Чтение онлайн

Посещения «Терры» отразились на здоровье господина Майера не лучшим образом. Старика лихорадило, и Меган отвезла его в больницу, где он лежал под капельницей и бредил.

Эгону виделся рождественский вечер, свечи и праздничный стол. Елка, украшенная шарами и гирляндами. Тереза — нарядная, сервирующая стол, и тут же Бэн, который всегда любил быть в гуще событий. Зельда со своим молодым человеком о чем-то шептались, сидя у камина, хихикая и дуя друг другу в кружки с глинтвейном. Все были в сборе и весело настроены, смеялись и шутили, только хозяин дома раздраженно хмурился. Он забыл о своем обещании не думать дома о работе и продолжал напрягать извилины в поиске решения.

Это ему не удавалось.

И вся эта праздничная мишура и суета злили его больше и больше. Эгон наливался гневом, закипал как чайник, готовый плеваться кипятком.

Старик метался по кровати, как будто и впрямь попал в те далекие времена.

Почему он не сдержал своего обещания и не выбросил все из головы, когда садился за праздничный стол? Почему не вышел на улицу, чтобы покурить и остыть? Может быть, все повернулось бы иначе. О чем он тогда думал? Какую задачу решал? Пожалуй, он не сказал бы сейчас. Эгон не помнил, потому что это было неважно. Важно было другое — то, что он разъярился на Бэна, своего любимчика, без которого буквально не мог жить. Разозлился по какому-то пустячному поводу. Наорал на него и выпинал из дома.

В тот момент его охватило какое-то сладостное чувство разрушения. Эгон уже не мог остановиться, крича на весь дом, расшвыривая мебель и сдергивая со стола скатерть с бокалами и тарелками. Он вспомнил, как Бэн выскочил за дверь, словно ошпаренный, как Тереза, с упреком взглянув на Эгона полными слез глазами, выбежала за ним вслед. Как Зельда с молодым человеком вжались в диванчик, застыв на месте и широко открыв рты.

Старик метался по раскаленной простыне, выдергивая из рук гибкие змеи капельниц, чувствуя себя, как грешник в аду. Все, что он так долго держал в себе, вырывалось теперь на свободу, заставляя его тело корчиться в судорогах и заливать лицо горькими слезами.

Только он один был виноват в том, что Бэн выскочил на автобан и метался там между мчащимися автомобилями, водители которых торопились на рождественский ужин. Только он виноват в том, что Тереза побежала спасать Бэна и уже успела схватить на руки, когда обоих сбил грузовик, водитель которого тоже спешил домой к жене и детям…

…Он должен их найти!

Он выздоровеет и снова отправится к автобану, где уже больше сотни человек видели Терезу и Бэна, появляющихся то там, то сям, пересекающих дорогу и спасающих водителей от нечаянных аварий.

Он их найдет и скажет все, что накопилось за восемнадцать лет в его измученной душе.

Болезнь отступила, и Эгон вернулся к себе, бережно поддерживаемый с двух сторон Меган и Оливей.

Они усадили его в кресло.

— А у нас для вас, господин Майер, радостная новость! — сообщила Меган и выразительно посмотрела на Оливию.

— Уже ухожу! — заторопилась Оливия. Наклонившись к Эгону она шепнула: — Удачи, и не забывай друзей.

Внезапно Эгон заволновался. У него сильно застучало в висках, на лбу выступил пот. Он вопросительно взглянул на Меган — та уже набирала в шприц успокоительное. Вколов его в тощую стариковскую руку, она стала рассказывать, какая замечательная жизнь теперь его ожидает. Эгон был возбужден, как ребенок, первый раз идущий в школу.

Через пятнадцать минут Меган выглянула в коридор.

— Заносите!

Двое рабочих в униформе «Терры» вкатили большую коробку и зашуршали, распаковывая. Эгон не видел, что творилось за их широкими спинами. Но вот они забрали коробку и ушли. На полу осталось нечто, скрытое под алюминиевой накидкой.

Меган сняла ее.

— Знакомьтесь, господин Майер! Это ваш личный медицинский робот.

Эгон взглянул, и у него все поплыло перед глазами.

На полу сидел Бэн и улыбался…

Вот уже два часа старик сидел, крепко прижав к себе Бэна. Меган давно ушла, предварительно надев на шею Эгону медальон. Такой же медальон просвечивал сквозь белую волнистую шерстку на груди собаки.

Перед тем как уйти, Меган спросила:

— Господин Майер, вы хорошо помните, что сказано в подписанном вами договоре об эксплуатации робота? Все особые пункты?

— Разумеется. Большое спасибо! — Эгону не терпелось остаться с Бэном наедине.

— Ну хорошо! Если будут вопросы, звоните, — и, бросив цепкий взгляд на обоих, она удалилась.

Сходство робота с оригиналом потрясало. Это до мельчайших подробностей был пес Эгона. Бэн вертел хвостом, прыгал, преданно глядел в глаза и лаял, как настоящий. И он был теплый!

Эгон держал собаку, не в силах отпустить на пол. Шерсть Бэна намокла от слез хозяина, которые текли и никак не могли остановиться.

Но какие все-таки дурацкие условия поставила «Терра» перед владельцами роботов! «Нельзя выводить за пределы комнаты». А что, если Бэн захочет погулять, справить нужду? Ах, да! Роботы нужду не справляют.

Или это: «Никому не показывать робота, кроме специалистов «Терры», имеющих специальный допуск». А ведь первый человек, которому надо показать Бэна, это Зельда. Как бы она обрадовалась! Но увы, нельзя.

Почти месяц друзья не видели Эгона. Сначала он отвечал на звонки: «я занят» или «перезвоню позже», а потом и вовсе перестал брать трубку.

Эгон наслаждался обществом Бэна. Пес ходил за ним по пятам, смирно сидел рядом, пока хозяин читал свежие газеты, спал ночью у него в ногах, разве что только не вздыхал о чем-то своем, собачьем, как это делал настоящий Бэн. Казалось, что вернулись старые времена. Не хватало только Терезы.

Однажды Эгон пошел к дантисту и едва досидел до конца сеанса, все казалось, что Бэн скулит у двери. Назад он бежал по коридору рысцой, чтобы поскорее увидеть своего маленького друга.

Так и шли дни. Эгон уже забыл мучения, которым его подвергли, и теперь был благодарен специалистам «Терры» за то, что хорошо порылись у него в мозгах.

Однако Эгон уже начал скучать по друзьям. Уговорив себя, что Бэн лишь робот, вечером он отправился в «Альгамбру», ресторан корпуса «С», где любила собираться вся их компания.