Бедный родственник
Шрифт:
Наконец в гостиную, как ураган, ворвались два буйных мальчугана; у одного под глазом виднелся большой синяк. Они смело подбежали к приезжему и закидали его вопросами:
— Ты наш дедушка? Что ты нам привез? Каких ты нам привез гостинцев? Отчего у тебя такое лицо?
— Дети, перестаньте! Как вам не стыдно. Что подумает дедушка! Вот я папе скажу! Слышите? Перестаньте! — уговаривала мать.
Дедушка не успел еще ничего ответить и приласкать своих милых внуков, как они накинулись на книги, на альбомы, на разные мелкие статуэтки, очевидно, для них запрещенные. Мать с ужасом оберегала все эти вещи от грозного нашествия. Мальчуганы теребили их руками, отнимали друг у друга, спорили.
— Миша и Коля, идите теперь в детскую… Идите. Вы познакомились с дедушкой — и довольно… Ну, поцелуйте дедушку… Не трогайте же ничего, — испуганно твердила мать, оттаскивая шалунов.
Но те упирались и подняли рев;
— Не хотим целовать дедушку! Не хотим в детскую! — кричали они.
С трудом мальчуганы были увлечены матерью из гостиной.
— Где же вы остановились? — спросила хозяйка, вернувшись после борьбы с сынками и желавшая загладить неприятное впечатление.
— В гостинице.
Что же вы, на побывку или навсегда?
— Думаю, навсегда. Здоровье стало плохое… Хочу около родного пепелища сложить свои кости.
— Вероятно, вы торговлей думаете заняться?
— Нет. Где уж мне, больному человеку, торговать!
— Значит, вы пенсией или капиталом обеспечены? — спросила хозяйка, и ее полное лицо изобразило сильное любопытство.
— У меня ничего нет. На первое время хватит… А там, надеюсь, найду какое-нибудь занятие, — уклончиво отвечал гость.
— Какие же занятия в нашем городе? Мой муж и сам бы охотно взял, да нигде нет, — недовольным тоном сказала хозяйка.
— Свет не без добрых людей, Анна Ивановна. Найдутся знакомые, помогут, укажут, наставят.
— Нет, тут вы напрасно будете искать работы… Другие и давно служат, да бьются и с трудом живут, — ревниво проговорила хозяйка и надулась.
«Понимаю я, к чему ты это все ведешь, — подумала она, — только не на простоту напал: знаем мы таких бедных родственников, которые норовят на шею сесть да хлеб отбивать».
В прихожей раздался звонок. Хозяйка поспешно бросилась туда и впустила мужа.
— Твой родственничек приехал… Вот еще не было печали!..
— Какой родственничек? — спросил высокий, худощавый мужчина, в очках и с большой лысиной.
— Дядюшка. Сидит в гостиной, хнычет, на судьбу жалуется, думает, что добрый племянник его пригреет, в нахлебники возьмет…
Муж не стал слушать сердитую воркотню жены и быстрыми шагами прошел в гостиную.
— Дядя, какими судьбами?! — воскликнул он, обнимая старика.
— Здравствуй, Антоша! Стосковался по родине, приехал сюда умирать.
— Ну, полно, дядя, поживем еще. Как же вы жили? Что вы делали? Видели ли вы моих сорванцов?
Между Дядей и племянником завязался оживленный разговор. Тон племянника был участливый и задушевный. Дядя рассказывал о дороге, о том, как на них капали, как он любовался родным городом и домом, который прежде принадлежал его отцу… Племянник сообщал о своем житье-бытье, о службе, о знакомых, рассказывал и о брате.
— Он богато живет, дядя. Купцом сделался — торгует. Всего одна дочь, — только жена хворая. А дом — полная чаша. Вы навестите его.
— Навещу, навещу, как же!.. Хочется родных повидать.
В это время из соседней комнаты высунулась голова хозяйки.
— Антоша, пойди сюда! — крикнула она.
Муж пошел на ее зов, и за дверью послышался сдержанный спор.
— Ты, пожалуйста, не вздумай оставлять твоего дядюшку обедать. У нас ничего нет лишнего…
— Как же, Аня, неловко. Ведь старик приехал издалека… Все-таки родной… Неловко не пригласить…
— Он должен понять — Мы не ждали. Везде готовят в обрез…
— Пожалуйста, Аня, разделим, что есть, по-родственному… Он не осудит. Все-таки лучше…
— Нет, нет. Тогда уж обедайте одни… Я не выйду.
— Будь добра, Аня… Устрой… Пригласим. Ведь неловко. В нашей семье всегда принимали радушно, — упрашивал муж.
— Ах, да перестань! Позовем в другой раз… Что еще за церемонии с таким родственником, — сердито проговорила жена и вошла в гостиную. Муж шел за ней и имел сконфуженный, растерянный вид…
— Уж вы, Иван Васильевич, когда-нибудь соберитесь к нам обедать. Приходите запросто, — певучим голосов, нарочно очень громко, сказала Анна Ивановна.
Гость посмотрел на нее удивленно.
— Приходи, дядя, — тихо повторил Антон Алексеевич.
Дяди слышал, что за закрытой дверью в соседней комнате стучали тарелками, вилками, ножами, — там, очевидно, накрывали на стол и тихо перешептывались. Он понял все и стал прощаться.
Выйдя на улицу, он с горечью подумал; «Воображают, что я нуждаюсь в их обеде… Ах, ничего, ничего мне не нужно для тела! Я для души, для души ищу пищи».
— Ну что, барин, разыскали племянников? — спросила приезжего прислуга в гостинице, когда он вернулся.
— Разыскал.
— То-то, я думаю, обрадовались?
— Да, обрадовались. Очень обрадовались, — вздохнув, ответил приезжий и усмехнулся.
III
Через день Иван Васильевич навестил другого племянника.
Тот жил в чистом, уютном двухэтажном доме, обнесенном зеленым палисадником; внизу помещалась лавка.
В этом доне уже были осведомлены о приезде бедного родственника.
Ивана Васильевича встретил высокий, полный мужчина с окладистой бородой. Лицо его было суровое, и в глазах выражалась жестокость.