Чтение онлайн

Надя выронила фонарик. Тот звонко брякнулся на лестницу, ещё успев вновь осветить часть кучи, бывшей когда-то человеком. Потом он уткнулся в зимний китель, утопив луч в его плотной ткани. Надя бросилась назад по коридору, истошно визжа.

И Коля был на волоске от того, чтобы последовать её примеру, но в последний момент всё же взял себя в руки, молниеносно наклонился и поднял фонарик, сделав это как можно точнее, чтобы не коснуться тела и ни на миг не задержаться возле него. Затем он позволил пружине, сдерживавшей его страх, распрямиться, и тоже кинулся наутёк, забывая светить себе под ноги.

Он быстро догнал Надю. К счастью, она не успела добежать до двери комнаты и не начать рвать её ручку, в ужасе забыв, что она заперта. Мальчик поймал подругу в объятья, крепко стиснув и фонарик, чтобы не выронить его и не разбить. Надя, обезумев от страха, стала колотить его ладошками, исходя отчаянным воплем, но Коля сомкнул руки у ней за спиной, крепко прижав её к себе и обездвижив.

– Ш-ш-ш… Тише! Надя! Это я… Это – я!

Понемногу она стала затихать, и, всхлипывая, опустила голову ему на плечо. Теперь они стояли, обнявшись, как настоящая пара, и Коля робко поглаживал подругу по спине, хотя и сам с трудом боролся со слезами.

– Там… – начала она.

– Дядя Ваня, – смягчая голос, спокойно ответил он. – Что-то случилось…

– Надо что-то сделать!

– Нет, уже поздно. Мы пойдём в Вершки и вызовем участкового.

– Нет! – вдруг взвизгнула, противореча себе, Надя. – Я больше не пойду туда… где он!

Коля ничего не ответил. Он осторожно опустил руку и достал из кармана ключ от классной комнаты. Надя вздрогнула, когда тот тихо звякнул на стальном колечке.

– Пойдем пока внутрь. – Твёрдо сказал мальчик и немного отстранился, положив руку Наде на плечо и осторожно разворачивая её к двери.

Когда они зашли в комнату, Коля повернул два раза защёлку и тщательно подёргал дверь, убедившись в надежности замка, будто бы они с Надей заперлись от погони. Затем он снова обнял подругу и повёл её к партам. В темноте они сели на край длинной лакированной скамьи.

– Я больше не пойду туда, – всхлипывая, повторила Надя, и её плечи затряслись.

– Ну всё, – приговаривал Коля. – Тише! Ничего, я пойду.

– Нет! – воскликнула Надя. – Не уходи!

***

Прошло немного времени. Над старой меловой доской висели часы, но они давно не тикали. И даже если бы шли, это бы ничего не изменило. Вряд ли родители Нади или Колин отчим, с которым он остался после смерти мамы, стали бы о них беспокоиться. После горячих споров и горьких слёз Нади друзья всё же договорились идти вместе.

– Я буду с фонариком впереди. Возьму тебя за руку. А ты закрой глаза и не смотри! – уверенно, почти спокойно говорил Коля, тайно надеясь, что сам сможет всё выдержать и не дать дёру, бросив Надю одну в темноте.

– Ладно, – стоически вымолвила девочка. – Давай! А класс тогда закрою я.

После недолгой возни пляшущими пальцами с неподдающимся замком, да ещё заминки, когда Коля сжал фонарик слишком сильно, случайно его выключив, всё устаканилось, и дети начали медленно продвигаться к холлу. Коля старался не направлять луч на ступеньки впереди и светил себе под ноги, упрямо бормоча ободряющие фразы.

– Ну вот, Надя… Тихонько… Не смотри… Я здесь… Всё хорошо.

Он чувствовал слабое сопротивление, когда тянул её за руку, но потом она всё-таки переставляла ноги, иногда пробуя пол перед собой сначала носком. «Как в игре, – подумал Коля, – где тебя раскручивают и надо ловить друзей с завязанными глазами. Арамия Гусия-я-я, Гусия-я-я, Гусия-я-я…»

Вдруг он остановился. Надя открыла рот, готовясь закричать, но Коля упрямо двинулся дальше, и она покорно последовала за ним. Теперь они двигались ещё медленней, не пройдя и половины коридора. Коля прислушивался. Вскоре Наде показалось, что и она что-то слышит.

– Не бойся! Это, наверное, электросчетчик. – Сказал Коля, не упомянув, что тот не должен крутиться, когда всё выключено.

Они почти подошли к ступенькам, и Коля сглотнул, решительно направив луч на то, что было раньше дядей Ваней.

Его там не было. Ступеньки были пусты. Только залиты красной жижей вперемешку с какими-то ошмётками. Озадаченный, Коля даже не испугался, а сразу направил луч вперёд – дальше в холл.

Возле вечно распахнутой двери раздевалки был желанный выход из школы. Он был плотно заперт. Рядом стояла старая маленькая парта со стулом – прямо под стеклянным шкафом с ключами. Обычно за этой партой восседал охранник. Он был там и сейчас.

– Ах-ха-ха-а-а… Ы-ы-ы… Ы-хы-хы-хы-ы-ы… – тихо плакал дядя Ваня.

Всё тело его сотрясалось от рыданий, и алая кровь стекала из безвольно раззявленного рта, окаймленного бурыми ошмётками. Его глаза были закрыты, только краешки белков выглядывали из-под странно расслабленных, отвисших нижних век.

Коля замер, не в силах отвести от картины луч фонаря. У Нади перехватило дыхание. К счастью, глаза она не открыла, лишь больно вцепилась в Колину ладонь пальцами, скрюченными от страха.

– Ы-хы-хы-ы-ы… – разливался по холлу горестный плач, а потом раздались невнятные, булькающие, будто набитым ртом сказанные слова. – Как… как она могла?..

Коля резко отвернулся, убрав, наконец, с лица охранника луч. Он тихо, но чётко произнес: «Беги!», и грубо дёрнул Надю обратно в коридор.

Ключи плясали в Надиных в руках, и Коля мягко, но настойчиво забрал их. Впрочем, у него вышло не намного лучше. Он попытался вставить ключ в замок и чуть не уронил его, но в итоге справился. Замок провернулся. Один раз, другой… В трясущихся пальцах ключ пошёл на третий поворот… И всё. Замок заело.

Коля опять скорее удивился, чем испугался, широко распахнув глаза. Надя всё поняла, и за его плечом раздался судорожный всхлип.

– Т-с-с… – зашипел он. – Посвети!

Надя замолкла и судорожно сжала фонарь. Яркий луч упал на исцарапанный пласт жести у скважины.

На вид с замком всё было нормально, и Коля осторожно повернул ключ обратно, мысленно успокаивая себя, что во всём виновата спешка. Снова раздался хруст металла. Один… два…

В холле что-то грохотнуло. Надя завизжала, и луч сорвался с замка. Он мазнул по стене и в бешеном танце метнулся к концу коридора. Коле не хотелось смотреть туда, но он всё же глянул.