Бес
Шрифт:
Под крепким ударом он отлетел назад. Шон дико смотрел то на него, то на опустевшую ампулу в своей руке.
– Что ты наделал?! – пробормотал он.
– То, что собирался сделать ты, – потирая место укола, ответил Илья. Там вспухало жутковатое черное пятно. – У меня больше шансов выжить – во мне уже присутствует мутаген, меня же Разум откачивал…
– Да мне не нужно было выжить! – заорал Шон, тряся над головой опустевшей ампулой. – Я хочу отомстить…
– Осторожнее с ней! – раздался срывающийся голос лаборанта. – Там еще остались капли мутагена! Дайте сюда!
Шон непонимающе посмотрел на суетящегося рядом лаборанта. И вдруг с размаха воткнул ампулу ему в шею. Лаборант взвизгнул, закрутился на месте, выдергивая ампулу. И в тот же миг дверь вылетела под ударом взрыва. Помещение заволокло дымом, в ушах болезненно зазвенело, перед глазами все поплыло.
Оставалось просто ждать неизбежного.
3
Их волокли по коридору – Шона, Илью и попавшего под руку лаборанта. Тащили бесцеремонно и злобно – раздавая тычки и удары, не давая поднять голову. Наверное, потому, что это были не бездушные андроиды, а были бойцы ВБ, чьих товарищей совсем недавно безжалостно покромсал Шон. Трудно сказать, дотащили бы их живыми до камер, да и была ли такая цель. Шон совсем сник, и то, как его подталкивали в спину, не давало сомнения в отношении к нему вэбэшников.
Но тут что-то случилось с лаборантом. Всю дорогу он причитал, что взяли его по ошибке, а в ответ он получал лишь затрещины. Речь его стала заплетаться, потом его начало мелко трясти и пошатывать. Краем глаза Илья заметил, что темное пятнышко на шее от иглы «мутагенной» ампулы успело расползтись на половину лица. Невольно взглянув на собственную руку, он удивился: от укола практически не осталось следа. Наверное, у него действительно был иммунитет к этой дряни. Впрочем, радоваться рано: ведь от пули нет иммунитета…
Наконец лаборант остановился, упал на колени и рухнул лицом вперед. Один из бойцов Внутренней безопасности попытался проверить пульс на его шее – и вскрикнул: пальцы провалились сквозь мягкую разложившуюся кожу. ВБ-шник вскочил, с омерзением разглядывая стекавшую с пальцев слизь. И тут в этой слизи закопошилось что-то мелкое, но невероятно стремительное. Боец заорал от неожиданности и боли: тоненькие, чуть толще волоса, черви впились в руку и, видимо, сразу ушли под кожу.
– Что это?! – заорал он, поворачиваясь к своим. – А?
Реакция его товарищей была моментальной. Щелкнули затворы, и тело незадачливого бойца брызнуло кровавыми фонтанчиками. Тут же командир подразделения быстро заговорил в гарнитуру беспроводной связи:
– Внимание, это тридцать седьмой. В сто шестом секторе биологическая тревога первой степени. Прошу изолировать сектор.
Илья ловил выражения лиц бойцов, которые вдруг изменились до неузнаваемости. Куда-то пропала надменная злоба, уступив место растерянности и страху. Один из бойцов, здоровенный, красномордый, не поддался общему настроению. Он подскочил к командиру с лицом, искаженным яростью:
– Ты что же это делаешь, гад?! Ты знаешь, что такое тревога первой степени?! Нас же зальют реагентами, газами отравят!
– Ты сам видел, – командир спокойно кивнул на два мертвых тела. – Какая-то дрянь вырвалась из лабораторий. Я действую по инструкции…
– Отмени тревогу, – с угрозой сказал красномордый. – Скажи – ошибка. Выйдем – доложим, как было…
– Смотрите! – заорал еще один ВБ-шник.
По синтетическому покрытию пола, извиваясь в собственной слизи, в направлении людей быстро ползли эти тонкие, едва заметные червячки. Казалось, от трупа лаборанта просто растекается прозрачная лужица.
– Уходим! – приказал командир.
– А с этими что? – спросил еще один, указывая на Илью с Шоном.
– Прикончить их! – приказал командир.
Отработанными ударами пленников поставили на колени. Щелкнули затворы. И тут же мигнул свет, завыла сирена.
– Отмени тревогу!!! – заорал красномордый, кидаясь на командира. – Мы же все сдохнем здесь, как ты не понимаешь?!
Бойцы, готовые пристрелить пленных, отвлеклись на склоку. Илье хватило этой секундной заминки, чтобы выскользнуть из-под ствола и метнуться в сторону растянувшегося на полу мертвого вэбэшника. Главное было – не вляпаться в расползавшуюся лужу с тонкими белыми червями.
И тут же вступил в дело Шон. Схватив за ствол автомат своего конвоира, он повернул оружие в сторону остальных бойцов. Палец вэбэшника сам собой вдавил спусковой крючок. Двое бойцов повалились навзничь, остальные судорожно вскинули оружие, замешкавшись, чтобы не пристрелить своего же. Этих секунд хватило лейтенанту, чтобы подобрать оружие убитого. Краем глаза он заметил, как ходит волнами кожа на бритом затылке мертвеца. Порождения активного мутагена лихо взялись за освоение чужеродной органики.
Не целясь, от бедра, морпех открыл огонь. Мигающий свет, вой сирены, страх неминуемой гибели, которую сулила вызванная командиром тревога – все это подействовало на вэбэшников деморализующе. Троих успел положить Илья, двое были ранены «дружественным огнем» от неудавшегося палача Шона. И еще двое попадали, отбросив оружие и умоляя не стрелять.
Шон вынул автомат из рук дергавшегося в агонии бойца, прошелся вдоль лежащих, одиночным выстрелом добил дергавшегося в агонии раненого. Двое живых в ужасе замерли.
Илья подбежал к товарищу, быстро спросил:
– Что теперь?
– Как ты себя чувствуешь? – вместо ответа спросил Шон, пристально глядя ему в глаза.
– Ты о чем? – не понял Илья. – Ах, об этом… – он машинально потер место укола. – Вроде, нормально.
– Смотри! – приятель кивнул в сторону мертвого лаборанта. – С тобой не начнется того же?
Тело колыхалось, как мешок с мышами. Из-под него обильно вытекала бурая жижа, что-то булькало, доносились еще какие-то неприятные звуки.