Чтение онлайн

Соборный квартал в Марселе.

На ясном свету клонящегося к закату дня, того самого, когда все и началось, на одном из этажей старого здания вдруг распахивается окно.

Из него высовывается наружу еще очень юная женщина в фартуке. Она выискивает взглядом своего мальчугана, который играет во дворе с другими мальчишками. Должно быть, она зовет уже не в первый раз, потому что явно теряю терпение:

— Поль!.. Поль!.. Ну все, хватит, пора, домой!..

Конечно, это могло бы происходить где угодно: в Барселоне, в Неаполе или Гонконге. Но это Марсель, Соборный квартал, где улицы ступенями.

Вопль, который все еще слышен, издает со второго этажа Пеппер.

— Чарли и остальные на кухне поднимают головы и прислушиваются, спрашивая себя, что случилась.

Потом срываются с места.

Первым по ступенькам, взбираются Чарли и Риццио, но их останавливает ружейный выстрел.

Стреляют из комнаты Пола. Пуля проделала в двери дыру.

Чарли и Риццио пристально смотрят на эту дыру, остальные, внизу, тоже застывают.

Чарли кричит:

— Пеппер! Открой! Пеппер!

Из-за двери доносится неожиданно кроткий, похожий на стон голос Пеппер.

— Пол умер, Чарли!.. Пол умер! Чарли!.. ты слышишь?..

— Открой!

Дверь остается закрытой. Тишина. Риццио обменивается взглядом с Чарли и с предосторожностями поднимается на одну, потом на другую ступеньку в направлении к комнате.

Еще выстрел. Еще дыра в двери, выше первой. Пуля рикошетирует о стену лестницы.

Риццио моментально отпрыгивает назад.

— Мы не вернемся туда, Чарли!.. Брат останется здесь!..

Пошли за священником, Чарли!.. Ты слышишь меня?.. Хочу священника! — раздается из комнаты крик Пеппер.

— Да что ты плетешь! Открой сейчас же дверь!

— Хочу погребение! Хочу священника! Хочу священника!

Тон становится истеричным, и сквозь дверь снова стреляют.

Чарли спускается по лестнице, за ним идет Риццио. Внизу Чарли останавливается перед Шугар, но волнение мешает ему говорить. Он ограничивается тем, что пожимает плечами. И выходит из дома.

Присев на ступеньки крыльца, он закуривает сигарету.

Риццио и Маттоне стоят рядом. За спиной у него — Тони в наручниках.

Чарли довольно долго молчит. Таким грустным и усталым его еще не видели.

— Сначала Реннер. А теперь Пол, — с грустью в голосе произносит Риццио.

— Да. Начало удачное.

Чарли поднимается и идет за угол дома. Остальные не двигаются с места.

Чарли возвращается с двумя лопатами.

— А кто поднимется в комнату? — спрашивает Маттоне.

Чарли бросает одну лопату ему, вторую — Риццио и указывает на Тони:

— Он.

— Почему я? — Тони обескуражен.

— Потому что мы будем копать яму! А тебе выбирать, кого положат туда первым!

В молчании они враждебно смотрят друг на друга. Потом Чарли поворачивается и идет к реке.

Две дощечки, накрест связанные красной лентой. Это импровизированное распятие Пеппер вложила в руки своего покойного брата. Она обрядила его в пиджак, который был на нем накануне.

Пеппер сидит рядом с ним, в черных брюках и свитере, с винчестером на коленях.

Вокруг все тихо, но она почему-то вдруг оборачивается к двери и прислушивается. Ничего. Тем не менее она снимает карабин с предохранителя и медленно встает, глядя в окно.

Снаружи, опершись каждый на свою лопату, внимательно наблюдают за домом Риццио и Маттоне, переставшие копать яму на лугу.

Чарли сидит на причале. Он тоже смотрит на дом.

Тони по-пластунски ползет по крыше веранды, бесшумно подбираясь к окну комнаты, где заняла оборону Пеппер. Он уже почти у цели, когда стекла в окне разлетаются от выстрела, за которым яростным залпом следуют второй и третий.

Тони с наручниками на руках отскакивает к самому краю крыши.

Шугар посылает ему лучезарную улыбку, как если бы это было самое безмятежное утро в ее жизни.

— У нее в комнате есть боеприпасы? — тихо спрашивает Тони.

— Целый арсенал. Если бы Пеппер действительно хотела кого-нибудь убить, ты был бы уже мертв. Иди смело.

Еще несколько мгновений Тони смотрит ей в глаза, потом встает и идет к окну. Ногой вышибает раму и спрыгивает в комнату.

Пеппер нацеливает на него винчестер, но не стреляет.

У нее светлые, неподвижные, очень внимательные глаза.

Тони с внезапной уверенностью преодолевает разделяющие их несколько шагов и пытается отобрать у девушки ружье, но она резко отстраняется.

— Хочу священника. Хочу молитву.

— Священника никак нельзя.

Пеппер опускает ствол карабина и садится рядом с мертвым братом на кровать.

— Знаете, я на четыре года моложе его, но всегда о нем заботилась — А кто заботился о вас, Пеппер?

Пеппер поднимает глаза. Это еще совсем девчушка.

Девчушка, у которой горе и которой становится легко оттого, что можно выговориться. Что она и делает уже другим, возбужденным голосом.

— Чарли! Чарли — вот это человек! Добрый, щедрый!

Однажды, когда мы были в приюте, он пришел за нами обоими ночью. Меня он унес прямо в одеяле! Увез в Новый Орлеан, и мы прожили там замечательную жизнь!.. Наш отец, перед тем как умереть, сидел с Чарли в тюрьме.

Она выкладывает все это одним духом, с детской наивностью и убежденностью.

Тони подходит к Пеппер, но та, насторожившись, снова наставляет на него винчестер.

— Молитву прочитают, Пеппер, я вам это обещаю.

— Настоящую молитву?

— Да.

Девушка встает и с карабином в руках подходит к окну.