Чтение онлайн

Подозреваю, что я выгляжу так же, как и остальные несчастные, безмолвные истуканы, в глазах которого нет жизни, но это было только внешнее проявление… Хотя, чего греха таить, и внутренне я был такой же, но было одно но…

Я был инженером и врачом, что дало мне возможность, используя свои умения, выработать противодействие импланту и придумать способ побега. Осталось лишь устроить его, сымпровизировав на ходу. У меня была только одна надежда – на удачу.

Не думая ни о чём, я сунул руку в карман своей робы и достал комок медной проволоки со специальным покрытием. Этот моток я стащил недели две назад, когда нас вели по техническому коридору корабля в каюту для содержания дорогих рабов. Тогда мне попался ящик техника, вот я на доли мгновения присев и тиснул этот моток. Повезло.

Продолжая думать о Малии, я начал распрямлять его, превращая в медный колпак из вязаной сетки. Её я вязал из проволоки, сшивая колпак последние дни, готовясь к побегу. Тут я краем сознания подумал, для чего мне всё это надо, и обе руки парализовало, и внутри зажглась боль, но я быстро вернул мысли в нужное русло, даже не помышляя о том, что делаю. Под взглядами других рабов я спокойно надел колпак на голову – он со всех сторон доставал до шеи – и подвязал его под подбородком. Это позволит мне спрятаться от поисковых устройств на некоторое время, а также заглушит принимающие сигналы на имплант подчинения, когда меня начнут искать.

Камера в углу трюма была включена, не думаю, что пилот постоянно пялится на экран, наблюдая за нами, так, может, изредка бросает взгляд, если он педант, конечно. Втянув живот, я начал, извиваясь под поручнем, сползать с сиденья. Грудь немного застряла, но, выдохнув воздух, я соскользнул на пол.

Глядя сквозь сетку – она была хоть и мелкоячеистая, но разглядеть детали трюма позволяла, – я подошёл к аппарели и активировал открытие. Похоже, пилот уже получил сообщение от искина о внештатной ситуации в трюме, поэтому флаер пошёл на снижение.

Аппарель открылась на десять сантиметров, отчего с шумом в отсек ворвался ветер, но тут же она начала закрываться. Искин флаера и пилот противодействовали мне.

Сломав крышку управления открытием, я этой же крышкой замкнул несколько контактов, вызвав фейерверк искр, отчего аппарель начала открываться. Управление она теперь потеряла, откроется – и всё, замрёт, пока её не починит техник. Систему управления я сжёг напрочь.

Согласно протоколу безопасности, при внештатной ситуации пилот был обязан снизиться от пятидесяти до ста метров от поверхности, что он сейчас и делал. Выглянув наружу, я определил, что мы летим над морем, что вызвало бы у меня бурную радость, если бы не имплант и мы не летели бы на скорости пятьсот километров в час. Правда, тут я заметил, что пилот начал резко сбрасывать скорость, что было хорошо, иначе меня размазало бы по воде, несмотря на все импланты. Причина, по которой пилот сбросил скорость, была банальна: мы явно подлетали к городу, возвращаясь обратно.

До пляжа оставалось совсем немного, поэтому, не сомневаясь – чувства, к счастью, были отключены, – сгруппировавшись, я шагнул за борт. В воздухе меня закрутило, но, как бы то ни было, я смог войти в воду ногами и чуть боком. Удар меня ошеломил: вода была довольно тёплой, но пятидесятиметровое падение для меня прошло тяжело. Я не профессиональный прыгун, но смог сгруппироваться. Если бы пилот не сбросил скорость на подлёте к черте города, меня размазало бы по воде, и я блинчиком скакал бы по поверхности, а так повезло. М-да, если бы не счастливое стечение обстоятельств…

Уйдя в воду метров на десять, я, работая ногами и руками, поднялся на поверхность и, старательно думая о Малии – как ни странно, мне это помогало, – скинул одежду и обувь и голышом быстрым брасом поплыл к берегу. Тут недалеко, метров четыреста.

Флаер уже давно скрылся с глаз, однако я знал, что поиски скоро начнутся и в этом районе соберутся полицейские подразделения. Немного, так как эти пляжи принадлежали элитным районам, и не думаю, что местные жители обрадуются появлению здесь многочисленных патрулей. Но искать всё равно будут.

Проверив, как сидит защита на голове, забирая правее, я поплыл подальше от частных пляжей. На них хватало купающихся, некоторые даже показывали на меня пальцем, но выбираться на берег я не планировал и, ныряя, стал искать, смещаясь по течению, выходы канализации. Фильтры очистных сооружений перед сбросом стояли мощные, так что очистка шла приличная и сброс осуществлялся в разных районах столицы. Я знал, что где-то здесь находятся шесть таких выходов, но пока найти их не мог.

В одно из ныряний, когда я наконец нашёл один из них, обнаружил, что прилетел геликоптер частной охраны, который меня уже заметил и завис сверху, а от причалов отошёл катер частной охраны.

Не обращая внимания на бормотание динамиков геликоптера – те предлагали мне сдаться, – я нырнул и, загребая руками, поплыл вниз на пятиметровую глубину.

Раньше на выходе стояла железная сетка, но, видимо, она кому-то помешала, так как её срезали резаком, что позволило мне свободно проникнуть в трубу, и, упираясь ногами и руками о гофрированные стены, преодолевая встречный поток, я двинулся в темноту.

Позади что-то заслонило свет, и, на миг обернувшись, я заметил, что за мной лезет водолаз, это придало мне сил. Кровь уже стучала в голове от недостатка воздуха, и я, поняв, что добраться до места, где будет воздушная подушка, не смогу, принял единственно верное решение.

Развернувшись и отталкиваясь от стен, я понёсся навстречу водолазу, который довольно споро гнался за мной по трубе. Мой разворот он прощёлкал, но пока я вместе с течением преодолевал четырёхметровое расстояние между нами, успел сгруппироваться перед столкновением, но это ему не особо помогло.

Удар моих ног его немного оглушил, чем я воспользовался и, вырвав из его рта загубник и приподняв защитную сетку до носа, сунул себе в рот, жадно задышав. Я был на грани кислородного голодания под водой, ещё бы немного – и всё, так что подвернувшийся шанс использовал вовсю. Одновременно я наносил удары по голове охранника. Когда тот обмяк, я сорвал с его бедра ножны и прикрепил на своё обнажённое бедро, застегнув крепления. К игольнику я не притрагивался, гражданская модель, которая не могла работать под водой, к тому же настраивалась на одного владельца и навсегда. Правда, я мог снять идентификатор с такого оружия – во время рейда ко мне подходили солдаты и офицеры десанта с красивыми трофейными игрушками, и я с помощью своего оборудования разблокировал их управление. Но сейчас достать такое оборудование мне было негде, так что это оружие мне на ближайшее время не поможет. А вот нож был неплох, он ещё мог пригодиться.

Как ни странно, подводное оснащение у противника было чисто гражданским, то есть костюм и снаряжение для подводного плавания и охоты, а не военный костюм. Быстро отстегнув пояс с запасами воздуха, я застегнул его у себя на талии, после чего толкнул бессознательного парня в сторону оказавшегося тут же и напарника. Если тот не потеряет время, шанс спасти парня у него был. Тот не спасовал и, подхватив бессознательное тело парня и в бессильной злобе наблюдая, как я удаляюсь, потащил его к выходу, передав свой загубник.