Беглец
Шрифт:
— С рукой совсем плохо. — Доктор покачал головой. — Сделал ему укол пенициллина, обработал, но... боюсь, что этого недостаточно.
— Что это значит?
— Ну что ж, жаль, конечно, но боюсь, без ампутации не обойтись.
— Отрезать?! Но как ему потом жить, да еще без правой руки?! Что ему делать, доктор?! Неужто вы и вправду считаете...
— Не стоит заранее отчаиваться. Надо посмотреть, как пойдет дело. Сейчас еще рано говорить... — Доктор замялся. — Ладонь у него тоже сильно изранена. И такие же раны по всей длине руки. Очень похоже на укус. Может, собака... — Он сокрушенно покачал головой.
— Но... с ним все будет хорошо?
— То есть, хотите сказать, выживет ли он? Да, конечно, жить он будет. Парень потерял много крови, изголодался, да и перенести ему, судя по всему, пришлось немало. Последствия шока, знаете ли... но он выживет. Боюсь, ночью его будут мучить кошмары. У него лихорадка — без конца бормочет что-то о люке, каких-то крысах да еще о катере. Кажется, в последнее время ему приходилось несладко.
Кивнув, Синди до боли закусила губу.
— Я дал ему кое-что, чтобы он спокойнее спал ночью. А с этим рецептом утром сходите в аптеку — и давайте ему по две таблетки, если он будет плохо спать. А я забегу после обеда, посмотрю, как он.
— Понятно, — упавшим голосом пробормотала Синди.
— Самое главное — покой. Пусть как можно больше отдыхает.
— А рука?..
— Если положение будет безвыходное и ее придется отнять, поместим его в больницу. Послушайте, вам не следует... то есть я хотел сказать... черт побери, да ведь на свете сколько угодно людей без рук, без ног или даже хуже, и все они живы, здоровы и счастливы. В конце концов, это еще не конец...
— Чернокожих? — очень тихо спросила Молли.
Доктор не опустил глаз.
— Чернокожих, — кивнул он. Завернув колпачок ручки, он сунул ее в карман и поднялся.
— Сколько мы вам должны, доктор? — спросила Синди.
— Можете заплатить потом, — ответил доктор. — Думаю, вам обеим не мешало бы поспать. Если в рану попала инфекция... Что ж, посмотрим.
Накинув пальто, он попрощался и вышел.
Было двадцать минут шестого, когда он открыл глаза. Вскинувшись, Джонни рывком сел в постели, стиснул кулаки и вскрикнул, лихорадочно озираясь по сторонам. Синди и Молли тут же бросились к нему. Он смотрел на них не узнавая. В глазах его стояла пелена. Потом, тяжело дыша, он откинулся на подушки.
— Бежать? Почему бежать? — забормотал он. — Почему?! Почему?!
Синди решила, что он все еще бредит. Стараясь успокоить его, она нежно положила руку ему на лоб.
— Полиция нашла убийцу Луиса, Джонни. Все хорошо, милый. Все будет хорошо.
И только самому Джонни было известно, что это не так. И вряд ли когда-нибудь так будет.