку орков. Ясно – Шрек своих на нежить повел. На варгах, судя по раздавшемуся ранее вою.
– Упс, – выдохнул я и приостановил бег. – Стоять! – когда быстро осмотрелся по сторонам, рявкнул на также затормозивших и попятившихся назад солдат. А пятиться было от чего – на нас сейчас от раздолбанной в сопли части второй стены перла темная масса мертвецов не меньше пятидесяти рыл, и все тянули к нам руки. Рядом со мной осталось не более десятка солдат, все потрепаны, а пристальный взгляд выдал, что только у двоих жизни больше половины.
– Сбить щиты! – закричал я, вспомнив сразу все виденные фильмы про Средневековье и логику включив. – Сомкнуться! Сомкнуться! – продолжил орать я, а рядом по сторонам встали уже человек семь. И тот самый молодой паникер был – вот только без шлема уже. Потерял где-то.
– Раз! Два! Три! – обернулся я к воинам вокруг и заорал, совсем как во времена бесшабашной юности: – Погнали!!!
Хоть и небольшим, но единым клином мы бросились вперед, на катившуюся к нам волну зомби. Добежать не успели – на обломанном в ошметки краю стены появилась Ицилия. Громко что-то прокричав, девушка простерла руку, и все пространство вокруг нее заполнилось чародейским огнем. Сбившись на шаг, мы закрылись щитами – даже на расстоянии пламя опаляло жаром, отнимая жизнь, а неупокоенным совсем несладко приходилось – в круге огня по земле вокруг стоящей на возвышении Ицилии находились почти все прорвавшиеся мертвецы.
Когда пламя опало, девушка полезла за зельем на пояс – от ее чародейства столбик маны у нее в ноль ушел, неслабое что-то скастовала.
– Погнали!!! – снова заорал я, увлекая воинов за собой. Держась слитно, мы раскидали уже разрозненных мертвецов у пролома и выбежали на гребень укреплений.
Рядом со мной раздались ругательства, переходящие в испуганные возгласы: в нашу сторону не шел – плыло по земле умертвие, как я их представлял. Хотя нет, это лич – вспомнил я разговоры о магах нежити. Высокий, закутанный в мантию тип, высотой в полтора человеческих роста, – он еще и над землей висел немного. Антрацитово-черные провалы глазниц смотрели поверх нас. Я быстро обернулся, проследив за направлением взгляда главного неупокоенного, и увидел чародейку, так и стоящую на стене.
Ицилия пронзительно закричала, когда ее окутала темная аура с мелькающими призрачными черепами. Девушка быстро присела, пытаясь спрятаться от взгляда лича за обломками стены, но помост под ней дрогнул, и магичка упала вниз, на землю. Аура вокруг нее становилась все гуще, мрачнее, а полоска жизни просто скакнула в красную зону.
– Нет!!! – вскрикнула Ицилия обреченно, и, совсем не думая, я кинул на нее ауру неуязвимости от нежити. Несколько долгих секунд потребовалось чародейке, чтобы осознать, что она сейчас не умрет, и те же секунды я размышлял, что все-таки сделал.
– Waaaaaaaagh!!! – вновь понесся по полю орочий рев, и раскидавшие разрозненных мертвецов на изрытом воронками и котлованами после магической битвы поле орки Шрека помчались в сторону лича. Вдоль стен внешней стороны к нам уже бежали с полсотни воинов, возглавляемых великаном Драгомиром. А чуть позади них приостановилась тоненькая, затянутая в синее чародейка, рядом с которой держался нордлинг и стелилась по земле огромная черная кошка. Как только Габриэла начала шить ледяными стрелами, лич обернулся к ней. Но до этого в мою сторону от умертвия метнулись два сгустка мрака, и на мне повисло сразу два дота – заклинания с тикающим уроном.
– Дебил! Ты что сделал?! – вскочив, подбежала ко мне Ицилия. – Ты нормальный? Денис?!!
Говорят, что, когда умирают, вся жизнь перед глазами проносится. Ну, не знаю – я успел только подумать, кто «бумер» со стоянки бизнес-центра заберет и почему непись Ицилия меня «дебилом» назвала. Ну и о сиськах Амалии вспомнил в последнее мгновение.
А потом стало темно.
Глава XXI
– Перемен! Требуют наши сердца!
– Перемен! Требуют наши глаза!
– В нашем смехе! И в наших слезах!
– И в пульсации вен…
Чеканя шаг, по мощеному тракту к Заставе Смерти подходил хирд нордлингов. Около пятидесяти луженых глоток дружно орали маршем песню другого мира, которая органично вписалась в новую реальность.
На самой заставе уже второй день муравьями трудились дварфы, сбросившие доспехи. Горные воители, каждый из которых в инженерном деле постройки укреплений мог дать фору троим людям, сейчас восстанавливали практически разрушенную стену левого фланга заставы. Впрочем, работа продвинулась пока не очень далеко – вчера справляли тризну по погибшим, а в питие самогона дварф, как известно, пятерым людям фору может дать. Ну или двум оркам, как выяснилось в ходе практической проверки.
Находившиеся на заставе игроки с интересом всматривались в сторону нордлингов, марширующих под такой знакомый текст песни-марша. Во главе строя шел высокий воин с огромным топором за спиной – Даркус. Рыжие волосы вождя викингов были стянуты в хвост, но, в отличие от всех своих хирдманнов, предводитель был безбород. Рядом с ним шагал невысокий и худой парень с лютней за спиной, заводя темп марша.
– Перемен! Мы ждем перемен! – в последний раз дружно выдали нордлинги и остановились рядом с уцелевшей надвратной башней. Руины второй сейчас разбирал десяток орков.
– Фил! – пронзительно прокричала юная эльфийка в обтягивающем одеянии боевого мага синего ордена. Легко спрыгнув с помоста у стены, чародейка пробежала, нет, пролетела, почти не касаясь земли, и бросилась на грудь вождя великана.
– Тихо, тихо, – осторожно погладил по волосам Даркус юную чародейку, которая ростом ему едва по грудь была.
– Он сказал! Он сказал, что ему умирать нельзя! – вдруг заплакала Арина. – Но не сказал, что может насовсем!
– Арина, успокойся, – продолжил гладить по волосам девушку, не зная, как ее успокоить. К стоявшим в обнимку нордлингу и эльфийке от надвратной башни уже направлялись охотник в кожаной броне и высокий орк в вороненой кольчуге.
– Представляешь, мы с кладбища прибегаем, – продолжала говорить сквозь рыдания Арина, – а тут… а тут… Ицилия в истерике над его трупом…
– Успокойся, Арина, перестань, – растерянно посмотрел суровый вождь нордлингов на подошедших Мазая и Шрека. Оба плечами лишь пожали – ну кто знает, как плачущую девушку успокоить?!
– Слушай, Арин, я тебе тут такого принес, – негромко проговорил Филя.
– Какого такого? – отняв от груди викинга лицо с двумя дорожками слез, спросила эльфийка.