Чтение онлайн

— Есть ли надежный человек? — спросил он.

— Надежен, как я.

— Прекрасно, пусть попытается.

Герцог подозвал Бель-Роза:

— Принц Конде дает тебе возможность сделать то, чего ты так всегда желал.

— Да, мсье, — добавил принц, — это дело может не дать никакого результата, кроме одного — лишения вас жизни. Поэтому оно годится только для храбрых.

— Дайте мне десяток людей, принц, если сможете, — ответил Бель-Роз.

— Вы получите два десятка.

Бель-Розу дали десять кирасиров и десять гвардейцев под командой трех офицеров. К ним присоединились Корнелий, Ладерут и Гриппар.

Во время приготовлений к ним подъехал всадник в блестящем мундире — не кто иной, как Понро. С ним было несколько офицеров.

— Куда вы собрались? — спросил он.

— Туда. — И Бель-Роз указал на противоположный берег.

— Через Рейн?

— Несомненно.

— На лошадях?

— А на чем же еще?

— Это невозможно! — воскликнул один из офицеров.

— Зато сразу.

— Если бы это было легко, зачем за это браться? — поддержал Бель-Роза граф.

— Вперед! — воскликнули остальные офицеры, обнажая шпаги.

И маленький отряд направился к воде. Ладерут первым вступил в неё и, пройдя несколько шагов, радостно воскликнул:

— А вот и брод!

— Не иначе, как ты, наконец, уверовал в Евангелие, — заметил Бель-Роз.

Все с радостными криками бросились в воду. По-видимому, радость этих сорока человек была такой, что вода забурлила.

— Если мы и умрем, то от веселья, — пробормотал Понро.

Отряд, потеряв по пути пару солдат, приблизилось к правому берегу Рейна, занятому войсками принца Оранского. Навстречу французам к берегу подошли три голландских эскадрона. Видя это, принц Конде подал знак, и в Рейн стали входить кирасиры. Свое дело войско Бель-Роза сделало: переправа через Рейн больше не выглядела проблемой.

— Этот храбрый солдат сделал свое дело, — заметил Конде. — Его следует представить королю, — обратился он к герцогу Люксембургскому.

Голландцы уже подошли к Рейну и вошли в воду навстречу французам. Сорок человек во главе с Бель-Розом смело вступили в бой. Засверкали клинки, раздались пистолетные выстрелы.

— Мы в воде и в огне, — восхищенно произнес Ладерут.

— Лучше погасить одно, чем напиться другого, — ответил Понро.

Крепость открыла огонь по французам. В бой пошли новые силы французов и голландцев. Река покрылась трупами, крики людей и выстрелы разносились над водой.

Бель-Роз носился вдоль берега, бросаясь от одной группы дерущихся к другой и лично увлекая солдат в схватку. Вскоре крепость Тольхюз, представлявшая собой по существу одну башню, прекратила огонь. Голландцы, не выдержав боя, начали отступать.

Но тут произошло неожиданное. Несколько голландских офицеров, бежавших в поля, воспользовались отсутствием преследования со стороны французов и собрали в боевой порядок свои разрозненные отряды. Им удалось незаметно приблизиться и ударить французам в тыл. Под обстрел попали несколько десятков офицеров, сопровождавших Конде. Заметив это, Бель-Роз кинулся к ним и прикрыл собой принца. Его лошадь была сражена пулей. Другая пуля попала в руку Конде, и он выронил шпагу. Бель-Роз подал свою и Конде, схватив её левой рукой, вскричал:

— Вперед, господа! Покажем этим канальям, что железо крепче свинца!

И сам бросился на врага. Не выдержав натиска французов, голландцы пустились наутек. Наступил момент, когда герцог Люксембургский, взглянув на горизонт, произнес:

— Утрехт наш.

Бой закончился. Начали собирать тела погибших, раненых понесли в лазарет. Бель-Роз, не видя Понро в свите принца, испугался, бросился искать и вскоре наткнулся на Ладерута, которые нес графа на руках.

— Я не собираюсь умирать, не пожав вам руку, — едва слышно произнес тот, увидев Бель-Роза.

Он обнял Бель-Роза и Корнелия, стиснул руку Ладеруту и попытался улыбнуться.

— Мне кажется, смерть — это пробуждение, — сказал он напоследок. — Она собирает воедино, что разделила жизнь.

Его глаза закрылись. Граф прошептал имя Габриэлы и умер. В этот момент тысячи криков сотрясли воздух, вверх взлетели шляпы, по полям разнеслась барабанная дробь: Людовик XIV переправился через Рейн.

К ночи уже вся французская армия переправилась через Рейн и разбила лагерь на правом берегу. Впереди расстилались огромные поля Голландии. Армия ликовала, и Людовику XIV уже снился Амстердам. Он ещё не понимал, что между ним и столицей Голландии находился Вильгельм Оранский. Весь в упоении победы, он осведомился у окружающих:

— Господа, как зовут того дворянина, который первый перешел Рейн?

— Сир, — ответил герцог Люксембургский, — это офицер вашей армии, но он не дворянин.

— Ну и что? — возразил король. — Раз я так его назвал, значит, он им должен быть. Его имя?

— Бель-Роз, Фертского артиллерийского полка, сир.

— Кажется, я что-то припоминаю. Уж не он ли замешан в инциденте с монастырем и в похищении монахини?

— Нет, сир. Лицо, которое вашему величеству о нем докладывало, грубо исказило факты. Бель-Роз освободил невесту, заключенную в монастырь против её воли.

Людовик XIV не был бы велик, если бы не заботился о своей репутации. Лишний раз проявить акт справедливости, ничем не рискуя — это так заманчиво!

— Прекрасно! Завтра вы мне его представите, — объявил он.

Наутро Бель-Роз был уже у короля. Сердце его билось гораздо сильнее, чем от грома пушек: ведь перед ним был грозный король, потрясавший всю Европу. Он преклонил колено и молча ждал решения.

— Встаньте, мсье (Бель-Роз поднялся) и примите мою благодарность за ваш подвиг, — произнес король. — Тем, кем вы являетесь сейчас, вы больше не будете. Вы поедете в Париж тем, кем я вас сделаю.

— Ваше величество, — произнес герцог Люксембургский, — в Париже его будет ненавидеть господин Лувуа.

— Не забывайте, что он мой протеже, — ответил король. — Вы отправитесь немедленно, — обратился он к Бель-Розу, — и доложите Лувуа о нашей победе. Идите и помните, что ваше место — среди нас.

Через час, простившись со всеми и оставив Пьера в лагере с Корнелием, Бель-Роз с депешами отправился в Париж. Ладерут, естественно, последовал за ним, а с Ладерутом, разумеется, Гриппар.

Прибыв в Париж, Бель-Роз явился к Лувуа, который как раз беседовал с Шарни.