Шрифт:
Сара Шепард. Серия «Милые обманщицы»
Книга 7
«Бессердечная»
Предисловие.
Потеряна и найдена.
Имели ли вы когда-нибудь что-то действительно важное, что однажды исчезло без следа?
Как этот старенький шарф Pucci, что износился к девятому классу.
Он был вокруг вашей шеи всю ночь, но когда настало время возвращаться домой, пуф.
Исчез.
Или великолепный золотой медальон, который дала тебе бабушка.
Каким-то образом оно отрастило ноги и убежало.
Но потерянные вещи просто не растворяются в воздухе.
Они должны быть где-то.
Четыре симпатичные девочки в Роузвуде потеряли очень важные вещи тоже.
Вещи, намного большие, чем шкаф или ожерелье.
Как доверие их родителей.
Будущее в Лиге Плюща.
Непорочность.
И они думали, что потеряли лучшего друга детства тоже...
но может нет.
Может быть, Вселенная вернул ее в целости и сохранности.
Но только помните, что мир имеет способность приводить все к балансу: когда что-то возвращено, что-то другое должно исчезнуть.
И в Роузвуде это может быть что угодно.
Правдоподобие.
Здравомыслие.
Жизнь.
Ария Монтгомери прибыла первой.
Она остановила свой велосипед на гравийной дорожке, плюхнулась под бледно-лиловую плакучую иву и запустила пальцы рук в мягкую, подстриженную лужайку.
Еще вчера трава пахла летом и свободой, но после всего случившегося, этот запах уже не наполнял Арию ликованием.
Эмили Филдс прибыла следующей.
Она носила те же потертые, невзрачные джинсы и лимонно желтую футболку Old Navy, в которой была накануне вечером.
Сейчас одежда была помятой, как, если бы она спала в ней.
"Эй" - сказала она вяло, опускаясь на колени рядом с Арией.
В тот же момент Спенсер Хастингс появилась из своей парадной дверь, с торжественным взглядом на ее лицо, и Ханна Марин захлопнул дверь мерседеса ее мамы.
"Так" - Эмили наконец нарушил молчание, когда они были все вместе.
"Так" - вторила Ария.
Одновременно, они повернулись и посмотрели на сарай в глубине двора Спенсер.
Накануне вечером, Спенсер, Ария, Эмили, Ханна, и Элисон Дилурентис, их лучшая подруга и лидер, должны были провести там свою долгожданную ночевку в честь окончания седьмого класса.
Но вместо того, чтобы продолжаться до рассвета, вечеринка закончилась до полуночи.
Далеко от идеального старта лета, это было неловкой катастрофой.
Никто из них не мог посмотреть в глаза.
Никто не мог взглянуть на соседний огромный Викторианский дом, принадлежавший семье Элисон.
Они должны были быть там в любую минуту, но сегодня их пригласила не Элисон - это была ее мама, Джессика.
Она позвонила каждой девушке рано утром, сказав, что Элисон не появилась после завтрака, она была в одном из их домов?
Мама Эли, казалось, не слишком встревоженной, когда они сказали нет, но когда она перезвонила через несколько часов, сообщая, что Эли все еще не вернулась, ее голос был тонким и очень встревоженным.
Ария сжала хвостик.
"Никто из нас не видел, куда ушла Эли, так?" - они покачали головами.
Спенсер мягко тыкала фиолетовый синяк, который появился на ее запястье сегодня утром.
Она не знала, когда она ударилась.
Также у нее было несколько царапин на руках, как, если бы она запуталась в виноградной лозе.
"И она никому не говорила, куда идет?" - спросила Ханна.
Все девушки пожали плечами.
"Наверняка, она веселиться где-то" - заключила Эмили, опустив голову.
Девочки звали Эмили "Киллер", как личного питбуля Эли.
То, что Эли могла веселиться где-то еще больше разбивало ее сердце.
“Мило с ее стороны позвать нас” с горечью сказала Ария, стряхивая траву со своих мотоциклетных ботинок.
Горячее июньское солнце безжалостно палило по их бледной после зимы коже.
Они услышали всплеск из бассейна на заднем дворе и стон газонокосилки вдалеке.
Это был типичный загородное блаженное лето в Роузвуде, штат Пенсильвания, роскошный и нетронутый пригород в двадцати милях от Филадельфии.
Прямо сейчас они должны были бы быть в загородном клубе Роузвуда, строить глазки милым мальчикам, которые ходили в их элитную частную школу, Роузвуда.
Они все еще могла сделать это, но было странно веселиться без Эли.
Они чувствовали себя плывущими по течению, как актрисы без директора или марионетки без кукловода.
На последней ночевке Эли выглядела более отягощенной ими, чем обычно.
Расстроенная, она хотела загипнотизировать их, но когда Спенсер настояла, чтобы шторы были открытыми, Эли утверждала, что они должны быть закрытыми; затем Эли внезапно исчезла, не попрощавшись.