Чтение онлайн

— Сейчас перестанет болеть.

Не обманул лысоватый докторишка. После двух глотков сладковатой, оставляющей горечь на языке жидкости, нытье всех мышц, выкручивающее сухожилия прекратилось. Ева опять валялась в той комнате, что просидела несколько часов, прежде чем предстать перед кучей мужиков в большой зале…

— Выспалась? — Кастр чуть улыбнулся, когда она уставилась в его черные глаза. Угрозы от Кастра совсем не исходило — ни тогда, не сейчас и опасаться человека, по сути исполняющего здесь функции лекаря, было глупо.

— Да.

Нахмурившись, черные глаза переместились на ее лоб, разглядывая, нечто озадачившее Кастра в волосах.

— Очнулась? — чужое голос, раздавшийся откуда-то вне поля ее видимости заставил закрыть в панике глаза, притворяясь спящей.

— Да. Гор, посмотри сюда.

— Что это? Седина? Она же не старец…

Ева чуть не улыбнулась, слушая сопение Кастра, пытавшегося сообразить, что там с ее патлами. Неуверенно тот, предположил, чуть коснувшись пальцами ее лба.

— Я слышал в их мире это бывает от стресса…ну при различных заболеваниях.

Резкий голос Горкана задал вопрос, словно отрезал.

— Она больна?

— Нет, не думаю.

Чуть приоткрыв глаз, Ева наткнулась только на пряжку ремня Горкана. Гор…как назвал в более кратком варианте сейчас Кастр. Куртка с птицей на спине расстегнута, руки на бедрах. На среднем пальце левой руки сверкнул вишневым камнем перстень.

— Тогда приводи ее в рабочее состояние. Думаю на этот раз ерепениться не станет. Кхорку пора летать…

— Да, Гор. Может позвать Фелис?

Гор двинулся, его властный низкий голос звучал уже в отдалении.

— Зови. Можешь хоть мальчиков императора позвать, но приведи ее в чувство.

После того, как хлопнула дверь, Кастр сразу заговорил с ней, не сомневаясь, что Ева притворялась все это время.

— Прекращай. Все это прекращай. Встаешь, идешь к себе. Умывайся, оденься и мы тебе все объясним.

Она молча смотрела на него, прекрасно понимая, что истерики и прочее ей здесь не помогут. Так случилось…надо приспосабливаться.

— Хорошо. — Она села и вспомнив, как хмурился Кастр, разглядывая ее волосы, спросила, — что с моей головой.

Тот вместо ответа всучил в ее дрожащие руки зеркало. Отражение не очень радовало…или радовало. Розоватые белки воспаленных глаз, все также незнакомые карие глаза и шевелюра — что-то невообразимое. У корней, сантиметров десять длины, это белые и черные волосы вперемешку, как-будто ее тело запуталось, кто она блондинка или брюнетка.

Оглядывая безликое помещение, тяжко, даже обреченно вздохнула. Да, пора познакомиться с этим миром.

Кастр суетясь над столом продолжил успокоительную беседу.

— Ты не здесь будешь жить. Тебя переведут в другое место, к таким же как ты, где жила Надин…Поверь, тебе нужно принять эту реальность, — черные глаза уставились на нее, в одной его руке, с кучей пара пиала, в другой, что-то вроде длинного резного мундштука, — на, попробуй.

К губам поднес один конец трубки.

— Вдохни, станет легче.

Ева сделала осторожную затяжку белесоватого пара в пиале. В голове слегка прояснилось, но вместе с тем, возникла мысли о нехороших веществах. Наркотики? Отрицательно махнула головой, брезгливо скривившись.

— Как хочешь.

— Чем занималась Надин?

Кастр, сам сделав глубокий глоток из пиалы, медленно выдохнул легкую дымку, черные глаза уткнулись в потолок.

— Надин летала…Летала, убивала…и она была прекрасна.

— Ты не она…

Фелис, скривившись, с громадным скепсисом осмотрела с головы до ног новенькую, и Ева почувствовала подкатившее легкое раздражение, оттого, что ей вечно напоминают, что она в чужом теле.

Стройная брюнетка, лет тридцати, скрестив руки на груди, скользила серыми глазами вдоль ее фигуры. Остановилась на волосах, нахмурилась, но потом сделав короткий вздох, деловито продолжила.

— Собирайся, я покажу тебе, где ты будешь жить.

Когда она шли по коридору, к уже знакомому Еве лифту, она осмелилась спросить тот вопрос, на который прежде ей так и не ответили.

— Где я?

Фелис, дернув рычаг на белой стене, закатила глаза к потолку. Усмехнулась.

— Ты здесь, — они шагнули в стеклянный лифт. — Это Сайконг.

Серые глаза метнулись по развернувшемуся у их ног муравейнику.

— Сайконг, столица и одно из излюбленных место проживания императора. Здесь он проводит большую часть времени.

Ева также все еще с ужасом в глазах осматривая нагромождение кварталов, зданий и переходов, осторожно спросила.

— Столица чего?

Черные брови Фелис взметнулись в немом удивлении от ее вопроса.

— Как чего. Нашего мира. У тебя, в твоей прошлой жизни…или откуда ты там, как-то по-другому?

— Да. Немного.

Замолчала, не хотела распространяться и вдаваться в подробности, тем более, судя по равнодушному лицу ее собеседницы, той абсолютно плевать на устройство мира какой-то заблудшей души.

Они поднимались выше. Неужели опять в ту залу, после которой оказалась в той камере…

Двери лифта раскрылись, открывая взору круглый, достаточно просторный холл, с множеством дверей.

— Здесь живем мы. — С неподдельной гордостью раздался довольный голос Фелис.

— Кто мы? — переспросила Ева, когда Фелис, подхватив ее за локоть повела к одной из дверей, которую с улыбкой толкнув, с гордостью объявила.

— Всадники кхорков…

Здесь ей нравилось больше. Наверное, из-за окна, от потолка до пола, как в том месте, где она очнулась в первый раз. Вполне уютно, постель, небольшой шкаф, на стене картина, изображающая в темных тонах некое героическое сражение…зеркало. Ева шагнула к нему, подогреваемая любопытством, что же случилось с ее волосами.