Беловодье
Шрифт:
«Так по крайней мере не должно возникнуть ярых кровников, что кинутся мстить за казненных отцов», — подумал парень.
Это не значило, что не возникнет угрозы от ссыльных и помилованных, что слетели с самого верха на самое дно, но Алексею казалось, что эта угроза будет на порядок меньше.
— А вот непосредственный зачинщик заговора ответит за свои дела перед самим Великим Велесом.
Парень подошел к стоящему у идола купцу и протянул нож.
Тот некоторое время посмотрев на клинок, стрельнув глазами на Алексея, но вспомнив о дочери, необдуманные поступки совершать не стал (да и сам парень на всякий случай под одежду кольчугу одел), упал на колени перед статуей и стал каяться, дескать чернобоговы бесы попутали.
—…И прими мою жизнь и душу как искупительную жертву.
После чего вогнал лезвие ножа себе в горло, прокалывая правую вену. Кровь брызнула фонтаном обливая статую.
Алексей же, глядя на упавшего несостоявшегося князя, что подергивался в конвульсиях, подумал, что такую традицию самоубийства провинившихся нужно закрепить. Прямо как в Японии с их харакири. Ему почему-то казалось, что необходимость именно самоубиться, а не принять смерть от палача, будет останавливать от совершения преступления сильнее. Не факт конечно, но вдруг? А для тех кто не пожелает уйти с честью, можно придумать какую-то совсем уж позорную казнь, вроде утопления в бочке с дерьмом.
Так же он подумал о том, что его один раз пронесло, не иначе как чудом, а вот во второй раз столь же случайно может и не пронести, и с этим нужно что-то делать.
«Надо нормальные спецслужбы создавать, что станут целенаправленно выискивать крамолу. Вот только как?!» — задавался он вопросом.
Парень совершенно не представлял, как с ноля создать подобные структуры. Ведь просто провести набор желающих, как в ту же армию или полицию нельзя. Люди должны быть преданными, даже не ему лично, а общему делу. А он даже слабо представлял как вербовать обыкновенных стукачей.
«Надо с Матреной пообщаться… она много общается с людьми, должна знать недовольных, кто чем дышит, может даже подскажет, что им предложить за стук… — подумалось ему. — Но это все конечно полумеры. Нужен полноценный Тайный Приказ».
Глава 5
12
Зима выдалась хоть и снежной, но мягкой, температура не опускалась ниже пятнадцати градусов, то считалось тут лютыми морозами, а в среднем колебалась где-то в районе пяти градусов ниже нуля. Для европейцев, особенно южан, может она и была суровой, но не для русов-северян для которых привычна зима под двадцать-двадцать пять градусов.
Уже в середине марта началось потепление — с юга пошли фронты несущие теплый воздух на север, а в начале апреля стал активно сходить снег, так что к маю уже установилась стабильная по-летнему теплая погода в районе двадцати градусов тепла.
За зиму люди без особого надрыва подготовили участки под пашню небольшими квадратами пятьдесят на пятьдесят метров, кои словно забор окружали полоски оставленных расти деревьев. Получившийся забор должен был защитить посадки от сильных ветров. От ураганов это конечно не спасет, но хоть какая-то защита.
— Зерна мало, потому сажайте не разбрасывая его как бог на душу положит широким взмахом руки, а сыпьте аккуратно в подготовленные канавки и тщательно присыпьте. А то не дело если отборное зерно, что ваши жены и дочери ломая глаза и до судорог в пальца тщательно выбирали из общей массы склюют птицы… — наставлял Алексей, потом еще и лично проверил каждое поле, заставив не послушавших его мужиков, решив, что они лучше знают, как и что делать ибо так предки делали и нам заповедовали, пройти по полю и каждое зернышко лежащее на поверхности, пальцем заглубить в землю.
Его всегда удивляла эта манера засевания по результатам которой всходило хорошо если третья часть посаженного, остальное склевывалось птицами или просто портилось на солнце. Так чего удивляться низкой урожайности относительно затраченного на посев?
И да, зерно во время плавания тщательно перебрали (и женщин работой заняли, чтобы дурью не маялись и полезное дело сделали), выбрав из общей массы здоровое не пораженное всякой гадостью вроде пресловутой спорыньи ну и максимально крупные зерна выбрали, отсеяв всякий мусор вроде поврежденного зерна, что все равно не взойдет и откровенных сорняков.
Получилось немного, большая часть урожая, если все нормально вырастет, вновь на посадку уйдет, но как говорится, лучше меньше, да лучше. Зато потом, если еще раз посадочный матерел перебрать, получится отборное по качеству зерно, крупное и здоровое, а то ведь куча людей травилось насмерть из-за этой спорыньи, это не говоря уже просто о том, что она провоцировала такие вещи как беспричинную агрессию и галлюцинации с припадками.
«Да и вообще селекцией стоит заняться настоящим образом, а не надеяться на милость природы да богов», — подумал Алексей.
Помимо пшеницы и овса с рожью и прочим просо с гречей посадили лен и коноплю.
Пахали на лошадях и плугами. Часть трофейные из Исландии, а часть, причем большая была сделана самостоятельно из… меди, собранной на острове Вайгач, что к югу от Новой Земли.
— Добавим в состав меди для улучшения качества металла пушечную бронзу. Перекуем так сказать мечи на орала…
Этому попытался воспротивиться воевода Останин.
— Пушки на плуги?! Это снизит наши боевые возможности!
— Пушек и так избыток… К тому же я предлагаю переплавить именно те, что уже подошли к пределу своей прочности и их может разорвать, конкретно те, что мы использовали в качестве бомбометов во время обороны ледяной крепости… Сам знаешь, закладывали в них предельное количество пороха, на что они просто не рассчитаны.
— Тогда может их перелить в новые пушки?
— В теории конечно можно, но вот на практике я сильно сомневаюсь, что у нас получится. Тут нужно вести долгие опыты для отработки технологии ибо в каждом деле есть свои секреты, на что у нас нет ресурсов. Вот когда получим доступ к каменному углю, а также руде, тогда и станем экспериментировать. Да и пороха у нас нет даже для той артиллерии, что останется. А сейчас нам очень нужны плуги для качественной вспашки земли, чтобы люди сами не гробились с сохой и коней не гробили почем зря.